скорлупой недоговоренности, погрузившись с головой в переживания о не случившемся счастье. Между ними всегда были самые теплые доверительные отношения, и девушка реагировала на любую холодность со стороны Кристины, принимая это на свой счет. С недавних пор Алисе было почти стыдно за свое счастье, поэтому она толком ничего не рассказывала сестре. Алексей, заметив беспокойство любимой, ободряюще сжал ее руку в своей. Она грустно улыбнулась в ответ на этот жест.
– Лиса, мы обе знаем, кто всегда был и остается любимицей отца. Любые мои начинания или проекты воспринимаются в штыки. Мне, как выяснилось, оказалось в десятки раз сложнее доказать, что я чего-то стою, чем тебе. Хотя я не умаляю твои заслуги, ведь тебе приходится практически самостоятельно вести семейный бизнес, оставив нашему чу́дному папе творческую составляющую всех проектов, – сарказм так и сквозил в словах девушки. – Но хватит об этом, – вздохнула она. – Я никого не ждала в гости, если честно, поэтому все, что могу предложить, это заказать еду на вынос и чай с тортиком.
– Я знаю прекрасное место! Они будут у нас через полчаса. Вы же не сильно голодные? – поддержал подругу Алексей. Ему показалось, что Кристина не готова вести подобные разговоры при нем, и, меняя таким образом тему, открыв приложение, молодые люди сделали заказ.
Пока Крис продолжила хлопотать на кухне, Алиса показывала Алексею дом. Это был двухэтажный коттедж в стиле шале, с просторными комнатами, высокими потолками и люстрами, подвешенными на цепях, напоминавшими об охотничьих хижинах. На первом этаже расположились холл, встречавший гостей нарочито состаренным паркетом и уютной эркерной нишей с витражными стеклами, да широкая лестница, ведущая наверх, в спальни. Направо была обеденная зона с большим столом и гостиная с камином, перед которым расположились хозяйские кресла и диван, заканчивающий ансамбль. Портал камина, часто использующегося домочадцами по назначению, был выполнен из натурального камня, а по бокам от него расположились книжные шкафы, встроенные в стену. Кухня же была небольшой, оборудованной по последнему слову техники. Ничего лишнего, все на своих местах.
– Хочешь, покажу тебе мою комнату? – смущенно улыбнулась Лиса.
Ей вдруг показалось, что стоит только войти, и падает последний кирпичик из стены ее обороны. И хотя теперь они с Алексом жили вместе, разделив на двоих спальню, то был арендованный таунхаус, который не хотелось называть своим домом. Девушка открыла дверь, закусив губу. Ей было важно, понравится ли любимому уголок в родительском доме, даривший душе Алисы спокойствие во время самых сильных волнений, бывший надежным пристанищем во время перипетий, в которых она оказывалась, благодаря своей несдержанности и бунтарскому характеру. Алексей огляделся. Комната была светлая, декорированная в пастельных тонах. Пройдя вглубь, молодой человек провел рукой по комоду, на котором разместились фотографии счастливых моментов Лисы. Взгляд зацепил беззубую улыбку маленькой девчонки, заливисто смеющейся на снимке, ее кудряшки светятся в лучах солнца. От фото так и веяло теплом, летом, искренностью и беззаботностью, заставляя улыбнуться ребенку в ответ, запечатленному объективом фотографа.
– Ты такая хорошенькая здесь, – парень повернулся к Алисе, застывшей в дверном проеме.
Он какое-то время продолжает рассматривать остальные фотографии, безошибочно узнавая малышку Крис, улыбающуюся сидя на качелях сестре, Алису в окружении друзей, задувающую свечи на свой восьмой день рождения, и уже взрослую блондинку в мантии и шапочке выпускника, поправляющую головной убор с желтой косточкой. Обернувшись, мужчина одобрительно кивает, оценивая размеры кровати, в изголовье которой расположился коллаж из бабочек.
– Останешься на ночь? – игриво спрашивает Алиса, проследив за взглядом любимого. В ответ он прижимает ее к себе, даря нежный поцелуй. Лиса со смехом толкает его на постель, устраиваясь сверху. – Это значит да? – руки парня скользят под блузкой, безошибочно задевая самые чувствительные точки на теле девушки.
– Да… – выдыхает Алекс в ямку между ключиц. Возбуждение разливается по телу Алисы волной дрожи.
– Прибереги свой пыл еще пару часов, – шепчет она, слегка прикусывая мочку любимого. И, уворачиваясь от сильных рук, Лиса с довольной улыбкой встает с колен мужчины. Обернувшись к зеркалу, девушка поправляет прическу, чтобы не смутить сестру, глядя на свое отражение закусив припухшую от требовательных поцелуев губу.
– Ты невыносима, – рассмеялся Алексей. – Пойдем, привезли нашу еду.
***
Ужин прошел под шутки Алексея и сетования Алисы о том, что вести бизнес с другого конца света оказалось довольно тяжело из-за разницы во времени, а значит, вскоре придется вернуться в Москву, оставив любимого в Лос-Анджелесе. Кристина все еще пребывала в эйфории от событий сегодняшнего дня и слушала сестру в пол-уха. Но, с наступлением темноты, мысли о Егоре, терявшие свою прерогативу с восходом солнца, неумолимо наступали. И стоило Лисе отлучиться ответить на рабочий звонок, Кристина серьезно посмотрела на друга.
– Леш, – внимательный взгляд голубых глаз в ответ, – то, что я сейчас скажу, должно остаться между нами. Я не готова обсуждать это с Лисой, поэтому буду благодарна тебе за понимание.
– Конечно.
– Я не могу перестать думать о Егоре. Совершенно очевидно, что мы с ним не можем быть вместе. Это не подлежит обсуждению ни под каким углом, но… Боже, чувствую себя школьницей! Он пропал из всех социальных сетей. Я волнуюсь, не имея возможности хотя бы краем глаза убедиться, что у него все хорошо, – ломая пальцы, Крис подняла глаза на молодого человека рядом.
– Мы с ним не настолько близки, я все же не его продюсер, да и работаем мы в разных странах, поэтому не располагаю достаточной информацией о его жизни. Все, что я знаю, Егор пишет альбом, едет в тур. Загрузил себя работой, чтобы не думать о тебе. На прошлой неделе прислал мне демо, песня гарантированно займет первые строчки хит-парадов.
Спустя пару минут, парень добавляет:
– Он скучает по тебе.
