Читаем без скачивания Новое платье королевы = Эскорт - Наталья Андреева

Наташа и Вика были друг за друга горой, остальные же претендентки постоянно сплетничали, злословили и строили козни. Когда кому-то доставался приз в виде работы, первым делом начинали поздравлять:

— Ой, ну надо же! Ясно было, что тебя выберут! Начальник вредный, но ничего. И работы много. И зарплата не очень. И график неудобный. Контора вот-вот развалится. А жена начальника, говорят, просто стерва. Но поздравляем. Успехов тебе.

Подруги же никогда не ссорились. Замужняя была старше и мудрее. Давала девятнадцатилетней дельные советы, и в конце концов та оказалась именно ей обязана своим счастьем. Но это было потом, уже после того, как почти отчаялись обе. Время шло, деньги заканчивались. Сразу по приезде в Москву подружки «сложились» наличными и одеждой, таким образом увеличив свои шансы вдвое. В этот вечер они разбирали наряды, готовясь к очередному собеседованию Наташи.

— Надо попробовать так, — сказала наконец Вика, доставая строгое темное платье. — Ты уверена в своем выборе?

— Если бы у меня был выбор! Готова сейчас на все! Ну что, мы договорились? Махнемся?

— Не глядя, — согласилась Вика. — Может, дело-то выгорит? Если мне повезет, я помогу тебе. Если повезет тебе, то ты мне поможешь? Идет?

— Спрашиваешь! Знаешь, как я к тебе отношусь?

— Как? — лукаво спросила Вика.

— Вот как. — Наташа крепко обняла ее и прижала к себе. — Вместе на всю жизнь!

А через день Наташа и Вика пошли на собеседование в солидную фирму. Накануне Вике здорово повезло. Ох, как ей нужна была эта работа! Редкий случай: там требовалась на должность личного секретаря замужняя женщина, и обязательно с ребенком. У начальника была ревнивая жена. Просто мегера. Дама почему-то была уверена, что супруг-кормилец на шашни с молодой замужней мамочкой" не способен. Жена бизнесмена лично присутствовала на собеседовании и выбрала именно Вику, одетую в Наташино платье с глухим воротом. Плюс строгая прическа: волосы стянуты в пучок и заколоты шпильками. Блистая свежестью, красотой и роскошной грудью в глубоком декольте, дама снисходительно осмотрела Вику и решила: пойдет!

Теперь бы Наташу пристроить. Поэтому Вика сама занялась ее прической, пошла с ней в офис и беспрестанно давала теперь советы:

— Не забывай, что тебе девятнадцать. Что это за взгляд? Очнись! Ты что, старуха?

— Я устала.

— Подбородок выше. Спину ровнее. Меня так учили.

— Я хочу уйти. Я хочу вернуться домой.

— Куда? Сиди! Успеешь. Если вернешься ты, то вернусь и я. Сама знаешь. Вместе так вместе. Подумай, что от тебя зависит теперь и мое счастье. Ну, подумала?

Наташа сдалась. Два часа здесь сидят, а еще никого на собеседование не пригласили! Что они тянут? Она подошла к зеркалу, нехотя поправила прическу. Надо уходить. С самого начала было понятно, что номер пустой. Большая зарплата, обеды за счет фирмы, оплачиваемый отпуск. Сказочные условия. Так не бывает. Не бы…

— Белова!

Она вздрогнула.

— Наталья Белова! — еще раз выкрикнула появившаяся в дверях дама, которая привела подружек на собеседование. И тут голос ее стал сладким, как патока. Почти приторным: — Наташенька, пройдите, пожалуйста, в кабинет, там с вами будут говорить.

— Но сейчас не моя очередь, — удивилась Наташа.

Первой всегда звали яркую блондинку с фамилией на букву «А». Блондинка и сейчас встрепенулась и думает, что произошла какая-то ошибка.

— Остальные могут быть свободны, — сухо сказала дама.

Девушки переглянулись и посмотрели на Наташу с неприязнью. Потом потянулись к выходу.

— Вот видишь, я же тебе говорила, — тут же подскочила к подруге Вика. — Смотри, не сболтни чего-нибудь лишнего. Все помнишь?

— Да. Все. А вдруг…

— Никаких «вдруг», — оборвала Вика. — Лишнего не спросят. На машинке ты строчишь как пулемет. По-английски что-нибудь да скажешь. Ты ж в секретари нанимаешься! Не в министры! Все, иди. Удачи.

Вика легонько подтолкнула ее в спину.

Вошла. За столом в кабинете трое. Двое мужчин — но оба какие-то несолидные. Не такими она представляла себе директоров фирм. И рассматривают ее весьма откровенно. Краска бросается в лицо от их взглядов. Она невольно попятилась.

— Стоять! — весело скомандовал тот, что постарше.

