* * *
Месяц спустя Богдана вдруг вспомнила тот самый день, когда получила распределение на «Серебряную стрелу». И вспомнила те свои мысли и переживания, которые теперь казались таким далёкими и неважными.
Это была сложное, но интересное время. Месяц знакомств и притирок, привыкания к коллективу и втягивания в новую работу.
Работать приходилось много, что Богдану радовало. Ей часто давали расчёты, результат которых должен был совпасть с компьютерными. Вначале совпадений почти не было и Лариса — старший помощник командора — заставляла всё переделывать. И снова, и снова, пока результаты не совпадали. Она была женщина-кремень. На вид совершенно беззащитная и слабая, но такой руку в рот не клади — откусит по локоть. Невозмутимая, собранная, строгая и безупречно правильная — с такой даже спорить бесполезно, и так понятно, что она всегда права.
При этом Богдана не испытывала к Ларисе неприязни. Та никогда не придиралась без причины и никогда не переходила на личности. Она действительно была правой рукой командора и без неё всем пришлось бы тяжелей.
Командор обращался к Богдане крайне редко, как и к другим членам командной группы. Он постоянно был занят.
Но если к работе Богдана привыкла быстро, то вот с досугом дела никак не складывались. Ей не хватало подруг. Ну вот просто катастрофически!
В команде было всего девятнадцать человек, из них две женщины в бытовом и медицинском отделах. Валентина и Маргарита. Сёстры. Поэтому, конечно, они общались друг с другом, и кроме Богданы осталась только Лариса, а с ней подругами не станешь, и дело совсем не в возрасте или положении. Лариса работала и ничего кроме работы не признавала. Ну, ещё была красивая, очень красивая девушка Валерия, но у неё имелся парень, с которым они вообще не расставались и для третьего в их тесной компании места не было.
Вот и пришлось Богдане ходить самой. Скучно, тоскливо и словечком перемолвится не с кем.
Она и не заметила, как зачастила на технических уровень и стала проводить много времени со Скорпионом. Настоящее имя его было вполне стандартным — Алексей Крючков, однако он желал, чтобы его величали только Скорпионом. Это был тот самый парень, с которым они когда-то столкнулись на входе в Институт. Вначале-то она, конечно, мысленно желала ему сдохнуть в муках, но что поделать, оказалось, только с ним можно было нормально поболтать. С тех пор их общая история пополнилась, наверное, тысячей склок. Более-менее нормальным тоном разговаривать они стали лишь в последнюю неделю.
Богдана хорошо помнила первые два дня полёта. Вначале, до прыжка, отлично было видно Землю, отчего сердце съедала тоска и тревога. Сколько не убеждай себя, будто ничего страшного не происходит, статистика неумолима — десять процентов из них не вернётся. А с везением некоторых предположить, кто это будет, легче лёгкого.
Знакомство с экипажем, подготовка к прыжку, задания, которыми её загрузили, не успела Богдана появиться на мостике… в общем, первые два дня пролетели суматошно и трудно. И стало ясно — кроме работы у Богданы ничего не будет. Не с командором же дружить?
Она тут же упала духом. Вся учёба прошла среди многочисленных подруг, Богдана легко заводила знакомства и ещё легче сговаривалась с людьми, в общем, недостатка с общением не испытывала. А тут… Ну нет тут свободных девушек, ни одной!
Тогда же она получила задание спуститься в технический отсек и передать приказ Командора о порядке круглосуточных дежурств. Его можно было отправить и по сети, но как оказалось, Командор предпочитал всегда доводить свои решения путём человеческого гласа, роль которого в данном случае исполняла Богдана.
Она взяла залитый пластиком список и пошла к лифтам.
На техническом этаже царили технические звуки. Что-то гудело, шипело и время от времени цокало, как будто жило своей собственной жизнью. По полу стелился редкий туман неизвестного происхождения, а у стен лежали ящики и всякие непонятные инструменты, кое-как закреплённые в металлических сетках на стенах. Они выглядели очень ненадёжно, так и хотелось обойти их пятой дорогой. Но дорога была одна.
Богдана знала, как выглядит глава технического отдела и что его зовут Вениамин Сергеевич. Ну и в теории всякий встречный является тем, кто ей нужен. По крайней мере информацию о местонахождении своего начальника сообщить сможет.
