снимок, прикреплённый к нему. Смотрела на свою жемчужинку и понимала, что больше не боюсь сообщить Артуру о беременности. Я обязательно сохраню ей жизнь, даже если он не поддержит моего решения и не захочет пройти этот путь со мной до конца.
Завела двигатель и плавно тронулась с места. Пора вернуться на работу и поговорить с ним.
В офисе царила настоящая суматоха. Оказывается, пока я знакомилась со своей жемчужинкой, итальянцы дали согласие на сотрудничество, и Артур в свойственной для себя ураганной манере поставил на уши всех. Я – привыкшая за полгода, а вот с бедной Женьки уже семь потов сошло, и к разгару рабочего дня, она выглядела как вяленый помидор – такая же сморщенная и красная.
– Юлька! – облегчённо выдохнула она. – Пришла… Спасай! Герасимов тут без тебя рвёт и мечет.
Удивленно выгнула бровь. Надо же, я не заметила за последнюю неделю, чтобы босс вообще замечал моё присутствие! С тоской вздохнула, села напротив Женьки и спокойно приняла весь перечень неотложных дел, которыми её озадачил Артур.
– И как ты его терпишь?! – шёпотом негодовала моя временная заместительница, с опаской поглядывая на дверь нашего руководителя. – Тут же работы на троих! Я и половину сделать не успела!
Усмехнулась. Так мне и платят за троих, но, пожалуй, об этом пунктике я скромно промолчу.
– Может тебе помочь, а? – сочувственно вздохнула Женька, заглядывая мне в глаза.
– Не стоит, у тебя своих дел по горло.
– Тоже верно, – выдохнула она с облегчением. Оставаться здесь ей, видимо, не очень-то и хотелось. – Кстати! Пока тебя не было, какая-то неадекватная оборвала тут все телефоны. Артура Станиславовича ей срочно подавайте! А у него то совещание важное, то занят и велит никого с ним не соединять. В общем, наслушалась я о этой нервной дамочки столько, что до сих пор уши из трубочки раскрутить не могу.
– Она хоть представилась? – нахмурилась я, чувствуя как в груди неприятно кольнуло.
Женька прищурилась, задумчиво потирая подбородок, затем махнула рукой на стол:
– Я записала имя в блокноте. Альбина по-моему! Может, дамочка его, м-м-м? – Женя многозначительно заиграла бровями, а у меня моментально пересохло во рту от подобного предположения. – По крайней мере гонор у неё ещё тот!
– Артуру Станиславовичу про неё сказала?
– Хотела! – развела руками Женя. – Думала сообщу, как освободится, но он сегодня словно робот с утроенным зарядом батареи – слово некуда вставить. Да ещё и на взводе. Вроде и не ругается, но смотрит так, будто за одно неверное движение пристрелит взглядом! Так что, сама уж как-нибудь!
Нервным движением открыла записную книжку, где небрежным Женькиным почерком было накарябано: «Альбина Шилова. Звонила три раза. Сообщить А.С.»
– Хорошо. – Я сглотнула, царапнув пересохшее горло.
– Знаешь её? – поинтересовалась Женя.
– Нет. Да и не думаю, что это по личным вопросам.
– Это ещё почему? – возразила она. – Герасимов может с виду и выглядит как одинокий айсберг в океане и строит тут всех по линеечке, но мужик он видный – этого не отнять!
– Я не об этом… – отрезала я, пытаясь привести логичные доводы, чтобы саму себя убедить в том, что Артур меня не обманывает. – Его любовница не стала бы звонить на рабочие номера, а позвонила бы лично.
– Так она и объясняла, что дозвониться до него не может уже второй день!
Я резко села на стул, будто на меня разом груда камней рухнула.
– Вот оно как… – задумчиво протянула, а в груди зародился холодный червячок сомнения.
– Ой, да ладно! Знаем мы, как он свою личную жизнь афишировать не любит. Но уж тебе-то точно о них всё известно!
– О ком?
Женька закатила глаза.
– Только не говори, что работая с Герасимовым полгода, тебе ни разу не приходилось заказывать для его любовниц подарки! – хихикнула Женька, хлопнув меня тыльной стороной ладони по плечу.
Ни разу. Ведь практически всё это время, за исключением первого месяца, подарки он дарил только мне. Причём выбирал их самостоятельно!
Подняла на Женю рассеянный взгляд и выдавила улыбку, оставив вопрос без ответа. Я ведь не сплетница. Потому и работаю с Артуром. Он не выносит шушуканье за спиной. А Женька пробыла тут всего полдня и уже породила массу слухов.
– Вот-вот! – Напарница торжественно возвела палец вверх, по-своему расценив моё молчание.
В тот же момент дверь кабинета нашего босса открылась, выпуская руководящий состав нашей кампании, и Женька поспешила ретироваться, чтобы «припахать» не успели.
– Ладно, работай, а я побежала к себе! – Она шутливо отсалютовала мне и пулей выскочила из кабинета.
Артур вышел последним. Сразу же заметил меня, но вместо приветствия молча сжал челюсти. И ведь не соврала Женька, он действительно был не в духе. Хотя это мягко сказано. Мне доводилось видеть своего босса разным. Часто – деловым и собранным, реже – строгим и рассерженным, наедине – обаятельным и весёлым, и только для меня – ласковым и страстным. Но к тому, что мне довелось уловить в его дымчато-голубых глазах, я абсолютно не была готова. Артур смотрел так, будто знать меня не хотел. И этот взгляд парализовал меня, выбил весь воздух из лёгких, развеял все мысли в голове.
– Я на конференцию, – бросил он холодно и хлопнул дверью.
Он знает – пронеслась в голове одинокая, леденящая душу, мысль. И он точно не рад этой новости. Наверняка считает, что я специально забеременела, чтобы привязать его к себе.
Положила ладонь на живот в защитном жесте. Господи… Какая же я всё-таки дура!
Не знаю, сколько времени я просидела без движения. Десять минут, двадцать, или час? Успокоиться не получалось. Кое-как заставила себя взять ручку и ежедневник. Мне нужно сходить в отдел закупок. Соберись, Прилуцкая, ты на работе!
Выдохнула, выкинула лишние мысли и наконец-то поднялась с места. Но в следующий момент в приёмную вошла она.
04
Я встретилась взглядом с нереально-яркими сапфировыми глазами, обрамлёнными длинными густыми ресницами, и растянула губы в дежурной улыбке.
– Здравствуйте, – поздоровалась я, когда высокая стройная блондинка, расправив волосы, грациозно шагнула в приёмную .
На приветствие мне не ответили. Зато наградили пренебрежительной, кривой улыбочкой, исказившей кукольное личико не в лучшую сторону.
– Мне нужно срочно поговорить с твоим боссом, дорогуша! – прозвучало высокомерно, как только за