Она вспыхнула и перевела взгляд на молодого смазливого брюнета. Коротко стриженные вьющиеся волосы, блестящие карие глаза. Похож на… морского котика! Обтекаемый, мокрый, блестящий и… Инфантильный. Глаза глупые, задняя стенка черепа на просвет видна.

Второй Наташе понравился больше. Широкие плечи, мужественное лицо, волевой подбородок. Не мальчик, но муж. Так она и подумала. И еще больше растерялась. У нее было плохое предчувствие. Парень опасен, у него умный пронзительный взгляд. Она подняла глаза. Клинки скрестились, проскочила искра. Он усмехнулся и одобрительно кивнул.

Но главные не они, это и ежу понятно. Главная — холеная дама, на пальцах которой сверкают многочисленные кольца, а на запястьях позвякивают браслеты. Крашена в пепельную блондинку. Как натуральная, только все равно не пепельная блондинка. Ничего натурального в даме нет вообще, даже ее худоба похожа на рекламный трюк. Это же надо так себя довести! Наташа испугалась первым делом «искусственной» дамы. Анкета у нее, и оба мужика на нее косятся. Естественно, та первой и заговорила:

— Присаживайтесь, Наташа.

— Сюда или к компьютеру? — робко спросила она.

— Нет, к компьютеру не надо. Мы хотим просто побеседовать с вами. Значит, вам девятнадцать лет.

Она всегда переживала, что выглядит так молодо. Ну совсем как девчонка! После школы все изменились, а она нет. Надо было переменить прическу.

— Откуда вы к нам приехали?

— Из…

— Впрочем, это не важно, — тут же оборвала дама. — Вы, Наташенька, получили исключительный шанс. Такая удача выпадает единицам, и вы должны это понять и оценить. Из бедной Золушки мы собираемся сделать сказочную принцессу.

— Но я ничего не умею, — сразу испугалась Наташа. Еще подумают не то. Зачем написала в анкете «английский разговорный»? И сантиметр в талии убавила. А в груди прибавила. Сейчас померят и…

— Вам надо уметь только одно: слушаться и делать то, что вам говорят.

— Надеюсь, вы меня вербуете не для того, чтобы развлекать своих гостей? Что вы подразумеваете, говоря «исключительный шанс»? Занятие проституцией?

Тот, — что постарше, удивленно приподнял брови. И хмыкнул. Ох, как же он ей нравится! Ирония во взгляде и жало на кончике языка, которое он до поры до времени прячет, а потом разражается язвительным:

— Да у нас хорошо развита устная речь! Аплодисменты даме! Девушка, вы меня сразили. Я ваш навеки. Эжени, хватит держать красавицу в неведении.

Дама посмотрела на него с неприязнью и сказала, обращаясь к Наташе:

— Меня зовут Евгения Львовна. Я владелица модельного агентства…

— Я не совсем уверена, что школа моделей в моем родном городе похожа на…

— И слава богу! Мне нужна именно ваша неиспорченность. И мне, и вот ему, — дама кивнула на широкоплечего мужчину с умными глазами.

— Да, — сразу согласился тот. — Вы, некоторым образом, чистый лист. Доверьтесь мне — и я приведу к вашим ногам миллионы. И уроню их… Вам останется только шагать по этим эмоциональным трупам своими хорошенькими ножками — и позволять нам идти сзади, очищая их карманы.

— Носков, заткнись! — не выдержала Раскатова. — Талантливый парень, но иногда он меня бесит. Мелет всякую чушь. Познакомьтесь, кстати. Ричард Носков. Стилист.

— Вообще-то я все. Агентство большое, должностей много, а денег мало. — Носков хмыкнул. — В общем, я буду лепить ваш образ. Только, умоляю, не зовите меня Ричардом.

— Как же вас называть?

— Дик. Сокращенно от Ричарда. Можно еще Рикки, но это как кличка мангуста из Киплинга. Рикки-Тикки-Тави. А я не животное. В отличие от него, — он кивнул на брюнета.

— Носочкин, кончай трепаться, — разозлился тот. — Что касается меня, то с этого дня я твой хореограф. И тренер. В общем, будем учиться двигаться.

— В каком направлении? — тут же подмигнул Носков. — Кстати, Олег Новлянский. Он забыл представиться. У него вообще память девичья.

Брюнет побагровел:

— Носков!

— Вот и познакомились, — властно оборвала перепалку Евгения Львовна. — Если вы еще не поняли, Наташа, — вы будете участвовать в конкурсе на звание Первой Красавицы России. И уже этого года. Вы должны его выиграть, потому что потом будет Европа. А вообще вас ждет мировая слава. Если будете умницей.

— Но я никакая не красавица, — опять испугалась она.

— В этом ваше счастье, — подмигнул Дик. — Красавицы слишком примитивны и закованы в свою красоту, как в броню. К ним не подберешься. А вы — просто симпатичная девушка, к тому же умненькая. Это я уж понял. Вот увидите, что я сделаю с вашей внешностью, когда вы мне отдадитесь!