— Да ладно, чего уж там говорить, — он заложил руку за голову, почесав в затылке, — на здоровье…
— Давай, я тебе денюжку дам, — засуетилась Алёна, вытаскивая кошелёк.
Но Джулиус замотал головой:
— Не-не-не, — затараторил он, — это лишнее… Я это, может, у тебя… Закурить есть? — он поднял руку с зажатым в пальцах старым обмусоленным окурком и продемонстрировал его Алёне. — В канализации вечная проблема, где добыть огня, Прометеи тут не водятся…
Алёна усмехнулась шутке, вынула пачку сигарет с заткнутой в неё зажигалкой и отдала всё вместе бродяге.
— На, хоть огонёк и курево возьми, — улыбнулась она. — Я ж вроде как бросаю.
— О, вот это подарочек так подарочек! — обрадовался Джулиус. — Ну спасибо, дочка, — он ласково улыбнулся Алёне.
— Ты ко мне? — уточнила девушка.
— Да нет, — бродяга уже закурил тонкую дамскую сигарету и устремил мечтательный взгляд куда-то вдаль. — Тебе, говорят, предстоит увлекательное путешествие, просто хотелось пожелать удачи!
— А, — Алёна поджала губы и понимающе кивнула, — спасибо!
— И ещё, — бездомный сделал настораживающую паузу. — Береги себя…
— Что-то не так? — заволновалась Алёна. — Ты что-то знаешь?
— Нет, — Джулиус покачал головой. — Просто какое-то странное предчувствие. Я за тебя беспокоюсь, сама понимаешь. Ты — Избранная и всё такое. Одним словом, береги себя, Алёнка!
Алёна несколько растерялась и даже испугалась, поэтому ничего не ответила.
— Ну, бывай, — Джулиус ещё раз посмотрел на неё с каким-то, как ей показалось, сожалением, и помахал рукой в старой рваной перчатке без "пальцев". — Надеюсь, ещё увидимся! — он затянулся поглубже, всё-таки женские сигареты были совсем не такими крепкими, к каким он привык, и скрылся в канализации, на удивление ловко прикрыв за собой тяжёлый люк.
Алёна проводила его взглядом и вздохнула: без Джулиуса ей стало совсем некомфортно, а волнение усилилось в разы. Меж тем, вокруг всё как будто было спокойно: город шумел привычно, снежные облака плыли по звёздному небу, а улицы мегаполиса нервно заполнялись людьми. Алёна ещё раз огляделась, скомкала стаканчик из-под кофе и кинула его в стоящую подле крыльца урну. Вдруг свет в окнах вновь мигнул и по округе разнёсся тревожный электрический треск. Алёна вздрогнула, ожидая, что следом произойдёт нечто пугающее, но свет зажёгся и мир вновь обрёл привычный порядок. Беспокойство чуть отступило.
— Верно говорят, если б мы научились управлять собственными чувствами, то стали бы властелинами реальности, — недовольно пробормотала она себе под нос, поднимаясь по ступенькам.
Алёна на работе
Как всегда тихо Алёна попыталась проскользнуть мимо вахтёра, после путешествия в Адальир и сделанных открытий, с коллегами общаться хотелось ещё меньше обычного, однако он её заметил.
— Опаздываешь, Маврина? — улыбнулся в усы старичок.
— Угу, — поморщилась Алёна.
— Да и правильно, работать вообще вредно! — вахтёр явно был сегодня в хорошем расположении духа.
Алёна поднялась по старенькой лестнице на второй этаж и прошмыгнула в родной кабинет. При входе обнаружилась странная дыра в порожке, около сантиметра в диаметре, коей явно не было накануне. Алёна не смогла догадаться, откуда она взялась, и списала всё на ветхость здания, что вечно шло трещинами и разваливалось по швам. Несмотря на раннее вставание, на работу она добралась позже обычного и потому коллеги были уже на местах.
За столом слева от двери, уткнувшись в компьютер, сидела немолодая и чрезмерно полная женщина в пыльном, безвкусном парике, вечно сползающем на сторону, Елизавета Евгеньевна. Она старательно делала вид, будто погружена в работу, тем не менее, дымящийся чайник на столике в дальнем углу свидетельствовал, что её мысли заняты вовсе не никчёмными делишками конторки, а тем, когда можно будет сделать первый перерыв. Потёртый и поношенный мужичонка с нелепой лысиной, старший клерк Андрей Леонардович расположился чуть дальше у стены и, словно, следил за дверью. Поскольку как только Алёна вошла, так сразу же столкнулась с ним взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Приветики! — наигранно задорно пискнул он, разведя руками.
