Конан снова отчаянно рванулся из пут — и с тем же результатом. Ничего не изменилось; по-прежнему относительной свободой обладали руки — да и то лишь до локтей. Он мог пошевелить ногами до колен и слегка повернуть голову в шлеме; кольчуга намертво приковывала к монолиту все остальное.
В разрыве облаков показалась луна. Чуть посветлело. Конан огляделся вокруг и заметил, что около черной полированной колонны валяются на земле кости и черепа, жалкие останки человеческих скелетов. Всмотревшись внимательнее, киммериец вдруг понял, что они выглядят как-то странно — словно кости вымачивали в какой-то кислоте. С усилием повернув голову, он заметил, что на колонне рядом с ним висят несколько металлических предметов, удерживаемые той же непостижимой силой, что держала в заточении и его — лопата и лом, которые принес с собой он, полурассыпавшийся шлем и, справа, ржавый кинжал. Конан захрипел в бессильной ярости и снова напряг мускулы…
Неожиданно откуда-то снизу послышалась странная тонкая трель. Киммериец пригляделся и понял, что Фенг, вопреки своим уверениям, не спешил покинуть долину — он сидел у подножия холма и наигрывал на флейте. И тут раздался еще один странный звук — на этот раз он шел сверху. Едва не вывернув шею, Конан попытался взглянуть вверх, и когда ему это удалось, варвар оцепенел. Мгла, скрывавшая верхушку колонны, рассеялась, и бледный свет луны высветил что-то отвратительное и бесформенное. Полупрозрачное стекловидное тело, напоминающее огромный кусок студня, медленно ползло вниз, шевеля многочисленными щупальцами.
IV
И так почти лишенный возможности двигаться, Конан застыл от леденящего ужаса. Скользкие щупальца монстра медленно, но неуклонно приближались к нему, вытягиваясь по поверхности колонны. Сменивший направление ветер ударил в лицо варвара нестерпимым смрадом. Неожиданно киммерийца обожгла острая боль в предплечье. Так вот почему валявшиеся вокруг кости выглядели так странно! — подумал он. Жуткая тварь выделяла едкое вещество, разъедающее живую плоть! Конан с содроганием представил муки тех, кто стоял у этой колонны, ожидая жгучих объятий смертоносных щупалец.
Киммериец снова яростно напрягся, пытаясь разорвать смертельные путы. На сей раз его усилия, как ни удивительно, увенчались успехом — возможно, отчаяние придало ему сил. Очередной рывок немного сдвинул его тело, и Конан заметил, что прилипший к колонне кинжал оказался в непосредственной близости от его кисти. И тут киммерийцу пришла в голову спасительная мысль. Еще несколько рывков — и кинжал может оказаться в его ладони!
С огромным напряжением варвар выворачивал руку — кольчуга царапала о поверхность колонны, от страшных усилий пот заливал глаза. Кисть медленно приближалась к рукояти кинжала. Непрекращающиеся звуки флейты, на которой продолжал играть Фенг, приводили его в исступление, а тошнотворная вонь, испускаемая чудовищем, вызывала спазмы в желудке.
Наконец вожделенная рукоять оказалась в ладони киммерийца. Он резко рванул ее к себе, но источенное ржавчиной лезвие, не выдержав рывка, сломалось. Скосив глаза, Конан увидел, что в его руке оказался лишь короткий обломок; большая часть клинка осталась прилипшей к камню. Напрягая последние силы, варвар подтягивал сломанное лезвие к ремням, скрепляющим кольчугу, неестественно выворачивая кисть, которая уже начала неметь. Наконец его усилия увенчались успехом, и Конан — очень осторожно, понимая, что хрупкое лезвие не выдержит сильного нажима — принялся резать неподатливую кожу, стараясь не обращать внимания на усиливающийся смрад, предвещавший приближение монстра. Ржавая сталь выдержала; ремень лопнул, и кольчуга варвара раскрылась на боку. Киммерийцу почти удалось освободиться, когда он ощутил едва заметное прикосновение к своему шлему — неведомый хищник все-таки успел дотянуться до жертвы. В любой момент его мог настигнуть водопад едкой жидкости…
Выдернув руку из рукава кольчуги, Конан вырвался из плена собственных доспехов. В глазах у него потемнело, он едва не упал от нахлынувшей слабости, но огромным усилием воли удержался на ногах. Оглянувшись, варвар увидел, что чудом успел ускользнуть — страшные щупальца монстра уже шарили по его доспехам в поисках исчезнувшей добычи.
От подножия холма все еще доносились протяжные звуки флейты. Фенг, не обращая внимания на происходящее, наигрывал мелодию, погрузившись в глубокий транс. Выплюнув кляп, Конан вихрем обрушился на князя. Маленький человечек не успел оказать великану ни малейшего сопротивления — резкий удар бросил его на землю. Первым делом киммериец вытащил спрятанный в рукаве халата футляр из слоновой кости и повесил его себе на шею; затем потащил бесчувственное тело сановника на холм. У подножия колонны, придя в себя и увидев, что его ожидает, Фенг дико закричал, но крик оборвался вместе с дыханием, когда его тело ударилось о черную поверхность монолита. Предатель уже не почувствовал, как скользкие щупальца твари принялись за свое привычное дело.
Конан заставил себя не отводить глаз. Когда лицо Фенга затопила желеобразная масса чудовища, его черты превратились в сплошное пятно; потом кожа, исчезая, начала размываться, и вскоре обнажились голые кости черепа с ощеренными в страшном оскале зубами. Насытившись человеческой плотью, монстр приобрел кроваво-красный оттенок. Страж монолита отдыхал и не торопился двинуться в обратный путь в свое убежище.
V
Шагая к лагерю, Конан едва передвигал ноги от изнеможения. Черная колонна, едва не послужившая причиной его страшной смерти, гигантским факелом пылала за спиной варвара.
Всего несколько минут понадобилось ему, чтобы разжечь огонь у основания монолита. Горите рядом, твари! — подумал киммериец, плюнул и направился к стоянке своего отряда. Еще некоторое время, оглядываясь назад, он видел, как корчилось в агонии жуткое тело чудища, но вскоре все скрылось за огромными огненными языками.
Добравшись до лагеря, Конан увидел, что его парни с тревогой наблюдают за сполохами огня, взметнувшимися в светлеющее небо.
— Где тебя носило, капитан? И куда подевался князь Фенг? Что там за огонь, во имя Митры? — раздались взволнованные возгласы.
— Чего вы ждете, бараны? — раздраженно рявкнул киммериец. — Немедленно седлать коней! Яги, охотники за головами, уже близко! Они схватили князя, а мне едва удалось уйти от них. Касро! Моллар! Пошевеливайтесь, ослиные задницы, если вам дорога жизнь и вы не хотите, чтобы ваши головы украшали их жилища!
Он перевел дух, потом с новой силой проревел:
