за то, что мне разрешили так просто уйти. Многие на моём месте не смогли бы так поступить, многие сказали бы что я просто сдалась и поступаю глупо, но я уже давно не слушаю то, что говорят мне другие, потому что точно знаю, что каждое моё решение приближает меня на шаг ближе к моей мечте. Я легко могу принимать подобные решения, потому что твёрдо стою на ногах и точно знаю, что даже если у меня будут проблемы с работой, у меня есть хорошее подспорье в виде трастового фонда, поэтому я могу идти к своей мечте на своих условия, не подстраиваясь под чужие решения.
Я едва успела выйти из кабинета мистера ван Пирса, когда у меня зазвонил телефон и я уже хотела сбросить вызов, но потом заметила, что звонок из России. Странно, из всех знакомых в Москве на протяжении всех этих лет я поддерживала связь только с отцом, и я точно уверена, что звонит не он.
-Алло, - как бы мне не хотелось сбросить вызов, любопытство победило, поэтому я ответила на звонок.
-Кристина Олеговна? – спросил меня незнакомый голос, и в этот момент я испугалась, потому что мне не понравился его голос. Вернее, не так, мне не понравилась та интонация, с которой он задал свой вопрос.
-Да, это я, - где-то на подсознании я готовила себя к самому худшему, но невозможно подготовить себя к тому, что он мне сказал.
-Добрый день, меня зовут Константин. Я помощник вашего брата. Максим Олегович просил меня сообщить вам, что ваш отец вчера скончался от инфаркта. Мне очень жаль, примите мои соболезнования… - он говорил что-то ещё, но я этого уже не слышала, потому что мне вдруг стало тяжело дышать, а перед глазами появилась тёмная дымка.
Глава 3 Кристина
Шок. Это самое первое чувство, которое я испытала после того, что услышала. Ни горе, ни боль, ни горечь, а именно шок. Шок из-за того, что его больше. Никогда не думала, что этот день настанет. Я всегда считала, что папа, как Китайская стена, вынесет всё и никогда не падёт. Ещё я испытала удивление, потому что человек без сердца умер из-за болезни сердца, какой-то каламбур дешёвый получился, но смеяться не хотелось, ровно, как и плакать.
-Тина, с тобой всё хорошо? – не знаю, как мне удалось устоять на ногах и не рухнуть прямо там, посреди офиса, но я твёрдо стояла на ногах, хотя на секунду мне показалось, что прямо сейчас я потеряю сознание, но нет. Я всё выдержала, жаль только, что сейчас нельзя скинуть шпильки и выпить чего-то крепкого и обжигающего.
-Со мной всё хорошо, просто лёгкое головокружение, - не сразу поняла, что заговорила по-русски, но удивлённый взгляд нашего администратора Стейси дал мне понять, что что-то не так. – Прости. Со мной всё хорошо, просто неважно себя чувствую. Наверное, давление подскочило, - дежурный ответ, который возымел свой эффект, Стейси вернулась на своё рабочее место, а я отправилась на выход из офиса.
Не знаю сколько я шла, но когда снова посмотрела вокруг себя, то поняла, что сейчас сижу на лавочке в Гайд-парке. Вначале я растерялась, тем более что со мной давно уже не происходило такого, но потом поняла, что и ситуация сейчас не совсем обычная, поэтому не стоит раньше времени паниковать, а лучше сосредоточиться на том, что происходит в данную минуту.
Папа умер, а я всё никак не могла испытать то, что должна чувствовать дочь. Я не чувствовала ничего, кроме шока и меня это пугало. Я боялась того, что рецидив может повторится, поэтому сделала то, что должна сделать в подобной ситуации.
-Алло, - доктор Элизабет Стайлз взяла трубку после второго гудка.
-Элизабет, добрый день. Это Тина.
-Добрый день, Тина, - за годы борьбы я работала со многими психологами и психотерапевтами, но из всех врачей мне удалось наладить контакт только с ней. Элизабет была интересной женщиной сорока пяти лет. Многие пациенты-мужчины характеризуют её, как сексуальную докторшу и это их первая ошибка. Да, Элизабет очень хорошо выглядит, но внешность обманчива и как только ты списываешь её со счетов, она сразу доказывает, как сильно ты ошибался. Но больше всего мне нравится в ней то, что она никогда не лезет к тебе со своими вопросами, не пытается расположить тебя к себе, а просто ждёт, когда ты сам будешь готов сделать первый шаг.
-Мы можем встретиться в ближайшее время? – это то, что в данный момент мне было необходимо, не знаю почему, но моё теперешнее состояние пугает меня, мне не нравится то, что происходит со мной, поэтому я нуждаюсь в профессиональном совете.
-Прости, дорогая, но я не могу принять тебя до нашего сеанса в четверг, - ещё одна особенность Элизабет, она никогда не принимает пациента, раньше назначенного срока, если только не возникает экстренных ситуаций, но понятия об экстренных ситуациях у неё весьма специфические. Вообще, как бы это парадоксально не звучало, доктор Стайлз считает, что ни один человек не должен зависеть от психиатра или психотерапевта, она придерживается мнения, что после полного курса лечения пациенты должны как можно меньше контактировать с раздражающими факторами, одним из которых она считает врачей своей специализации. У Элизабет очень мало пациентов, которые бы наблюдались у неё годами, и я одна из этих «счастливчиков», правда наши встречи происходят строго один раз в месяц и не больше часа. В критической ситуации она просит связываться с ней, но я никогда даже не задумывалась, что бывает после такого звонка, потому что раньше до самого звонка дело не доходило.
-Ладно, но моё дело не может терпеть до четверга.
-Хорошо, у меня есть несколько минут до следующего пациента. Скажи мне, дорогая, что случилось?
-Мой папа… - мой голос дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. – Мой папа, умер.
-Мне жаль, дорогая.
-Хотела бы я сказать тоже самое.
-Что ты имеешь в виду?
-Я не чувствую никакой жалости, только шок от того, что его больше нет.
-Дорогая, в
