Читаем без скачивания Контракт на выбывание - Наталия Валуева

Я растратила на двух взрослых особей неполных три рожка патронов — благо, успела заранее их снарядить. Мне повезло, что перед этим я надела химзащиту. Острые зубы уродливых тварей порвали резину в клочья, но так и не достали до тела, а то пришлось бы долго лечиться от заражения крови.

Слепой молодняк был слишком мелким, поэтому я просто сгребла его в проржавевшее ведро (при этом едва не лишилась мизинца) и высыпала в переполненную дождевой водой бочку.

А затем я перетаскала в избушку все, что нашла в тайниках элеватора. Успела уложиться до возвращения хозяев нычек.

Не знаю, для какой цели построили хибару в столь уединенном месте. Скорей всего это был домик лесника, хотя навряд ли. Может, здесь жили староверы, или другие, не любящие человеческого общества отшельники. Как бы то ни было, за неполных три дня мне удалось оборудовать неплохое жилище. Я так старалась заметать следы, не вытаптывать траву, не ломать кустарник, что почти поверила в собственную безопасность. Однако все мои уловки не обманули хозяев тайников. Для бывалых сталкеров не составило труда выяснить, куда подевался хабар.

На четвертый день ко мне нагрянула небольшая делегация — три отморозка в черных кожаных куртках, и лыжных шапочках, с прорезями для глаз. Они шли, не таясь, и вначале, я даже подумала, что это военный патруль. Или хозяева халупы. Я хотела решить дело миром, но бандиты без разговоров открыли огонь. Расстреляли избушку еще на подходе, даже не проверив, есть ли кто внутри. Хорошо, покойный Лис вбил в меня привычку никогда не высовываться раньше времени и не оставлять оружие без присмотра.

Калаш оказался у меня под рукой. Не долго думая, я нырнула в дыру между прогнивших досок пола и на карачках заползла за кирпичный фундамент печи. Пока заметившие движение бандиты выкрикивали угрозы, в красках описывая, что станет с "крысой", посягнувшей на их запасы, я торопливо зарядила автомат. Мне удалось уложиться в две минуты — настолько руки дрожали от страха, а патроны не хотели вставляться в обойму.

Я все еще надеялась договориться по-хорошему. Хотела прикинуться дурочкой (а может и не прикинуться) и сказать, будто думала, что патроны и тушенка — ничьи. Точнее оставлены для общего пользования. Но когда один из бандитов пообещал бросить гранату — я торопливо выстрелила на голос. А нечего разбрасываться лимонками, когда в доме спрятан неполный ящик патронов.

Как позже выяснилось — автомат стоял на одиночной стрельбе. Один отморозок визгливо вскрикнул, но этого было явно не достаточно. Задуманная мною длинная очередь, уничтожающая всех и вся, не удалась. И пока я гадала, почему, пол надо мной взорвался гнилыми щепками. Несколько пуль попали в кирпичную кладку, крупный осколок оцарапал мне щеку, а в перекрытии образовалась дополнительная дыра.

Как не странно, почувствовав, как кровь стекает на подбородок, я сразу успокоилась. Из ситуации было только два выхода: кто-то из нас должен был умереть — либо они, либо я. Второй вариант меня никак не устраивал. Значит, надо было осуществить первый.

Оказывается, при желании можно расстрелять врага и одиночными выстрелами, особенно если сидишь под укрытием кирпичного фундамента, а противники мечутся по прогибающимся доскам у тебя над головой. Я потратила всего шесть патронов — по два на каждую цель. Если сравнивать со стрельбой по крысиному волку намечался явный прогресс.

Угнетало одно — у бандитов могли оказаться товарищи, которые захотят за них отомстить. Мне очень не хотелось покидать обжитую избу, и все же пришлось искать ей замену.

Во время очередной вылазки в поисках нового жилья я и столкнулась с Ломом.

Поздним вечером я рыскала среди холмов, словно ищейка, потерявшая след. Наступающий сумрак должен был сыграть мне на руку — не много народу отважится отправиться на прогулку в преддверии ночи. Наставник учил, что темное время суток надо встречать в надежном укрытии, в крайнем случае, у ярко горящего костра, и я надеялась, что у всех враждебно настроенных по отношению ко мне элементов были подобные учителя. К тому же мой КПК давно разрядился. Мне негде было подзарядить аккумулятор, и я была полностью уверена, что неразличима в сети для других сталкеров, точно так же, как и они для меня. Тогда я еще не знала, что на каждом разрешенном для использования в Зоне наладоннике стоит запасная батарея, отвечающая только за посыл сигнала на спутник (для лучшего контроля властей над свободными одиночками).

