— Что ещё вы можете показать?
Профессор МакГонагалл превратилась в кошку.
Гарри отскочил назад так быстро, что споткнулся о стопку книг и звучно шмякнулся на пол. Не успев правильно выставить руки, он всем своим весом приземлился на плечо, и теперь оно болезненно ныло.
В тот же миг маленькая полосатая кошка вновь стала женщиной в чёрной мантии.
— Извините, мистер Поттер, — в её голосе звучало искреннее сочувствие, но губы едва заметно улыбались. — Я должна была вас предупредить.
Гарри еле дышал от потрясения:
— Как вы ЭТО сделали?!
— Это просто трансфигурация, — ответила МакГонагалл. — Трансформация анимага, если говорить точно.
— Вы превратились в кошку! В МАЛЕНЬКУЮ кошку! Вы нарушили закон сохранения энергии! Это не какое-то условное правило. Энергия выражается с помощью квантового гамильтониана, а при нарушении закона сохранения теряется унитарность! Получается распространение сигналов быстрее скорости света! И кошки СЛОЖНЫЕ! Человеческий разум просто не в состоянии представить себе всю кошачью анатомию и всю кошачью биохимию, не говоря о неврологии. Как можно продолжать думать, используя мозг размером с кошачий?
Профессор МакГонагалл уже едва сдерживала улыбку:
— Магия.
— Магии недостаточно, чтобы делать такое. Вы должны быть богом!
МакГонагалл моргнула:
— Так меня ещё никто не называл.
Взгляд Гарри затуманился, его разум принялся подсчитывать причинённый ущерб. Вся идея единообразной вселенной с математически обоснованными законами, все представления физики пошли коту (точнее, кошке) под хвост.
Три тысячи лет люди по маленьким кусочкам складывали картину мира, узнавали, что музыка планет имеет ту же мелодию, что и падающее яблоко, искали истинные универсальные законы, для которых нет исключений и которые, принимая простую математическую форму, управляли даже малейшими частицами.... И ещё тот факт, что сознание находится в мозге, и что мозг состоит из нейронов, и что мозг равен личности...
А тут женщина превращается в кошку, только и всего.
Гарри хотел задать тысячу вопросов, но в итоге вырвался один:
— Что это за словосочетание Вингардиум Левиоса? Кто придумывает слова к этим заклинаниям, дети дошкольного возраста?
— Закончим на этом, мистер Поттер, — решительно остановила его МакГонагалл, но в её глазах читался с трудом удерживаемый смех. — Если вы хотите изучать магию, нам необходимо обговорить все детали вашего поступления в Хогвартс.
— Верно, — задумчиво ответил Гарри. Он собрался с мыслями. Придётся заново выстраивать причинно-следственные связи, но у него ещё оставался экспериментальный метод, и об этом стоило помнить. — Так как же мне попасть в Хогвартс?
Сдавленный смешок вырвался изо рта ведьмы, будто его выдернули клещами.
— Подожди, Гарри, — вмешался его отец. — Ты же знаешь, по каким причинам ты до сих пор не посещаешь школу. Что будем делать с ними?
МакГонагалл повернулась к Майклу:
— Какие причины? О чём вы говорите?
— У меня проблемы со сном, — сказал Гарри, беспомощно разводя руками. — В моём биологическом дне двадцать шесть часов, я каждый день ложусь спать на два часа позже. Десять вечера, двенадцать, два часа, четыре утра и так по кругу. Даже если я заставлю себя встать раньше, это не поможет, и весь следующий день я буду не в своей тарелке. Поэтому я до сих пор не хожу в обычную школу.
— Это одна из причин, — уточнила его мать, награждённая за это свирепым взглядом Гарри.
— Хм-м, — протянула МакГонагалл. — Не сталкивалась с подобным прежде. Нужно будет спросить у мадам Помфри, знает ли она подходящее лекарство.
Её лицо смягчилось:
— Но не думаю, что это может быть препятствием. Я найду решение твоей проблемы со временем, — она снова сдвинула брови. — Каковы же другие причины?
Гарри наградил родителей ещё одним свирепым взглядом:
— Я сознательно возражаю против идеи обязательного посещения школы, основываясь на перманентной неспособности системы школьного образования предоставить мне учителей и учебные пособия минимально приемлемого уровня.
Родители Гарри рассмеялись, как будто вдруг услышали отличную шутку.
— Ага, — сказал отец Гарри, сверкнув глазами, — теперь понятно, почему в третьем классе ты укусил свою учительницу математики.
— Она не знала, что такое логарифм!
— И, конечно, укусить её — весьма взрослый способ решения проблемы, — вторила мать.
Отец Гарри кивнул:
— Продуманная стратегия в отношении учителей, которые не понимают логарифмов.
— Мне было семь лет! Как долго вы ещё собираетесь вспоминать этот случай?
— Да, всё понятно, — с участием в голосе сказала мать. — Ты укусил одного учителя математики, и теперь тебе этого никогда не забудут.
Гарри повернулся к МакГонагалл:
— Вот, видите, с чем мне приходится иметь дело?
— Извините, — сказала Петуния и выбежала за стеклянную дверь гостиной. Впрочем, её смех было слышно даже оттуда.
— Гм, значит так, — по какой-то причине МакГонагалл было непросто продолжить разговор. — Никакого кусания учителей в Хогвартсе. Это понятно, мистер Поттер?
Гарри насупленно посмотрел на неё:
— Хорошо, я не стану никого кусать, пока меня самого не укусят.
Услышав это, профессор Майкл Веррес-Эванс тоже был вынужден покинуть комнату.
— Итак, — вздохнула МакГонагалл, дождавшись, пока родители Гарри возьмут себя в руки и вернутся. — Думаю, учитывая обстоятельства, стоит повременить с покупкой школьных принадлежностей. Займёмся этим за несколько дней до начала учебного года.
— Что? Почему? Ведь другие дети уже знакомы с магией! Я должен начать готовиться прямо сейчас!
— Смею вас заверить, мистер Поттер, — ответила Профессор МакГонагалл, — в Хогвартсе вы сможете начать обучение с самых основ. К тому же, мистер Поттер, подозреваю, что если я оставлю вас на два месяца с вашими учебниками даже без волшебной палочки, то, вернувшись сюда, я найду лишь кратер, полный лилового дыма, опустевший город и полчища огненных зебр, терроризирующих остатки Англии.
Мать и отец Гарри согласно кивнули.
— Мама! Папа!
Глава 3. Сравнивая варианты реальности
Если Дж. К. Роулинг спросит вас об этом фанфике — вы ничего не знаете.
«Но тогда вопрос в том, кто?»
— Господи боже! — воскликнул бармен, уставившись на Гарри. — Это же... неужели?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
