дня явно не было идеальным. Это уже как-то…привычно, что ли.
Здание, к которому мы подъехали, располагалась в пустоши. Алекс повернулся ко мне, говоря явно серьезно:
— Прошу, не говори, что на тебя напал гуль. Скажи, что никого не было. После разговора с главой я покину тебя.
— Просто отлично, — я не могла не съязвить. Ситуация явно располагала к этому. Этот громила меня итак раздражал, а теперь еще и бросает. Лучше уж больше не попадается мне на глаза!
Удивительно, но цвет его глаз был темным. Я поняла только сейчас. При ярком свете его лучше было видно: брюнет с темными глазами, аккуратным носом и широкими скулами. Признаюсь честно, мне он показался невероятно красивым, из-за чего на его фоне я действительно казалась срой мышкой.
Глаз, вроде, снова стал нормальным. Моего родного зеленого цвета — в этом я убедилась, глянув в последний раз в зеркало. Никогда не думала, что буду скучать по доставшемуся мне от природы цвету.
Алекс оказался джентльменом: он открыл мне дверь, помогая выйти из машины. Судя по территории, они явно любят минимализм. Другого объяснения зданию посреди голого поля я не нахожу. На улице уже заметно холодало, из-за чего я задрожала, а кожа покрылась мурашками.
Зайдя внутрь, передо мной предстал длинный коридор, из которого доносилась чарующая музыка. Я и не заметила, как Алекс грубо схватил меня за руку и потащил. Слишком увлеклась мелодия, а тело разомлело от тепла. Его рука была сильная и, если сравнивать с моей, очень большой. Даже вены было видно. Это меня завело.
Тряхнув головой, я постаралась отогнать эти мысли, так как Алекс сказал, что скоро покинет меня. На прощание он открыл мне самую дальнюю дверь и затолкал внутрь. Вот я и осталась одна.
Оглядевшись, я поняла, что они не особо жалуют свет: что в коридоре было темно, что тут. Они забыли купить нормальные лампочки по скидке? Ибо лишь светодиодные огни еле горели.
В центре комнаты стоял довольно дорогой деревянный сто с красивой вырезкой по краям, а вокруг него расположились кожаные кресла. Мужчине, что сидел за этим столом, было примерно лет сорок. Выглядел он довольно статно, даже аристократично, можно сказать. Элегантный красный костюм, красиво уложенные назад волосы. Глаза его были обычного голубого цвета, а не гульи. Нос и подбородок были слегка острыми. Могу сказать, что он больше напоминал человека, нежели гуля.
— Какие гости! — скалясь, проговорил он и указал на кресло, предлагая присесть. Здоровяк остался позади меня.
— Как вас зовут, леди?
— Элис, — пробормотала я, слегка смутившись. Действительно — аристократ. Вот она разница между подчиненным и начальником.
— Очень приятно. Меня вы можете называть Бэн.
Я взгляд прожигал Алекса
— Ты же ввел её в курс дела?
— Да, — коротко и ясно. Удивительно, как меняются люди, точнее, гули.
— Замечательно! — оскалившись, явно обрадовался глава.
— Итак, милая леди, как мне донесли: тебя укусил какой-то гуль. Возможно, изгнанник. Такие случаи — не редкость. И теперь ты такая же, как и мы. Либо ты вступаешь в наш клан, либо разгребаешь все проблемы самостоятельно. Тебе ясно?
— Да, — короткий ответ. В его словах я почуяла власть, а такое многие боятся. Что-что.…А везде все одинаково. Что среди людей, что среди гулей. Те, кто при власти вызывают страх. И тут к гадалке не ходи, но даже Алекс его наверняка боится. Скорее всего, он тоже в этом клане.
— Но, у нас есть определенные правила: кровь мы пьем в определенное время. Нам её доставляют и людей мы не трогаем — такой уж у нас уговор. Силами особо светить не стоит. И если мне что-то нужно от тебя, ты беспрекословно это выполняешь. Тебя все устраивает, Элис?
— А зачем трогать людей? — не поняла я.
Вот зря я это сказала: кто-то сильно пнул меня по ногу. Я уже хотела закричать, но сдержалась.
— Не совсем понял, что ты имеешь ввиду. Объяснишь? — пристальный взгляд Бэна явно мог сделать дырку в любом. Если, конечно, мог.
— Простите, глупость сказала. Я просто не выспалась и чувствую, как голова идет кругом.
Взгляд мужчины переключился на Алекса.
— Ты ей плохо объяснил! Ты не выполнил мой приказ.
— Я все… — пытался оправдаться этот здоровяк, но, по виду начальника, было понятно, что отговорки не принимаются. Этот злостный остроносый глава пригрозил ему пальцем.
— Ничего слышать не хочу! Теперь ты отвечаешь за неё, Алекс. Её косяки- твои косяки. Понял?
— Но глава! — очередная попытка с треском провалилась. Брюнет понял, что это бессмысленно. Если честно, мне в этот момент было смешно, ведь тот хотел явно от меня отвязаться, свалить такой балласт на плечи кого-нибудь другого. А тут такой пинок под зад.
Его лицо не выражало ничего. Он был словно скала. Даже и не поймешь, какие темные мысли у него в его голове роятся.
— Элис, ты же действительно не видела никакого гуля? — Бэн снова стал прожигать меня взглядом.
— Нет. Все было как в тумане.
— Понятно, а теперь вы свободны, — указав нам на дверь, сказал глава. Видно, больше его ничего не интересовало, и всю необходимую информацию он уже получил. Тем не менее, Алекс еще несколько минут провел в кабинете, и мне оставалось лишь ждать его.
Глава 3
Но, этот здоровяк явно был зол. Очень и очень зол, даже взбешен, ибо другого объяснения, почему он прижал меня к стене, сложно было отыскать.
Его отчитали как нашкодившего котенка?
— Отныне ты подчиняешься только мне! Держи свой рот на замке. Никто не должен знать, что ты лишь наполовину гуля. Ради твоей же безопасности. И ночной случай тоже забудь, никому не трепи ничего лишнего.
— Да тебе какая разница то?! — от злости я буквально шипела не хуже гадюки. — Сам хотел от меня побыстрее свалить, а теперь я еще и бегать за тобой должна? Не много ли ты хочешь?!
Он прижался ко мне посильнее, но, шокировало меня не это. Мне это даже понравилось, отчего дыхание сперло. От Алекса пахло очень притягательно сексом, меня это заводило, но… этот гуль грубо прервал ход моих мыслей. Он стал еще злее, чем был?
— Я хочу видеть тебя как можно меньше. Желательно, чтобы ты вообще исчезла, но ситуация, увы, к этому не располагает. На многое не надейся. Будем видеться только на обучении или если появятся очень срочные дела. А также, если тебе вдруг будет нужна защита, — все же этот здоровяк явно издевается, ибо так соблазнительно шептать, смотря в глаза, мог только