Видимо, это жест должен был что-то символизировать, то ли раскрепощённость, то ли небрежность. Но Алёна этого не поняла, как, впрочем, и остальных движений и интонаций нелепого субъекта, явно скрывающего за ширмой напускного самомнения комплекс неполноценности и глубокое осознание собственного убожества.
— Доброго утра, — пробормотала Алёна, стараясь не смотреть на надоевших коллег, и поспешила к себе за стол.
Только, когда пробуждённый Алёниным ногтем, системный блок пискнул, возвещая начало нового рабочего дня, немолодая дама соизволила оторвать унылый взор от экрана и посмотреть на Алёну затуманенными, совершенно пустыми глазами:
— А, здравствуй, здравствуй, — протянула она сиплым неприятным голосом.
Алёна аж поёжилась, ей было отвратительно терпеть общество этих примитивных субъектов, к которым, как к непосвящённым в тайны сакрального королевства, она теперь испытывала лишь острую неприязнь. Да и будь они трижды посвящены, думала Алёна, всё равно не сообразили бы ничего, даже в том случае, если бы Адальир располагался не в тонком эфире по правую руку от Полярной звезды, а прямо у них под носом!
Волшебное ощущение, остававшееся от Адальира, то ли мгновенно полностью выветривалось, то ли трансформировалось в эту неприязнь. Даже недавняя встреча с Джулиусом как-то не сильно помогала восстановить баланс чувств, усиливая сомнения. А было ли на самом деле чудесное путешествие? А может, это просто красочный сон? Ведь такие бывают, сны-фантазмы… Лишь редко вспыхивающие зелёные искорки в глазах, отражающиеся в чёрном омуте экрана, подтверждали реальность путешествия, но и они уже почти исчезли, уступив место прежнему серому цвету Алёниных глаз.
Монитор озарился приятным голубым светом, и Алёнино сердце невольно ускорило бег, ведь девушке вдруг показалось, что Силий может выйти с ней на связь и через рабочий компьютер. Однако ничего необычного не происходило. Алёна занялась чтением годового отчёта, который необходимо было перечитать хотя бы на раз, прежде, чем отдавать начальству. Ясно, что его там никто даже не посмотрит, но проверить цифры стоило хотя бы для самой себя. Некоторое время Алёна старалась вчитаться в криво изложенную ахинею, но разум совершенно не желал работать, вращая в своих глубинах лишь мысль о предстоящем возвращении в Адальир. Быть может, Силий забыл о ней, волновалась Алёна, или послал вместе с Авельиром кого-нибудь другого, более опытного? Странно… Если бы кто-то рассказал Алёне про королевство ещё год назад, она бы ему не поверила, но ещё меньше поверила бы, что во всём этом чудесном мире её будет, главным образом, заботить лишь возможность встречи с понравившимся готом… Воистину, любовь главенствует в мире!
От нежелания продолжать уже опротивевшую работу жутко разыгрался аппетит. Алёна тотчас вспомнила о конфетах и полезла в ящик стола, но там оказалось пусто. Кто-то из "заботливых" коллег уже ухитрился свистнуть припасы и сожрать их…
— А вот и новая работёнка, — противным голоском пропищал Андрей Леонардович, кладя на стол перед Алёной пухлую папку с бумагами.
При этом он как будто специально кинул кипу прямо на клавиатуру, да так "удачно", что компьютер мгновенно перешёл в спящий режим.
— Ой, спасибо! — недовольно пробасила Алёна, и только покачала головой, таких коллег и врагу не пожелаешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Поняв, что вновь совершил глупость, старший клерк сделал вид, будто ничего не заметил, и диковатой приплясывающей походочкой поспешил вернуться на своё место. Устроившись на стуле, Андрей Леонардович странным, чуть прищуренным взглядом уставился на Алёну, при этом как-то непонятно улыбаясь. Девушка не сразу заметила это, а когда обратила внимание, то поняла, что мужчина смотрит на неё уже дольше приличного. Алёна резким движением повернулась и нарочито пристально уставилась коллеге прямо в глаза. С лица мужичка враз сползла ухмылка и он, резко отведя взгляд, сделал вид, что увлечённо читает что-то на мониторе. Девушка так и не поняла, что означал этот многозначительный взгляд, то ли неумелая подделка под "страстный взор Казановы", то ли очередная нелепость, свойственная этому унылому персонажу.
