Читаем без скачивания Враг Империи - Антон Медведев

Рейнольдс был руководителем Отдела Исполнений и непосредственным начальником Кима. За то время, что Ким проработал под его началом, Рейнольдс не проявлял к нему какого-то особого интереса. Более того, всегда держался с ним подчеркнуто холодно и официально. Даже когда приглашал сотрудников Отдела на свои семейные праздники, Ким ни разу не попал в число приглашенных. И потому услышать о похвале от Рейнольдса в свой адрес было не столько приятно, сколь удивительно.

— Спасибо, сэр. — Ким не знал, как ему держаться.

— Вы курите? — Чалми кивком указал на ящичек с сигарами.

— Нет, сэр, спасибо.

— Правильно. — Шеф добродушно усмехнулся. — Чистый яд…

Он немного помолчал, смакуя ароматный дым.

— Я хочу с вами поговорить, Ким, — произнес он наконец. — Скажите, вам нравится ваша нынешняя работа?

«Все это уже было, — подумал Ким. — Один к одному. Именно тогда я и стал Исполнителем».

— Нет, сэр, — ответил он совершенно искренне. — Мне она не нравится.

— Но вы хорошо с ней справлялись. — Чалми взял в руки листок со стола и небрежно показал его Киму. Судя по всему, это и был доклад Рейнольдса.

— Надеюсь, сэр. Просто я привык хорошо делать свою работу. Какой бы она ни была.

— Я понимаю вас, Ким. — Чалми положил листок на стол. — Потому и вызвал. Что вы скажете, если я предложу вам сменить ее?

— Я согласен, сэр, — ответил Ким.

Чалми улыбнулся.

— И вы даже не спрашиваете, что я хочу вам предложить?

— Вряд ли это будет хуже работы Исполнителя.

В глазах Чалми появился слабый блеск. Шеф явно был доволен.

— Все верно, Ким, все верно… — Чалми стряхнул пепел в массивную пепельницу, сделанную из донышка старинного крупнокалиберного снаряда. — Я хочу предложить вам работу в Отделе Дознаний, там как раз появилась свободная вакансия.

Ким поджал губы. Из всех возможных вариантов этот был самым худшим. Сотрудники его отдела и Отдела Дознаний питали друг к другу стойкую неприязнь. Дознаватели именовали Исполнителей не иначе как палачами. Те, в свою очередь, платили взаимностью, на их жаргоне Дознаватели именовались мясниками. Переход Кима в другой отдел сулил ему массу неприятностей.

— Вы недовольны, Ким? — Чалми усмехнулся и выпустил струйку дыма, внимательно глядя на Кима.

— Не знаю, сэр, — искренне ответил Ким. — Из огня да в полымя.

Чалми засмеялся, на этот раз он смеялся долго и искренне. У него даже выступили слезы.

— Вы молодец, Ким, — сказал он наконец, отсмеявшись. — Мне нравится в вас именно то, что вы всегда говорите правду. Говорите то, что думаете. Большинство из сотрудников Департамента на это неспособны.

Ким молчал. Как раз сейчас похвалы начальника интересовали его меньше всего.

— Я проработал в Департаменте больше тридцати лет, — произнес Чалми, — и отлично знаю, какие нравы здесь царят. Суть в том, что нам очень не хватает толковых офицеров. Все озабочены исключительно своей карьерой, на дело им, по большому счету, наплевать. С вами все по-другому. Вы поработали в Отделе Исполнений, это был очень нужный этап. Уверен, он многое изменил в вашей психологии. Смею заверить, что и работа Дознавателя будет для вас хотя и важной, но тоже временной. Мне нужно, чтобы вы у них кое-чему научились. Эти знания вам пригодятся в будущем.

— А у меня есть будущее? — с невольной иронией заметил Ким.

Чалми усмехнулся.

— Вы еще и философ…

Он немного помолчал, задумчиво глядя на Кима.

— Если вы не будете делать глупостей, Ким, то будущее у вас есть. И очень неплохое. Я рассчитываю на вас.

— А именно? — спросил Ким. — Хотелось бы что-нибудь узнать об этом самом будущем. Хотя бы в общих чертах.

— Вы узнаете, Ким. Но не сейчас, всему свое время… — при этих словах Чалми взглянул на часы. — Итак, Ким, сегодня можете отдыхать, а завтра утром явитесь к генералу Моррису, он уже о вас знает. Можете всецело ему доверять. — Чалми встал, давая понять, что аудиенция закончена.

Ким тоже встал, Чалми подошел к нему и дружески пожал руку.

— Всего хорошего, Ким. Мы с вами еще обязательно встретимся.

