Вейлин Лунный Глаз, эльфийка из Дун-Шаэля, никогда не скрывала неприязненного отношения к полукровке по имени Звездный Блеск, хотя та тоже являлась частью их маленького отряда и вытащила всех из когтей Руорима. Когда Звездный Блеск была закутанным в плащ пленником Долины Слез по прозвищу Молчащий, Вейлин ей доверяла. А после признания все изменилось. Почему, не знал никто; эльфийка никогда об этом не говорила. Но Вейлин чувствовала себя неуютно в Шейкуре и поэтому решила ехать в Элони, к родственникам.
— Я бы помог ей, если б знал, что она собирается делать, — проворчал Бульдр. — Но она до того ловкая, глазом не успеешь моргнуть. Как ему удалось отвести ее руку? Наверняка тут замешана магия Тьмы. Со стороны Света я ничего не боюсь.
Горен покачал головой.
— Я вырос среди подобных предрассудков, вам это известно? — набросился он на друзей. — С самого детства ко мне относились так, как к ней и этому несчастному, хотя я и мухи не обидел и понятия не имел, что я шейкан. Я человек с головы до пят, но был изгоем среди себе подобных, пока не познакомился с вами! Я думал, что вы не такие. После всего, что мы с вами пережили, я просто вас не узнаю!
На веснушчатом лице Менора отразилось смущение. Он провел рукой по растрепанным рыжим волосам. Бульдр что-то пробормотал в свою роскошную, заплетенную в две тугие косички рыжую бороду.
Не обращая на них внимания, Горен поднялся на две ступеньки, ведущие в комнату эльфийки. Постучавшись, прислушался. Ничего. Недолго думая, он повернул ручку и вошел.
Звездный Блеск собирала вещи и не обернулась на звук, продолжая складывать скудные пожитки в мешок.
— Что ты делаешь? — испуганно спросил Горен.
— А ты как думаешь?
Она начала завязывать мешок.
Двумя прыжками Горен преодолел разделяющее их расстояние, выхватил у нее из рук мешок и заставил посмотреть ему в глаза.
— Не делай этого, Звездный Блеск, — тихо попросил он.
Ее спокойные фиолетовые глаза поймали его взгляд.
— Я здесь чужая, — ответила она. — Ты же и сам видишь, Горен. Наш союз распался, едва зародившись. На краткий миг мы стали попутчиками, но теперь наступила пора каждому идти своим путем. Хаг с Вейлин все сделали правильно: они просто ушли.
— Не говори ерунды. Хаг ушел, потому что беспокоился о своей семье, которую не видел целый год. А Вейлин… она не может себе простить, что погиб ее отец, а вместе с ним и половина их рода. Она винит себя в том, что выжила, поэтому и бежит. От себя, не от нас. Кто знает, успокоится ли она среди своих в Элони. Но Менор и Бульдр еще здесь, они дружат. Кстати, Бульдр целиком и полностью на твоей стороне.
— Вы народы Света.
— Ах, мы все? Менор и Бульдр, Хаг и Вейлин, да. Но я шейкан, значит, как и ты, полукровка, из тех, кто не относится ни к той, ни к другой стороне, ни к Свету, ни к Тьме. Я сам выбрал Свет, как и ты. То есть нас ничто не разъединяет и не отличает, а что касается остальных, то они тебе верят и любят тебя.
Она испытующе посмотрела ему в глаза:
— Ты действительно так думаешь или это все пустые слова? Я видела у тебя на лице сомнение.
— Ты меня напугала. Такой я тебя не знаю.
— Это потому, что ты хочешь видеть только мою человеческую сторону, Горен. Но я и норкан тоже. Об этом говорят и моя внешность, и поведение. Нам, в отличие от Вейлин, не свойственна мягкость. Мы не знаем добрых чувств, а главное — нам неведома любовь. А ты пытаешься видеть во мне не то, что я есть.
— Именно поэтому ты меня избегаешь? — медленно проговорил он.
Она вздохнула:
— Нет, Горен, я тебя не избегаю. Ты сам стоишь у себя на пути и слишком нетерпелив. Но это вполне нормально, ведь ты человек. Потребуется время, чтобы ты меня понял. Если это вообще когда-нибудь возможно.
— Почему ты так говоришь? — обиженно спросил он.
— Я говорю тебе правду, не больше и не меньше, Горен. Пойми же, наконец! Я поклялась тебе в верности, потому что ты спас мне жизнь и освободил меня из плена. Я никогда не сделаю того, что причинит тебе вред. Но больше между нами ничего нет.
Звездный Блеск снова схватилась за мешок.
— Твой дед однозначно объяснил мне, где мое место. Нет, не пойми меня неправильно, — перебила она его, когда он попытался возразить, — я его не упрекаю. Наоборот. Я вела себя бесчестно и в том, что касается шейканов, и во всем, связанном с норканами. Просто дальше так продолжаться не может! Я не готова здесь остаться, эти стены давят на меня. А все ваши строгие правила… Я чувствую себя несвободной, а должна бы наоборот… Поступлю так, как когда-то Менор: пойду, куда глаза глядят, предложу свои услуги, когда мне понадобятся еда и ночлег, а потом отправлюсь дальше.
— Ты не такая, Звездный Блеск, — печально сказал Горен. — То, что ты сделала для меня… такая Звездный Блеск, которую ты сейчас пытаешься изображать, ни за что бы не сделала.
— То был Молчащий.
— Ну и что? Пусть он придет в себя и заговорит! Ты не можешь его ненавидеть и отвергать только потому, что твой отец так поступил с тобой. Насколько я знаю, дрэгоны — отважные воины, знающие, что такое честь. В отличие от Архонов, полагающихся исключительно на магию и интриги. Прекрати винить себя за свое рождение! Ты же абсолютно ни при чем. Ты ответственна только за то, как поступаешь сама. И если уйдешь, то это будет означать, что ты бежишь от себя, как и Вейлин.
Она опустила мешок и каким-то покорным жестом заправила шелковистые черные волосы за очаровательные острые ушки.
— Значит, ты действительно пришел из-за этого?
— Мареле требуется твоя помощь, — ответил он, не позволяя снова втянуть себя в дискуссию. — Она сказала, что без тебя не справится.
Девушка задумалась:
— А твой дед не против?
— Вид у него был очень сердитый, но, в конце концов, он согласился.
— Ну что ж, ладно. Я послушаюсь тебя и останусь, но это только временно, не навсегда. А потом я еще поговорю с Дармосом. — Она показала на мешок: — Разбери, пока я помогаю Мареле.
— Я? — поразился он и покачал головой: — Ничего себе, вот до чего дело дошло.
Она приподнялась на цыпочки, чтобы разглядеть его лицо и заставить его взглянуть ей в глаза. А потом резко ответила:
— Это была не просьба.
Горен заморгал. И в ту же секунду остался в комнате один.
— Теперь я хоть понимаю, почему в последнее время мы так друг от друга отдалились, — пробормотал он, но все-таки принялся за работу.
Дармос Железнорукий размышлял, сидя за столом с кружкой пива, когда вошла Звездный Блеск. Кроме них, в зале никого не было.
— Меня послала Марела, — робко проговорила темная эльфийка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
