— Хорош отец! — возмущенно воскликнула Марджори.
— Я не отец, а случайный прохожий, — с невозмутимым спокойствием ответил мужчина и пристально посмотрел на нее.
От удивления Марджори на секунду онемела и даже перестала дышать.
— И еще вольный художник, — тихо произнесла она на выдохе, узнав в мнимом отце Эрнеста Гриффита.
Но во что превратился его дорогой костюм! Из карманов твидового пиджака лилась вода, шоколадного цвета брюки облепили его ноги! Марджори не смогла сдержать неуместной в такой ситуации улыбки, в которой выразились ее неуемная радость от неожиданной встречи и врожденное чувство юмора. Улыбка исчезла с лица, когда ее бесцеремонно оттолкнула женщина, которую она незадолго до этого видела сидящей на скамейке.
— Что вы сделали с моим ребенком?! — визгливо запричитала та.
Марджори заметила, что мальчик испуганно-виновато смотрит на нее исподлобья. Еще одна жертва родительского равнодушия, мелькнуло у нее в голове.
— Миссис, не имею чести знать вашего имени, я только вытащил вашего сына из воды. Получите! — Эрнест передал мокрого с головы до ног ребенка вздорной мамаше, и та быстро унесла свое сокровище, которое по ее недомыслию чуть не утонуло в озере. Не теряя достоинства, Гриффит стал неторопливо отжимать воду с пиджака.
— Вы можете простудиться, если не поторопитесь, — с искренним беспокойством сказала Марджори и смутилась. День выдался на редкость теплый, и оснований для беспокойства нет.
— Со мной все в порядке, а вот парнишке явно не повезло с матерью. К сожалению, на сегодняшний день мой костюм имеет подмоченную репутацию. Придется ехать домой переодеваться. Здесь неподалеку моя машина. А заодно я мог бы завезти вас домой. Вы ведь живете в квартале Белсайз-парк, я не ошибаюсь?
— А… откуда вам это известно? И вообще… как вы здесь оказались? — спросила Марджори, едва сдерживая волнение, но спохватилась, что ведет себя неправильно. — Я хотела спросить, что привело вас в этот район? Насколько я понимаю, вы пришли сюда не на этюды. — Последнюю фразу ей удалось произнести с легкой иронией.
— Если вы составите мне компанию, то по дороге я вам все расскажу. — И Эрнест галантно предложил ей руку.
Совсем как пять лет назад, подумала Марджори. Она осторожно положила ладонь на сгиб его руки, и они отправились к расположенной неподалеку стоянке машин.
— На прошлой неделе я был в гостях у ваших родителей в Корнуолле, о котором вы забыли совершенно несправедливо. Там сейчас роскошное осеннее великолепие, — сообщил Эрнест, после того как они уселись в роскошный лимузин и он сказал шоферу, куда ехать. — Леди Патрисия и лорд Стивен охотно рассказали мне, где вы сейчас обитаете и чем занимаетесь.
— Они рассказывали вам обо мне?! — невольно вырвалось у Марджори, настолько ее удивило поведение родителей.
— Да, они очень гордятся вами и вашими успехами.
Неужели Гриффит говорит правду? Что произошло с ее родителями и когда они успели изменить свое пренебрежительное отношение к ней?
— Я зашел в Британский музей, но разминулся с вами. Ваша коллега была настолько любезна, что подсказала, где вас можно найти в это время. Я разыскивал вас, чтобы сделать… — он выдержал небольшую паузу и бросил на нее быстрый взгляд, — деловое предложение. Поскольку мы уже подъезжаем к вашему дому, то предлагаю продолжить разговор за ужином, на который я вас приглашаю сегодня вечером. Надеюсь, вы мне не откажете. — Он вопросительно посмотрел на нее.
Марджори боялась, что изменилась в лице под его пристальным взглядом.
— Поскольку вы меня заинтриговали, конечно, не откажу, — снисходительно — как ей казалось — улыбнувшись, ответила она.
— Тогда я заеду за вами около восьми, — сухо, по-деловому заключил Гриффит, что совсем не вязалось с выражением его вопрошавших глаз секунду назад.
Шофер открыл дверцу со стороны Марджори, и она не оглядываясь направилась к своему подъезду. В мыслях царил сумбур: случайная встреча с человеком, которого она видела один-единственный раз пять лет назад, но помнила все эти годы, ошеломила ее. Однако есть в этой встрече и что-то фатальное. Эрнест Гриффит появился в тот момент, когда она размышляла о будущем.
Правда, ее беспокоило то обстоятельство, что этот фактически незнакомый человек обладает над нею непонятной властью. Она чувствовала в себе странную готовность последовать за ним, куда бы он ее ни повел, не говоря уже о реакции своего тела, с которым творилось что-то непонятное.
Вытираясь после душа перед зеркалом, Марджори внимательно стала разглядывать свое тело, чего с ней не случалось с восемнадцати лет. Порозовев от смущения, она увидела, как набухли словно бутоны розовые соски ее высокой груди. Вспомнилось, как мужские руки поднимают ее и прижимают к широкой груди. Она снова почувствовала головокружение, будто это произошло не пять лет назад, а только что. Тряхнув головой, она избавилась от наваждения, накинула на себя в пушистый банный халат и подошла к шкафу в своей крошечной спальне. Перебрав несколько нарядов, Марджори остановилась на платье темно-синего шелка с широкими рукавами, длиной до икр. Естественно, к нему полагались черное белье, кружевная нижняя юбка и темно-синие кожаные лодочки. Из украшений она решила ограничиться цепочкой из белого золота, подаренной ей родителями на совершеннолетие.
Без пяти восемь, когда оставалось только накинуть черное шерстяное с густым ворсом пальто свободного покроя, раздался сигнал домофона и Гриффит сообщил, что ждет ее у подъезда. Марджори несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, чтобы утишить сердцебиение, взяла маленькую кожаную сумочку в тон к туфлям и вышла из квартиры.
По дороге они почти не разговаривали. Марджори молчала, потому что все происходящее казалось ей сном наяву. Она даже не заметила, как они доехали до загородного клуба, и, только войдя внутрь, поняла, в какое фешенебельное место привез ее Эрнест. Этот клуб, вернее ресторан клуба, посещали ее родители всякий раз, когда наезжали в Лондон. Близость Эрнеста, который прижимал ее руку к себе, словно боясь, что она может сбежать, настолько волновала ее, что у нее пересохло во рту. Поэтому, когда он предложил ей начать с бара, она только молча кивнула и пошла вперед, высвободив руку. На расстоянии от него дышать стало легче, но она спиной ощущала его взгляд и старалась держаться как можно увереннее. После фруктового коктейля с небольшим количеством джина Марджори наконец почувствовала, что голодна, ведь она даже на ланч не пошла, торопясь закончить работу над новой экспозицией музея. Они прошли в главный зал ресторана, где для них был приготовлен столик на двоих в самом дальнем углу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