И вот шла она по коридору, не очень долго, корабль не то чтобы был сильно большой… и остановилась у открытой настенной панели, за которой, судя по звукам, кто-то копошился. Панель перегородила собой практически весь проход. Богдана заглянула за неё и увидела в стене человека. Ну, не в самой стене, а в дыре, которая образовалась, когда убрали панель. Человек был в тёмно-сером комбинезоне, скрюченный, на коленях у него стоял небольшой ноутбук, и он склонился на ним и вглядывался в экран с такой жадностью, будто хотел его проглотить. Потом Богдана заметила деревянные бусы и сразу поняла, что это за тип. И судя по изображению на экране ноута, он совсем не работал.
— Эй!
Взгляд хамоватого фрика был бесценен. Он уставился на Богдану, потом на открытую панель и его челюсть отвалилась. Кажется, он был уверен, что спрятался и закрылся и никак не ожидал, что его обнаружат.
— Как ты меня нашла? — закричал он.
— Я? А ты чего, прятался?
— Да уж не для тебя дверь распахнул!
— Фух. — Выдохнула Богдана и помахала рукой, как будто ей жарко. — Не для меня. Свезло так свезло!
— Думаешь, это смешно? Да у тебя и зачатков чувства юмора нет ни одного!
Вот это обидно! Богдана покосилась на экран ноута и поняла, что этот тип не только не работает, а ещё и играет в какую-то игру!
— А! — Вскрикнула Богдана. — Так ты вирту-зависимый, да? Ну, тогда всё понятно.
— И что такого? Тоже мне открытие, девочка Две копейки.
— Две копейки?
— Самая мелкая игровая валюта, которую я только встречал в играх.
— А, ты это меня типа дешёвкой обозвал? — Богдана улыбнулась, получая от спора какое-то извращённое удовольствие. После отлёта это единственный раз, когда ей не было скучно и тоскливо. Куда там! Она была просто на взводе!
— Хм. Вирту-зависимый хочет меня задеть? А как насчёт того, что я знаю — такие как ты перед играми памперсы одевают, чтобы на походы в туалет не отвлекаться. Памперсы, дятел! Ходят в памперсы, как младенцы или немощные. Сидят в грязных памперсах сутки. Гы-гы.
— Тебе не понять, девочка Две копейки. — Он гордо вскинул голову и высокомерно сверкнул глазами, но Богдана только рассмеялась.
— Понятное дело, не понять. Я же не извращенка. Ещё и хвастаетесь друг перед другом, кто сколько просидел, задницы от кресла не отрывая. Думаю, ты всегда побеждал.
— Ой, да отстань!
Хм. Кажется, она выиграла словесную дуэль! Противник больше не нашёл аргументов для спора и просто хочет, чтобы его оставили в покое!
Ну, ей он и не нужен.
— Короче, я должна передать вашему отделу список дежурств. На.
Богдана протянула листок, но тот не взял. Тогда она просто бросила листок ему на колени и развернулась, чтобы уйти.
— Постой!.. — Вдруг крикнул фрик. — Подожди!
— Чего?
— Слушай… — Он замялся, потом закатил глаза и затараторил так быстро, что Богдана едва разбирала слова. — Пожалуйста, будь так добра, отнеси этот список туда, дальше по коридору и сразу направо, там кабинет с начальством.
— Сам отнеси.
— Слушай… — Он засуетился, выкарабкался из своего укрытия, выпрямился и сразу стал выше. — Ну, пожалуйста. — И затараторил как по написанному. — Я был неправ. Я грубил. Мне очень стыдно. Кто прощает, тот молодец. Больше такого не повторится.
— Как-то ты не искренне извиняешься. — Нахмурилась Богдана, хотя внутри вся тряслась от смеха. Красивые синие глаза нахала даже потемнели, так старательно тот врал.
— Да подожди! Ну, правда, я не могу сейчас туда идти. Я сбежал. Мне всё равно влетит… но лучше позже. Я с самого отлёта не мог эту последнюю карту пройти! Ни минуты отдыха не давали. Я просто хотел забыть на время, что болтаюсь где-то чёрт знает как далеко от дома в ледяном безвоздушном пространстве!
