гармонирует с человеческим соизмерением, быст-
рее принимается и усваивается.
Однако есть один существенный момент. Ми-
ниатюрность величественна, но хуже заметна. И
потомудздревле поняли, что чем меньше препод-
носимое, тем больше должно быть то, что это пре-
подносимое отличительно выделяет – богатая оп-
рава, массивный перстень, тяжелая рама и т. д.
К афоризму это тоже бы надо отнести. На фоне
предваряющего впечатления восприятие мысли
происходит полнее, глубже, масштабнее.
Притча как раз и являет тот способ, когда ком-
плексно воплощены все законы управления чело-
веческим интересом: есть интрига сюжета и есть
усилители эффекта. Воздействие получается яр-
ким, сочным, быстрее запоминающимся.
Раз Генеральный Секретарь спросил пророка,
Возможно ль развитой социализм
В стране отдельно взятой раньше срока
Построить, опираясь на марксизм?
«Хоть опирайся, хоть облокотись, —
Пророк ответил, – всё покажетжизнь».
И далее сказал: «Послушай, дорогой,
Возможно, только лучше жить в другой…»
(В. И. Курбатов)
Зачем человеку две руки? – Чтобы одной брать, а другой —
давать. Эпизод из жизни знаменитого физика-ядерщика И. В. Курчатова.
Однажды к нему на прием зашла группа молодых инжене-
ров с каким-то очередным новым проектом, очень смахивающим на прожект. Курчатов, вообще бережно относившийся к людям, выслушал их, помолчал, а потом неожиданно сказал:
«А хотите историю?..» И лицо его сделалось лукавым-лукавым.
«Сидит на базаре грузин, торгует орехами. И так красиво он это делает: берет в ладонь, поднимает руку вверх и с этой высоты сыплет орехи вниз, в свой мешок. Причем любопытное дело он продает орехи за ту же цену, что купил у кого-то. Его и спрашивают: «Как понимать твою коммерцию?» А грузин, веселый, довольный, отвечает: «Люблю шорох орехов!»
Ничего больше Игорь Васильевич не сказал. Но молодежь
всё поняла и тихонечко так, даже не скрипнув дверью, вышла…
Однажды советский воробей прилетел в Западную Европу и в ответ на жалобы своих собратьев из других стран, что экология их-де замучила и есть нечего, похвастался, что у него домавсё в порядке: клюй из любых закромов… И на вопрос о том, так чего же он тогда прилетел, ответил: Так почирикать хочется!»
Одна женщина была такой злой, что за всю жизнь соверши-
ла лишь один-единственный добрый поступок – подала луковицу нищему. Потом она попала в ад. Корчась в муках, она
увидела, как с неба свешивается луковица, которую держал
ангел. Она ухватилась за эту луковицу, и ангел начал поднимать ее. Другие несчастные увидели это и тоже ухватились.
Женщина возмутилась и закричала: Убирайтесь, это моя луковица!» И как только она произнесла эти слова – «моя луковица», – стебель обпомился и она упала обратно в огонь.
(Эдвард Форстер, 1879—1970)
Любовь, стреляя в старость,
К безумию влечет.
А смерть, являя ярость, юнцов к себе берет.
Мы часто слышим такую мысль: смерть уносит множество
молодых, а любовь, напротив, завладевает стариками. Молодые умирают, а старики предаются любви, – чтобы уж всё шло в мире наоборот. Тонкое объяснение этого распространенного мнения дал испанский писатель АндреаАльчиати (1492—1550).
Он придумал такую сцену:
Любовь и Смерть встретились на постоялом дворе, вместе
отужинали и повесили свое оружие на один крюк. Встали обе до зари, ибо жизнь у обеих хлопотная; так как было еще темно – ведь большая часть жизни человеческой проходит в потемках и во мраке неведения, – то они перепутали оружие:
Смерть взяла лук Любви, а Любовь – лук Смерти; с тех пор
они и делают все наоборот, – Смерть стреляет в молодых, а
Любовь поражает стариков.
Стрижено-нет, брито, (из фольклора)
Известен старинный народный анекдот: Мужик обрил бо-
роду и говорит: «Смотри, жена, как я чисто выбрился». – «Да разве это брито? Это так только – стрижено!» – «Врешь, каналья! Говори: брито». – «Нет, стрижено!» – «Я тебя изобью; говори: брито; не то утоплю!» – «Что хочешь делай, а стрижено!»
Повел ее топить: «Говори: брито!» – «Нет, стрижено!» Ввел ее в глубину по самую шею и толкает в голову – скажи да скажи: брито! Жена и говорить не может, подняла руку из воды и двумя пальцами показывает, что стрижено>./
Нежная Правда в красивых одеждах ходила,
Принарядившись для сирых, блаженных, калек, —
Грубая Ложь эту Правду к себе заманила:
Мол, оставайся-ка ты у меня на ночлег.
