Читаем без скачивания Закат Америки. Уже скоро - Чарльз Капхен

Но система международных отношений хрупка, подвержена изменениям и может распадаться с удивительной скоростью. В 1910 году европейцы были уверены в выгодах мирного развития, экономической независимости и нерациональности вооруженных конфликтов. А в конце лета 1914 года сильнейшие европейские государства уже находились в состоянии войны. В Соединенных Штатах царило процветание и атмосфера оптимизма в течение второй половины 1920-х годов. К 1933 году в мире началась экономическая депрессия, Гитлер пришел к власти в Германии, век быстро приближался к своим самым мрачным временам. В начале 1945 года, Соединенные Штаты были заняты выстраиванием послевоенных отношений с Советским Союзом, вооруженные силы США были быстро демобилизованы, американцы доверили Организации Объединенных Наций сохранение мира на планете. Но вскоре началась «холодная война», и Соединенные Штаты и Советский Союз принялись грозить друг другу ядерным уничтожением.

Возобновление соперничества и конфликтов между крупнейшими мировыми державами, без сомнения, предопределено. И более всего Америка этому поспособствует, если примется насаждать свои взгляды на терроризм, полагаясь на то, что всеобъемлющий мир продолжается. Вместо этого Америке следует осознать, что превосходство и стабильность, вскормившие ее, уже начинают ускользать. Европа находится в середине революционного процесса политической и экономической интеграции, которая постепенно упраздняет важность внешних границ и ведет к концентрации власти в Брюсселе. Общее благосостояние Европейского Союза скоро составит конкуренцию царящему в Соединенных Штатах изобилию. Россия в конечном счете воспрянет и, возможно, займет свое место в интегрированной Европе. Азия отстала не намного. Китай уже представляет целый регион, и его экономика быстро растет. И Япония со второй по величине экономикой в мире преодолевает экономический спад и постепенно расширяет свое политическое и военное влияние.

В то время как соперники наращивают свое влияние, Соединенные Штаты быстро теряют интерес к роли всемирного защитника. США проводили очень активную внешнюю политику в течение 1990-х годов. Америка была занята прекращением этнической резни на Балканах, борьбой с Саддамом Хусейном, сохранением мира в Восточной Азии, много сделала для решения непрекращающихся конфликтов на Ближнем Востоке и в Северной Ирландии, одновременно управляя глобализацией международной экономики. Но пик американского участия в международной жизни пройден, теперь активность США совершенно очевидно пошла на спад.

Во время первых месяцев своего пребывания на посту президент Джордж У. Буш дал ясно понять, что он намеревается придерживаться прежнего курса и соблюдать обязательства страны, но приоритет для него имеют проблемы, наиболее близкие интересам США. Не случайно, что его первая зарубежная поездка была визитом к президенту Мексики Висенте Фоксу, и свой первый президентский обед Буш дал в честь Фокса. О предпочтениях Буша можно судить по тому, что он сразу объявил о намерениях выйти из многих организаций и договоров, которые Америка сама помогала учреждать для соблюдения международного порядка. Помимо прочего, активная внешняя политика США 1990-х годов поддерживалась очень мощным и устойчивым экономическим ростом. И напротив, экономика, переживающая плохие времена, предполагает снижение видимой активности во внешней политике.

Для многих события сентября 2001 года связаны с этой тенденцией, убеждающей администрацию Буша и американскую общественность в необходимости глобальных изменений. Как писал Эндрю Салливэн, бывший редактор «The New Republic», спустя всего несколько дней после нападения, «нам дали понять, что каждый большой западный город уязвим. Для самих Соединенных Штатов, – продолжает Салливэн, – это означает одну главную вещь: изоляционизм подобен смерти»(1). Одни были уверены, что угроза терроризма ослабит не только международную активность США, но и основы либерализма, другие полагались на многостороннее сотрудничество и питали доверие к международным институтам. Терроризм представляет коллективную угрозу, и поэтому следует добиваться коллективного ответа.

