сбежать хочется.
- Я на корпоратив шла, - обиженно выдаю в ответ, - мне обещали хорошо заплатить за четыре танца и отпустить.
Миха или как там его, окидывает меня оценивающим взглядом. В его глазах я четко вижу, что набираю десять из десяти по шкале "полная дура".
- И где вас только таких находят?
Закатывает глаза, а я губу прикусываю. Грубить в ответ сейчас не вариант. То, что он меня из зала вытащил еще не значит, что я снова там не окажусь.
- Скажите, а яхта скоро вернется обратно? У меня дома маленькая сестренка и бабушка старенькая, мне бы домой вернуться, - язык начинает жить своей жизнью. Сестренки маленькой у меня нет. Зато есть две сводные кобылицы. И они только и рады будут, если я домой не вернусь. Опять в мою комнату проберутся и будут по вещам шарить.
Бабуля у меня есть, услышала бы она, что я ее старенькой называю такой бы мне подзатыльник зарядила. Но сейчас мне нужно прибедниться по максимуму. Я еще и слезу пустить могу для полноты картины. Ради спасения своей пятой точки я на многое способна.
Мужчина, напротив, прищуривается и склоняет голову на бок. Пытается понять сколько правды в моих словах? Я еще и про дедулю навешать лапши могу, только его мои родственники похожу ни капли не пронимают.
- Яхты до утра никуда разворачиваться не будет. Прибытие в пять утра. До этого времени тебе никак не смыться, - мои губы округляются буквой "О" и я выдаю разочарованный вздох.
- И что нам теперь делать?
- Нам? - Михаил, именно так мне нравится его называть про себя. Потому что Миха как-то слишком некрасиво. Так вот, Михаил вопросительно вздергивает брови и даже кривит губы в саркастичной улыбке.
- Ну да, - согласно киваю. - Иначе эти амбалы, что меня зажимали, поймут, что вы им соврали и снова захотят со мной что-то сделать. Так что нам нужно держаться вместе. До пяти утра.
В моей голове сейчас даже и мысли нет, что он меня может послать. А судя по его потемневшим глазам и выражению лица именно это он и собирается сделать.
- Слушай....
- Соня, - я тут же его прерываю и называю свое имя. И при этом опять улыбаюсь как не совсем адекватная. Ситуация у меня мало смахивающая на позитивную. А я радуюсь так, как будто меня пообещали спасти, да еще и домой доставить на личном вертолете.
- Соня, свали с моих глаз и не отсвечивай, — вот тут то улыбка с моего лица и спадает.
- Подождите, а как же...
Я чисто машинально подаюсь вперед и сжимаю пальцами его руку. Скорее от боязни, что он сейчас уйдет и я останусь здесь совсем одна.
Договорить не успеваю, потому что в следующую секунду ойкаю от того, что Михаил сжимает рукой мою талию и притягивает настолько близко к себе, что его горячее дыхание обжигает лицо.
На коже моментально появляются мурашки от пронзительного взгляда мужчины. Он смотрит прямо мне в глаза. Завораживает своими темно карими глазищами. Я таких и правда никогда не видела. С янтарными вкраплениями. Он меня как будто заколдовал, и я не могу оторвать от него взгляд.
- Двенадцатая, - произносит хриплым голосом, а я непонимающе моргаю.
- Что двенадцатая?
- Номер моей каюты, - И тут же перед моими глазами появляется ключ, - заходишь, принимаешь душ, и голая ждешь меня в койке.
С каждым его я все больше коченею от страха. Вот тебе и спаситель. Тут же упираюсь ладонями в его грудь, отталкиваю мужика от себя.
- Козел!
Он же нагло усмехается.
- Надумаешь, номер каюты знаешь.
И просто сваливает, оставив меня одну на палубе! Обхватываю себя руками за плечи и оглядываюсь по сторонам. И что же мне теперь делать
- Гадство! - Шиплю и ударяю ногой по двери в каюту, в которой мы с Катькой переодевались. Там остался мой телефон. Вся моя нормальная одежда. И шоколадка, которую я предусмотрительно вкинула в сумку, чтобы было чем перекусить.
Сжимаю пальцы в кулаки и несколько раз подпрыгиваю на месте от негодования. Ну вот и что мне теперь делать?! Так я хотя бы позвонить кому-то могла.
В моей голове уже сложился план, как я звоню в полицию и сообщаю, что на яхте творятся ужасные вещи. В моей голове этот план был гениален. Я, конечно, не была уверена, что именно в полицию нужно было звонить. Может в какую-то морскую? Ну я думаю, мне бы там уже подсказали. Так вот, какой-то час-второй, сюда бы нагрянули с проверкой, я бы бросилась дяде полицейскому на шею и начала бы реветь, что меня здесь удерживают насильно. Кто бы мог подумать, что мой гениальный план так быстро рухнет.
Живот громко урчит, а я забиваюсь в темный уголок, чтобы никому не попадаться на глаза.
Как я вообще могла попасть в такую историю? Ну вот почему моя пятая точка постоянно вляпывается в какие-то неприятности?
Просидев в своем укромном уголке часик, я все-таки из него выбираюсь. Во-первых, ужасно затекли ноги. Во-вторых, я не ела ничего с самого утра и мой желудок в самом буквальном смысле прилип к спине. А в-третьих, я решила пройтись по этажу с каютами и подергать за ручки. Вдруг какая-то окажется открытой? И я смогу там спрятаться до утра? А может там еще и еда будет? В эту секунду во рту собирается слюна, а живот начинает активнее бурчать.
Когда я снова выхожу на палубу, чтобы пробраться к лестнице, которая ведет к каютам, замираю на месте. Потому что в эту самую секунду вижу, как козлина Михаил как раз таки сворачивает к той самой лестнице. Сжимаю сильнее зубы. Я-то считала его нормальным, а он оказался