И легковерная Правда спокойно уснула,
Слюни пустила и разулыбалась во сне, —
Грубая Ложь на себя одеяло стянула,
В Правду впилась – и осталась довольна вполне.
И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью:
Баба как баба, и что ее ради радеть?! —
Разницы нет никакой между Правдой и Ложью, —
Если, конечно, и ту, и другую раздеть.
Выплела ловко из кос золотистые ленты
И прихватила одежды, примерив на глаз;
Деньги взяла, и часы, и еще документы, —
Сплюнула, грязно ругнулась – и вон подалась.
Только к утру обнаружила Правда пропажу
И подивилась, себя оглядев делово:
Кто-то уже, раздобыв где-то черную сажу,
Вымазал чистую Правду, а так – ничего.
Правда смеялась, когда в нее камни бросали:
«Ложь это всё, и на Лжи одеянье мое…»
Двое блаженных калек протокол составляли
И обзывали дурными словами ее.
Стервой ругали ее, и похуже, чем стервой,
Мазали глиной, спустили дворового пса…
«Духу чтоб не было, – на километр сто первый
Выселить, выслать за двадцать четыре часа!»
Тот протокол заключился обидной тирадой
(Кстати, навесили Правде чужие дела):
Дескать, какая-то мразь называется Правдой,
Ну а сама – пропилась, проспалась догола.
Чистая Правда божилась, клялась и рыдала,
Долго скиталась, болела, нуждалась в деньгах, —
Грязная Ложь чистокровную лошадь украла —
И ускакала на длинных и тонких ногах.
Некий чудак и поныне за Правду воюет, —
Правда, в речах его правды – на ломаный грош:
«Чистая Правда со временем восторжествует, —
Если проделает то же, что явная Ложь!»
Часто, разлив по сту семьдесят граммов на брата,
Даже не знаешь, куда на ночлег попадешь.
Могут раздеть, -это чистая правда, ребята, —
Глядь-а штаны твои носит коварная Ложь.
Глядь – на часы твои смотрит коварная Ложь.
Глядь – а конем твоим правит коварная Ложь.
Притча о Правде и Лжи.1977 г.Владимир Семенович Высоцкий.
Формулы погружения в раздумье
Мы живем, действуем, мыслим. Хорошо, ког-
да эти наши проявления сбалансированы. Но
такое, если и возможно, то лишь в идеале. И суть
здесь не в том, что что-то препятствует гармо-
нии в этом наборе. Скорее, мы сами всё время
пребываем в состоянии предпочтения то одному
направлению из трех упомянутых, то другому.
Желающим уподобительной наглядности ска-
занному можно предложить «погодную» анало-
гию. Куда уж лучше, если бы в течение дня
иметь славный сплав – немножко солнышка,
немножко туч, немножко дождика; и так все 365
раз за год! Но мы ведь понимаем неизбежную не-
возможность такого результата и заранее видим,
что препятствует входу в эту идиллию. Да-да,
оно самое… междуделом упомянутое «если бы».
Мыслить нам свойственно. Казалось бы, это
общее место. Но вот ведь в чем штука: мысль
часто требует в качестве пищи для себя тоже
мысли. Не проблем, хотя и это есть, а именно
мысли. И как таковое, это ее желание должно
удовлетворяться по всем законам утоления го-
лода сытого человека. Как известно, чтобы его
накормить, просто продуктом – не обойдешь-
ся. Нужен уже изыск, блюдо-фантазия.
Вот этот-то, своеобразный «гурманный ресто-
ран» и являет собой любое высказывание, слеплен-
ное в мавере глубокомыслия набившего уже руку на
головоломках человека над некоторым, я бы сказал,
с чудинкой, объектом отдавшегося заворожитель-
ной казуистике и игривой изощренности разума.
Оденьте чучело в платье самого последнего фасона и сами
станьте рядом в простой одежде и посмотрите, кому покло-
нятся раньше – чучелу или вам. (Генри Торо)
Плакать – не всегда значит страдать. (Жанлис)
Слишком сладкий плод ничего не говорит борцу. Поэтому
женщина говорит ему: горький вкус остается в самой слад-
кой женщине. (Фридрих Ницше)
Добрые умирают раньше., а те, сердца которых сухи, как
летняя пыль, сгорают медленно, до самого основания.(Перси Шеллч, 1792—1822 английский поэт)
Насколько похвально, когда государь неизменно благоче-
стив, живет цельно и бесхитростно, понятно каждому; тем не менее видно из опыта в наши времена, что те государи, которые мало заботились о благочестии и умели хитростью заморочить людям мозги, победили в конце концов тех, кто полагался на СВОЮ честность. (Никколо Макиавелли)
