Девушка она глупенькая, открытая и веселая. Это в ней Рона, наверное, и привлекает. Ее праведное жизнелюбие. Амелия не скупится на улыбку, не пилит его по пустякам, восхищается им так, что невольно вздергиваешь подбородок, да и вообще…
Амелия удобная. Это ему подходит.
— Вот почему ты там не осталась, я не понимаю, — хмурится Рон. — Я же в родном доме год не был.
— Как же я без тебя, Ронни? — щебечет она. — Я же так хочу познакомиться с твоей семьей!
Рон снова смотрит в окно и щурится на солнце. Вся эта затея со знакомством дурно пахнет, пусть он и не сомневается в своем решении сделать Амелию своей женой. Главное, что дома будут только родители.
Если придет Грейнджер, он сможет что-нибудь придумать.
Гермиона за последние несколько лет теряет весь тот шарм и обаятельность, которые и привлекали его долгие годы. Стержень девушки надломился, и он понятия не имеет, почему именно. Гермиона становится для него неудобной.
— Я еще взяла свадебный подарок для твоей сестры, — суетится Амелия. — Сможем вручить его ей уже завтра. Ее свадьба ведь завтра, да?
— Да, — хмурится Рон, не глядя на девушку.
Амелия снова обнимает его руку и жмется носом к его плечу.
— Ох, как я счастлива, — шепчет она. — Как счастлива! Скорее бы уже приехать! Я здесь никогда не была! — тараторит она. — Ты мне покажешь Хогсмид, как обещал, да?
Рон смотрит на нее лишь на мгновение. Карие глаза Амелии сверкают. Он чуть улыбается ей и снова отворачивается к окну.
— Да, мы… — он замолкает, расширяя глаза и выпуская руку девушки, чтобы поближе подобраться к окну. — Это еще что такое?
Амелия пригибается, чтобы все рассмотреть тоже, после чего вскрикивает и прихлопывает в ладоши.
— Свадьба сегодня? — не может усидеть она на месте. — Ах, Ронни, ты не говорил мне! Это так прекрасно! Я смогу со всеми познакомиться!
Рон чувствует, как бледнеет. Автомобиль сбавляет скорость, когда выезжает к дороге, ведущей к дому. К ним стекаются десятки гостей со всех уголков торжества. Черт возьми, неужели он что-то перепутал?
Уизли суетливо достает из внутреннего кармана мантии молодого мракоборца сложенный вчетверо листок и нервно его разворачивает, начиная бегать глазами по строчкам. Нет, все верно. Джинни писала ему о том, что свадьба состоится завтра!
— Черт возьми, — сглатывает Рон.
Джинни захотела сделать сюрприз. Что ж, он определенно удается на славу.
Гости аплодируют так громко, что слышится издалека. Они стекаются со всех уголков торжества прямо к подъезжающему автомобилю, и Рон в ужасе наблюдает за тем, насколько много сегодня присутствует гостей. Когда автомобиль останавливается, он выходит не сразу.
— Жди в машине, — сухо произносит он Амелии и открывает дверь.
Он поднимает вверх обе руки и заразительно улыбается, прихлопнув в ладоши. Гости с ума сходят от аплодисментов. Лучший подарок для сестры оказывается его приезд, потому что Джинни слишком хорошо его знает: он в любом случае приехал бы на день раньше, и тогда никакого сюрприза бы не получилось.
Из всей толпы выбегают виновники торжества.
— Рон! — тянет руку Гарри, рассыпаясь в улыбке.
— Гарри! — он тут же заключает лучшего друга в объятия и хлопает его по плечу. — Поздравляю, друг!
Гарри выпускает его из объятий.
— Не обижай ее, — предупреждает Рон.
— Мы о твоей сестре говорим или о ком-то другом? — вскидывает брови Гарри, и они снова смеются.
Джинни подлетает к брату и обвивает его шею руками. Рон подхватывает ее и кружит на месте. Она стала такой легкой. Любовь, что ли, окрылила?
— Ты меня обманула, Джинни, — хохочет Рон. — Написала, что свадьба завтра!
— Это был сюрприз! — звонко чмокает она его в щеку, когда он ставит его на землю. — И он удался!
Рон чуть ухмыляется.
— О, да, удался…
С какими-то непонятными звуками, представляющими из себя умиление, из толпы с распростертыми объятиями выбегает Молли, едва сдерживая слезы. Она сегодня очень хорошо выглядит, расцвела почти. Разумеется, единственная дочь выходит замуж.