Совершенно очевидно, однако, что терроризм заставляет Соединенные Штаты преодолеть как ограниченность изоляционистских настроений, так и привычку действовать в одностороннем порядке. Со временем американские лидеры, возможно, поймут, что безопасность страны лучше обеспечивать путем сокращения внешних обязательств и возведением защитных барьеров, чем преследованием террористов в горах Афганистана. У Соединенных Штатов есть сильные традиции, восходящие к отцам-основателям, – не отгораживаться от чужих проблем, но это стремление может быть ослаблено все возрастающей ценой, которую приходится платить за глобальные изменения. Первым откликом Америки на нападение 11 сентября было закрытие границе Мексикой и Канадой, прекращение внутренних воздушных сообщений и введение патрулирование побережья страны военными кораблями и реактивными самолетами. Устойчивую антипатию американцев вызывают многосторонние международные институты, уклоняющиеся от активных действий просто из-за нежелания признать правомочность чьей-либо односторонней инициативы. Соответственно, какие-либо действия Соединенных Штатов чреваты охлаждением отношений с международными партнерами, дальнейшая помощь которым, в свою очередь, будет затруднительна в условиях разделенной мировой системы. Либеральный интернационализм, который сохранялся благодаря мировому лидерству Соединенных Штатов после Второй мировой войны, сейчас находится под давлением как сторонников изоляционистского курса, так и крайних приверженцев односторонних действий.

Эпоха американского величия продолжается, но появление альтернативных силовых центров, спад американской активности в мировых делах и стремление США к решению проблем в одностороннем порядке неизбежно приведут эту эпоху к закату, что повлечет глубокие геополитические последствия. Стабильность и порядок, естественным образом обусловленные американским перевесом, будут постепенно вытесняться процессом возобновления конкуренции. Локомотив глобализации, который невозможно остановить, слетит с колеи, как только Вашингтон потеряет над ним контроль. Мир, навязанный Америкой, готов уступить дорогу гораздо более непредсказуемому и опасному миру. И главная угроза будет исходить вовсе не от Усамы Бен Ладена и ему подобных, но от возвращения традиционного геополитического соперничества.

В срочном порядке Америке нужно начинать готовиться самой и готовить остальной мир к лишенному определенности будущему. Ждать, пока закончится американское превосходство, означает упустить огромные возможности, которые дает первенство. Америка должна разработать стратегию перехода к мультиполярному миру сейчас, пока есть прекрасные возможности сделать это. Таков главный вызов эпохи заката американского величия.

Хотя эта книга в первую очередь о тенденциях будущего Америки и всей мировой системы, сложившейся под ее влиянием, часто речь в ней идет о прошлом. Я развиваю каждый из основных аргументов книги, сначала исследуя тот исторический период, который наилучшим образом может пролить свет на происхождение наших современных трудностей. Это внимание к прошлому может показаться странным для книги о будущем. Но неопределенность текущего момента не оставляет иного выбора. Если не вникать в исторический контекст, настоящее предлагает лишь картину мира, находящегося в середине длинного перехода. Если не вглядываться в прошлое, то анализ настоящего может быть только поверхностным, с риском просмотреть потенциальный источник изменений, который становится очевидным только в историческом контексте.

Использование прошлого как руководства к будущему таит в себе собственные аналитические опасности. Распространение демократии, безусловно, изменяет характер как внутренней жизни наций, так и их взаимодействия. Электронные технологии и их воздействие на все – от вооружений до средств связи и торговли – безусловно, осложняют сопоставление трудностей Римской империи IV века с трудностями, с которыми сталкивается Америка сегодня. Следовательно, цель – отсеивать и взвешивать, использовать прошлое избирательно и не пропустить исторические тонкости, которые порой могут скорее запутать, чем пролить свет. Наряду с этим в мире есть факторы, которые существуют всегда, поскольку уходят корнями в человеческую природу. Именно они заставляют быть настороже, чтобы не упустить момент возвращения силового соперничества и кровопролития, которым оно сопровождается. Но, с другой стороны, именно такого рода факторы и дают причины для оптимизма относительно нашей способности учиться у истории и избегать повторения дорогостоящих ошибок, совершенных ранее.