посёлка, где Данил жил с обездвиженной супругой. Катя уже ждала свою сиделку и та спешила, чтобы помочь ей с утренними процедурами. Она любила прогуляться по асфальтированной дорожке и каждый раз с любопытством разглядывала разношёрстные коттеджи, которые, как разодетые на утренник малыши, громоздились по обе стороны улицы. Каблучки осенних туфель задорно отстукивали ритм шагов, пока из-за поворота не показался знакомый Фольксваген.
– Подвезти, красавица? – Данил опустил стекло.
Оля отрицательно мотнула головой. Мужчина съехал на обочину и вышел из машины.
– Может, сегодня не пойдешь? Я страшно соскучился.
Он обхватил ее двумя руками и начал кружить. Группа местных собак с опаской ринулась прочь, подозрительно озираясь и поскуливая.
Девушка, хохоча, еле вырвалась из каменных объятий.
– Отпусти, сумасшедший, вдруг нас кто-то увидит.
Она достала из кармана пальто конфетку и сунула в карман его осенней черной куртки.
– Вот, будешь вспоминать, какая я сладенькая.
Мужчина, как завороженный смотрел в ее ясные пыльно-серые глаза, и, казалось, даже не слышал, что она ему говорит.
– Все, езжай на работу, я прогуляюсь.
Развернувшись на каблуках, она задорно засеменила дальше. Свернув на нужную улицу, замедлила шаг, посмотрела на экран телефона: «Прекрасно! В запасе целых пятнадцать минут. Хотя Катя не заметит, если я задержусь даже на час». Она решительно прошла мимо знакомых ворот и, преодолев дополнительные сто двадцать метров, остановилась у дома на конце улицы.
– Ну, привет, чужестранец, – улыбнулась Ольга и дернула ручку.
Дом впустил ее как старую знакомую, ухмыльнулся, приподняв шляпу, кокетливо пригладил свои бакенбарды. Этой белокурой красавице он был рад всегда.
– Эй! – заорала девушка. – Эй!
Ей никто не ответил
– Ты где?
Не дождавшись ответа, поднялась по лестнице на второй этаж. Подойдя к двум огромным застекленным проемам, она отчетливо увидела окно Катиного дома на первом этаже.
– Опять не задернул шторы. Чертов идиот. Ведь просила же!
И тут что-то стремительно схватило ее сзади, прижало к стеклу. Выступ подоконника больно уперся в лобок, кровь прилила к щекам, сделав их пунцовыми. Голова запрокинулась назад, будто невидимая сила тянула ее за тонкие волосы. Через несколько минут хватка ослабла, и ее миниатюрное податливое тело обмякло, ловя горящими щеками и губами прохладу оконного стекла.
– Соскучился, – прошептала ей в ухо темноглазая сила.
– Я сегодня пользуюсь спросом. Привет, милый. Как ты здесь? Не замерз?
– Уже согрелся, – проговорил паренек, застегивая джинсы. – Уже совсем не холодно.
Как ребенок поколения Z, родившийся в нулевых, Оля воспринимала любое явление клипово. Картинки убедительнее текстов, сложное отсекалось. Ей трудно было фокусироваться на чем-то одном. Она предпочитала быстро принимать решения, совершать необдуманные поступки и увлекаться чем-то мало-мальски подходящим, вместо того чтобы немного подождать и подумать. Череда ее ухажеров сменялась множеством горьких разочарований. Недельное унынием приходило на смену истерическому предвкушению встреч. Пока в ее жизни не появился Макс, принимающий любую ее добродетель, каждый ее порок. Но произошло это, как водится, слишком поздно.
Глава 6. Геленджик
Несколькими месяцами раньше Ольга чмокнула Данила в щеку на железнодорожном перроне, самостоятельно затащила в поезд три своих чемодана и укатила прямиком в Геленджик. Данил поехал домой. На Кавказское побережье он с женой планировал ехать на машине, поэтому необходимо было провести обслуживание внедорожника.
На лице Кати отражались все муки ада. Она сидела на полу перед открытым окном и меланхолично складывала приготовленные вещи в огромный чемодан.
– Я, конечно, тоже не любитель трястись в поезде, но, Даня, почему нельзя полететь хотя бы на самолете? Могли бы пару дней провести в Москве или Питере. Это, кстати, не намного дороже, чем обслуживать машину, заправляться, останавливаться в мотеле.
– Потому что я хочу быть мобильным. Ты спишь до обеда, а я, по-твоему, что должен делать? На машине можно разведать какой-нибудь маршрут или съездить на рынок, в конце концов.
– Можно взять машину в аренду.
– Хорошо, полетим на самолете. Но по прилету ты сама возьмешь машину и будешь нас возить. Идет?
– Я не умею водить, ты же знаешь.
– Тогда нам нечего обсуждать, Катерина! Собирай лучше вещи и не забудь положить витамины.
Путь до курорта прошел на удивление мирно. Катя почти не вредничала, Данил практически не злился. Мама девушки напекла в дорогу два вида пирожков: с луком и яйцом и с ливером.
– Ой, мама, опять ты со своей стряпней. Куда нам столько? – заскулила Катя.
– Все возьмем, спасибо! – зыркнул на жену Данил. – Пирожки в дорогу самое то.
Преодолев расстояние за тридцать часов со всеми остановками, они добрались до села Архипо-Осиповка и поселились в гостиничном комплексе Альбатрос. Это было одно и единственное условие жены, на которое Данил согласился – хороший отель и десять метров до центрального пляжа. В Архипке жила бабушка Ольги. Да и до Геленджика всего пятьдесят три киллометра, что вполне укладывалось в его систему координат. Данил в который раз порадовался, что они поехали на машине.
Еле отбившись от жены с ее романтическими поползновениями, мужчина поехал к Ольге. Она встретила его теплым взглядом серых пыльных глаз, и мир снова стал солнечным, ярким, солоноватым на вкус, как ее почти прозрачная тонкая кожа. Целых полчаса в гостевом домике на простынях в желтых подсолнухах он не думал, что опять сделал или сказал что-то не так или, что за 10 лет брака стало привычным, узурпировал чье-то пространство. Спустя полчаса любовники разъехались: мужчина к жене, Оля во взятой напрокат машине к морю.
На достаточном удалении от поселков открывалась череда диких пляжей. Туристы любили их, прежде всего, за простор и чистую воду, но главное развлечение здесь было – подводное плавание. Правда, оборудование необходимо было взять свое. Пункта выдачи не было. Оля любила эти места, потому что здесь всегда отдыхало мало народа, и не было суеты. Оставив машину неподалеку, она растянулась на мелкой гальке. Вечернее солнце приятно пекло разогретые после Данила мышцы. Ей не всегда нравилась его излишняя подвижность, суета и резкость, но он был ее целью, а ради этого можно было и потерпеть. Какой-то худощавый парень в татуировках, выходя из воды, загородил вечерний блин солнца.
– Эй, отойди! Другого места не нашел стоять?
Парень подошел ближе и с любопытством уставился на белокурую девушку.
– Я тебе разве мешаю?
– Вообще-то, да.
– Тогда я посижу рядом. Вдруг ты станешь настолько же доброй, насколько красива.
– Фу, – задрала курносый носик Ольга. – Плохая попытка, давай еще.
– Ты не ушиблась, когда падала на меня с небес?
– О Боже! Это кошмарно.
– Я завидую твоим босоножкам …
– Все, все, все, достаточно! Прекрати! – расхохоталась Оля. – Как тебя зовут?
– Макс. А