Только двух сыновей Молли пока отдала в заботливые руки. Билла за Флер да Перси за Одри. Чарли жениться и не собирается, у Джорджа в планах бизнес, пусть он и встречается уже целый год с Анджелой, а вот Рон…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сынок! — берет она его лицо в ладони и звонко целует в щеки. — Как я скучала, дорогой мой!
— Мама…
Рон позволяет матери оставить еще два звонких поцелуя, а после выбирается из объятий, чтобы пожать отцу руку, крепко его обнять и получить похвалу за выполненный перед службой долг. Артур говорит, что сыном гордится.
Рон вздергивает подбородок, позволяя себе улыбку.
— Ох, а где же, — спохватывается Молли, высматривая кого-то в толпе. — Где же наша…
Пассажирская дверь автомобиля хлопает, и все собравшиеся обращают на звук внимание. Амелия вся светится, пока идет к ним в своем любимом зеленом платье, поправляя выбившиеся из пучков светлые пряди. Девушка подбегает к Рону и берет его за руку, улыбаясь остальным.
— Ну же, представь меня, — шепчет ему девушка.
Рон пока смотрит только на маму, лицо которой вмиг вытягивается.
— Познакомьтесь, — решается Рон, — это Амелия, — указывает он на нее, — моя… Моя…
Фраза никак не заканчивается, потому что Уизли не знает, как это сделать. Все должно было быть не так. Здесь не должно было быть столько людей, ему нужно было, чтобы дома были только родители, Гермиона на крайний случай.
Амелия не выдерживает затянувшейся паузы первой.
— Я его невеста! — расцветает она вся в улыбках и тянет руку вперед. — Здравствуйте, я Амелия!
Черт возьми, как же все это невовремя.
Амелия жмет оцепеневшей Молли руку, пока та стоит с открытым ртом, забывая о том, как протекает процесс дыхания. Артур также молча пожимает девушке руку, и что-то больше гордости за сына в его глазах совсем не наблюдается.
— Мне так приятно с вами познакомиться! — идет она к невесте. — Ох, здравствуй! Ты, наверное, Джинни, да? Ронни столько про тебя рассказывал!
Ах, Амелия. Глупенькая, недалекая Амелия.
Она с глубиной искренних чувств подлетает к невесте и заключает ее в объятия, опуская подбородок на ее плечо и совсем не замечая, что девушка почти каменная.
— Ох, одну секундочку! — поднимает указательный палец Амелия и ненадолго бежит к машине.
Забрав что-то с пассажирского сидения, Амелия почти летит по воздуху, возвращаясь обратно, и вручает Джинни две коробки, красиво упакованные в цветастую бумагу.
— Поздравляем вас от всего сердца! — сияет она. — Это от нас с Ронни!
Амелия на мгновение оборачивается и целует в щеку своего жениха, не представляя, что вообще здесь происходит. Только когда Рон никак не реагирует на ее ласку, она оборачивается к остальным и начинает смотреть на всю эту ситуацию под совершенно другим углом.
Молли всю потряхивает, она хватается за сердце, глядя на сына. Артур придерживает ее за плечи, подбородок мужчины чуть подрагивает. Гарри вообще дар речи теряет, стоит с открытым ртом, не в силах переварить то, что сейчас происходит, а вот Джинни…
Девушка делает два широких шага вперед и, замахнувшись, впечатывает брату звонкую пощечину.
— Охренеть, — слышится чей-то голос из толпы.
Амелия звонко охает, закрывая рот ладонями, от чего подарки летят из ее рук на землю прямо в грязь, и с ужасом смотрит на собравшихся. Молли снова хватается за сердце, начиная тяжело, прерывисто дышать.
Рита Скитер даже трезвеет, вливается в гущу событий, расталкивая гостей, и смотрит во все глаза на ситуацию, едва успевая отмахиваться от прытко пишущего пера, которое фиксирует каждое слово и действие.
— Рональд Билиус Уизли, — гремит невеста, — ты что, совсем страх потерял?!
Джинни, до этого страшно сильно побледневшая, теперь горит от ярости. Ее всю потряхивает. Рон кладет на мгновение холодную руку на горячую щеку, а после вновь поворачивается к сестре, стараясь чуть улыбнуться. Целая свора гостей смотрит на них, разинув рты.