К удивлению Кима, встретили его в Отделе Дознаний не так уж и плохо. Настороженно, без особой радости, но вполне терпимо. Не было шушуканья по углам, разных грязных шуточек и подначек. Скорее, на него смотрели с любопытством, как смотрят туземцы на попавшего в их общество чужеземца.

В напарники — а точнее, в наставники, Киму дали Рика Фельдмана, одного из лучших дознавателей отдела. Фельдман был высок и статен, его всегда гладко выбритое холеное лицо с узкой полоской аккуратно подстриженных усиков выражало полнейшее удовлетворение жизнью. Ему было двадцать шесть лет — на четыре года больше, чем Киму, он с гордостью носил капитанские нашивки и значок за отличную службу.

— Главное в нашей работе, Ким, это преданность делу, — сказал ему Фельдман при первой же встрече. — Смотри, учись и ничему не удивляйся.

Отдел Дознаний имел в своем штате около тысячи сотрудников, и это только в центральной конторе. Что касается разного рода соглядатаев и осведомителей, то их число было совсем немереным.

Структурно Отдел состоял из нескольких подразделений, ответственных за определенные направления. Подразделение «А» отвечало за безопасность Государства и правительственных чиновников. В обязанности этого подразделения входила не только физическая охрана, но и выявление и предупреждение разного рода заговоров, мятежей и террористических актов. В ведении подразделения «Б» находились вопросы экономической безопасности, в основном здесь занимались раскрытием финансовых преступлений.

В обиходе подразделение «А» называли Первым, или Альфой. Подразделение «Б» — Бетой, Вторым, хотя чаще именовали просто Двойкой. Служба в Двойке считалась менее престижной, и новичков обычно отправляли именно туда. Поэтому то, что Ким попал сразу в Альфу, можно было объяснить лишь непосредственным указанием Чалми.

Отдел Дознаний занимал северный корпус Департамента, который соединялся с главным корпусом длинными застекленными галереями. Именно здесь и предстояло теперь работать Киму.

Ему выделили отдельный кабинет на сорок шестом этаже, чему Ким очень обрадовался. Кабинет был светлым и просторным, Ким даже стал подумывать о том, что все рассказы о творящихся в Отделе Дознаний безобразиях были несколько преувеличенными.

Первый день Кима на новом месте прошел довольно скучно. Ему не поручили ничего конкретного, вместо этого Фельдман сунул ему пачку бумаг, предложив для начала ознакомиться с основными правилами и принципами их работы. Ким до вечера добросовестно изучал документы, но уже на другой день отложил их в сторону. Насколько он успел понять, ничего особо нового для него здесь не было. Фельдман куда-то уехал, поэтому Ким слонялся по зданию, знакомясь с его планировкой и просто привыкая к царившей в Отделе Дознаний атмосфере, к стилю деятельности его сотрудников.

На взгляд Кима, работа здесь была весьма оживленной, а порой даже просто суетливой. Все вокруг чем-то занимались, и вскоре Киму даже стало неловко за свое ничегонеделание. На его счастье, вернулся Фельдман. И без того самодовольное лицо капитана светилось счастьем.

— Четырех заговорщиков взяли, — объяснил он Киму свое хорошее настроение. — Один сейчас в лазарете, я ему ногу прострелил. Сбежать хотел, гаденыш. Остальных сейчас допрашивают. Пошли, Ким, пивка попьем…

Они сидели в баре и неспешно потягивали пиво, Фельдман рассказывал о подробностях проведенной операции. В принципе, все было достаточно просто. Капитану удалось внедрить своего человека в самое логово преступников. Около месяца тот исправно собирал и передавал ему информацию, а когда та иссякла, помог организовать захват банды. Правда, кое-кому все же удалось ускользнуть, но это ничуть не портило Фельдману настроения.

— Ты пойми, — говорил он Киму, — через этих четверых мы выйдем на остальных, возьмем их. А там и до главарей недалеко — похоже, эти гады работали на самого Седрика. Дело пахнет большими деньгами, Ким, и новыми звездами на погонах.

— Думаешь, они все расскажут? — несколько неуверенно заметил Ким.

Фельдман усмехнулся.

— Скажут даже то, чего не знают. Голан мастер на такие вещи.

— Кто это? — спросил Ким.

— Это великий человек… — Фельдман мечтательно закатил глаза. — Золотые руки. Не было еще никого, кто бы у него не раскололся.

— Ты говоришь о пытках? — В голосе Кима появилось напряжение.

— Мы называем это интенсивным допросом, — уточнил Фельдман. — Тебе, кстати, тоже придется этому научиться. Да не робей ты, Ким! Это же твари, нелюди. Помнишь, генерал-губернатора в прошлом месяце грохнули? Их работа. А выволочку устроили нам. Да этих гадов давить надо!.. — Фельдман нервно смял пустую жестянку от пива.