Наткнуться на аномалии я не боялась. Во-первых, при приближении к любой из них у меня резко начинает болеть голова (так что я неплохо обхожусь и без болтов). А во-вторых, чему быть того не миновать.

В тот момент у меня было очень пессимистичное настроение. Жизнь утратила всякий смысл. Никаких перспектив, не к чему стремиться, нечего желать. Я уже две недели не мылась и чувствовала себя как свинья, которой ко всему прочему не дают вываляться в грязи. Вся кожа чесалась и шелушилась. На руках появились незаживающие язвочки, а на лице россыпь прыщей. Что-то мне подсказывало, что это вовсе не от радиации, а скорей из-за толщи несмываемой грязи.

С очередного холма я заприметила плотные заросли. Как правило, в Зоне деревья растут особенно густо возле заброшенных построек. Возможно, это один из способов уничтожения природой следов цивилизации и полного вытеснения человека. Я находила домишки, через крышу которых пробивались исполинские деревья, а молодая поросль окружала их непролазной стеной. Жить в таких строениях вообще невозможно. Сквозь пробитый шифер виднеется вечно хмурое небо, а через крупные щели в стенах бродят ледяные сквозняки. Но я еще не утратила надежду, подобрать себе новую хибару пригодную для жизни. Приближалась осень. Мне по любому требовалось где-то укрываться от непогоды.

Спустившись с холма, я привычно перевесила Калашников на грудь, и бодро поспешила в сторону зарослей.

В этом районе встречалось на удивление мало мутантов. Похоже, они предпочитают селиться там, где выше радиационный фон, а значит меньше людей. Правда пару раз я натыкалась на кабанов, слава богу, одиночных, так что мне всегда удавалось с ними быстро разделаться. Тут главное, уйти с линии их первоначального разбега, а дальше, когда ослепленная яростью тварь промчится мимо, разрядить пол магазина в широкую спину. Как любил поговаривать Серый Лис: "После хорошей очереди под левую лопатку еще никто не выживал".

Один раз я встретила свинью с поросятами…

С тех пор в самодельном вольере возле моей халупы бегал мелкий, полосатый кабанчик. Ел он почти все, от корешков до насекомых, но больше всего любил зеленые орехи. Я очень надеялась, что вырастет он добродушным и ласковым, таким же, каким и был на тот момент, а не превратится в кровожадного монстра.

Солнце почти село. Я так торопилась, что почти не смотрела по сторонам. Отметила в сплетении крон светлый ствол искореженной березы и шагала, стараясь не выпустить ориентир из поля зрения. Поэтому, когда в стороне раздался сухой щелчок передернутого затвора, я едва не растянулась в пожухшей траве.

— Куда торопишься, Старуха? — насмешливо произнес хриплый голос.

— Откуда ты меня знаешь? — спросила я, не поворачивая головы.

Одновременно я лихорадочно пыталась сообразить, кто из знакомых, мог опознать меня в такой темноте и чем эта встреча мне грозит.

— Тебя? — усмехнулся сталкер. — Из своего КПК.

Я услышала, как зашелестела плотная брезентовая куртка. Слева от меня мигнул бледно-голубой экран наладонника.

— Так, посмотрим, — неизвестного собеседника, похоже, сильно забавляла сложившаяся ситуация. — Старуха. Одиночка. Убила сталкера Серого Лиса.

Незнакомец говорил медленно, как видно считывал сведения из общепринятой базы данных. Явной агрессии он не проявлял, и я рискнула опустить ствол автомата в землю и обернуться.

— Это ты правильно сделала, — одобрил мои действия худой, небритый мужик в надвинутом на глаза капюшоне. — А если положишь автомат на землю…

— То буду последней дурой, — подхватила я. — И потом, Лиса я прирезала, а не застрелила.

— Я знал его, — медленно произнес незнакомец. — Хороший был мужик, хотя и с завышенным самомнением.

Мне сразу захотелось вскинуть автомат и срезать его длинной очередью, совершенно не экономя патроны. Но мой Калашников стоял на предохранителе (очередной урок тупому новичку!) а его самозарядный карабин Сайга был готов к стрельбе и направлен дулом мне в голову.

Можно еще было упасть на землю, откатиться в сторону и… получить заряд дроби в лоб.

Поэтому я грубовато спросила:

— А ты кто такой? Не люблю разговаривать с незнакомцами. Особенно под прицелом.

— Ты еще не ответила на мой вопрос, — сухо произнес мужик.

Неизвестно, до чего бы дошел наш разговор, но внезапно я почувствовала, как моя кожа покрывается мурашками, а сердце плотным комком устремляется куда-то к горлу.