Алекс пожала плечами, как бы закрывая эту тему, и улыбнулась — пожалуй, излишне лучезарно.
— Так что оба мы — обманщики.
Ник задержал дыхание.
— Почему ты так говоришь?
— Ну, понимаешь ли, у каждого из нас есть что скрывать. В сущности, наши ситуации — две стороны одной медали. По правде говоря, все это не совсем мое. Кстати, уверена, что и не твое тоже. Это как-то… странно.
— Что именно? — спросил он, чтобы выгадать время. — Сама ситуация или то, что это мы с тобой?
— Думаю, и то и другое. Но конечно, это странно, что мы с тобой здесь.
— Почему?
Казалось, они подошли к самому главному. Голос Ника звучал глуховато, он как будто силился подавить смутное предчувствие. Алекс замялась:
— Ну… потому что…
— Потому что сама мысль о нас с тобой смешна?
Ну вот, он сказал это. Ник смотрел на ее лицо и чувствовал себя как игрок, выкладывающий на стол последнюю карту.
Не имея понятия о великом значении момента, Алекс недоумевала: что он такое несет? «Главное, — решила она, — не разрушить тех остатков веры в себя, которые у него еще остались».
— Я просто думаю, что ты сейчас немного сбит с толку.
Но он-то знал, что никогда в жизни его голова не была яснее. Единственное, в чем он не мог разобраться, — это отчего у него горят щеки: от стыда или от того, что он наконец-то приблизился к своей главной цели.
— Алекс, для меня все совершенно ясно. Ты очень яркая девушка, просто красавица. Ты слишком хороша для этого своего дружка.
Так вот к чему он клонит! У нее дыхание перехватило от ярости. Господи, до чего же мужчины примитивны! Еще один случай убедиться, что Ричард был прав. Без сомнения, это Саймон сочинил всю шараду. Может быть, он даже финансировал ее своей золотой карточкой. Подумав об этом, Алекс сделала еще один глоток шампанского. Ну, сейчас она им покажет!
— Понятно.
Ник надеялся на больший энтузиазм с ее стороны, но решил не обращать внимания.
— А как насчет меня?
— Что насчет тебя?
Забавно. Теперь она как будто играла с ним. Но он не отступал:
— Что ты думаешь насчет меня?
С замиранием сердца Ник понял: рано радовался. Алекс, как улитка, вдруг спряталась в раковину, а он даже не мог представить почему.
— Ох, Ник, я думаю, ты прелесть. Уверена, что твои… проблемы — просто временное расстройство.
Она отпила еще немного шампанского и наградила Ника ледяной улыбкой по всем правилам этикета.
В ее тоне явно слышался сарказм. Что-то спугнуло ее, и сочувствия как не бывало. А он-то надеялся!
Убитый ее неожиданной холодностью, Ник заговорил проникновенно, из самой глубины сердца:
— Ты не веришь мне, Алекс. Почему-то ты решила, что я все это выдумал. За какого же сукина сына ты меня принимаешь?
Отчаяние и горечь в его голосе, должно быть, тронули Алекс. Она спустилась с сияющей вершины своего морального превосходства и взяла его за руку:
— Нет-нет, конечно, я так не думаю, Прости. Мне просто пришло в голову, что это Саймон подговорил тебя, и…
На этот раз Ник посмотрел на нее так, будто она спятила.
— Саймон?! Ты в своем уме? Я же сказал тебе: он ничего об этом не знает, а если бы узнал, наверняка бы уже колотил в дверь.
— Не сомневаюсь.
Алекс смотрела на него с раскаянием, не переставая ощущать тепло его руки.
От ее прикосновения у Ника все внутри дрожало. И все же он решился подойти к другому опасному вопросу:
— Так что же Ричард?..
— Вот уж о ком я не беспокоюсь. В крайнем случае он поколотит нас газетой по голове. Мы же ничего дурного не делаем.
«Пока не делаем», — мысленно поправил Ник.
— Конечно, нет, но некоторые могут подумать иначе. Ты же знаешь, какие бывают люди.
— Ну и пусть. Дай-ка свой бокал. Думаю, ты можешь плеснуть себе еще немного. Что-то ты сегодня отстаешь.
И не без причины. Еще не хватало споткнуться на последнем препятствии, хлебнув лишку. Когда придет время, надо, чтобы все было на уровне, а это, конечно, зависит и от него. Отведя бокал до того, как он наполнился до краев, Ник заметил, что щеки Алекс разрумянились, а глаза горят ярче, чем обычно. Она всегда хорошо держалась, сколько бы ни выпила, только с каждым бокалом с нее будто осыпалась скрытность, слой за слоем. Вот на это он и делал ставку.
— В данный момент этот зануда улетел на какую-то конференцию в Женеву. Там будут обсуждать, что делать с этими вонючими клочками бумаги, чтобы загребать еще больше денег.
Ник представил себе, как Ричард заключает свои сделки: можно об заклад биться, что на его самодовольной физиономии не отражается ровным счетом никаких эмоций.
— Наверное, здорово иметь столько бабок.
Тем более стыдно при этом не быть личностью. Хоть озолоти его, Ник не мог себе представить, что Алекс делает с мужиком, по сравнению с которым страховой агент — воплощение сексуальности.
— Вряд ли он об этом думает. Он настолько занят добыванием денег, что не успевает получать от них удовольствие. И потом, он такой щедрый, — быстро добавила она, припомнив его фанфаронские ухаживания.
У Ника дыхание перехватило от такого комментария. Он плеснул ей в бокал еще шампанского в надежде, что образ соперника выветрится из ее мыслей.
Приятный туман в голове не помешал Алекс отметить, что Ник больше внимания уделяет ее бокалу, чем своему собственному. Она нерешительно запротестовала:
— Ты что, хочешь меня совратить?
Даже для ее собственных ушей фраза прозвучала невыносимо жеманно, однако Ник подхватил ее на лету:
— Было бы неплохо.
Его тон был непринужденным, он почти шутил. Почти. Алекс все труднее было сосредоточиться. Интересно, не всерьез ли он?
Ник коснулся ее бокала и выпил — за то, чтобы больше не было никаких разногласий.
— Вот видишь, не только Ричард может поить тебя шампанским. Бьюсь об заклад, ты никогда не проводила с ним такого вечера.
— Да уж, такого точно не было. Я имею в виду — кого-кого, но тебя я и представить… — У Алекс плечи затряслись от смеха: только теперь она оценила весь юмор ситуации.
Ник не знал, радоваться ему или обижаться.
— И что это значит?
— Ты… я… все это… — всхлипывала она, не в силах побороть приступ смеха.
Ник тоже заулыбался. В конце концов оба они почувствовали облегчение. Напрасно он боялся, теперь все будет хорошо. Улучив момент, Ник протянул ей руку:
— Алекс, иди сюда. Да не смотри ты на меня так! Я не собираюсь тебя лапать. Просто не могу разговаривать, когда между нами этот дурацкий стол.
Алекс почему-то почувствовала себя разочарованной. Все же она обошла стол и уселась рядом с ним, скинув осточертевшие шпильки и подобрав ноги под себя. Ника чуть не хватил удар. Ему пришлось какое-то время восстанавливать дыхание, прежде чем он смог действовать дальше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
