Олег познакомился с ними не так давно. С самого первого знакомства с Учителем он стал чувствовать себя по-другому. Не то, что бы лучше. Может быть, даже и не лучше. Точнее он стал чувствовать себя чище.
Он вдруг ощутил, что очищается душой. Становится другим, более чувствительным, ко всем проявлениям несправедливости, предательства, лжи, обмана. Он стал чувствовать, что его окружают, исключительно корыстные люди. Они улыбались ему, но он перестал им верить. Они говорили ему приятные слова, от которых его теперь просто тошнило.
Учитель открыл ему глаза, он научил его многим вещам. И не только его. Всех кто участвовал в священной миссии. Теперь Олег знает, что первый сын божий — Люцифер олицетворяет милость к тем, кто ее заслужил, вместо любви, потраченной на льстецов! Он олицетворяет месть, а не подставляет после удара другую щеку!
Учитель научит его многому, если только он сделает, то, что должен.
И теперь Олег мысленно готовил себя к тому, что предстояло ему совершить.
— Ну, что ты молчишь? — Анна была в отчаянии. Вот уже месяц она не могла понять, что же происходит с ее мужем. Вместе они были не так давно, но для нее уже стало ясно, что дальше так жить было невозможно. Надо было предпринимать какие-то меры.
— Ты опять лезешь не в свое дело! — с отвращением процедил он.
— Почему ты так со мной?
— Заткнись, ясно. Мне незачем оправдываться!!!
Сняв ботинки, и повесив куртку на вешалку, он молча проследовал в комнату, даже не взглянул на жену, словно ее здесь и не было вовсе. Включив телевизор, он прилег на диван и тупо уставился на экран. Там шла какая-то передача.
Олега совершенно не интересовало то, что там делалось и о чем там говорили. Ему просто надо было отвлечься. На некоторое время не думать об этом. Не думать о жене и ее предательстве. Просто не думать и все.
— Ты есть будешь? — проговорила Анна, войдя следом за мужем.
— Я не хочу, — сухо ответил он. — И вообще отстань от меня. Можно мне хотя бы несколько минут побыть одному!
— Но ты только пришел… Мы целый день не виделись…
— Отстань от меня, слышишь!!! — от переполнившей его ярости голос Олега задрожал. Как показалось Анне, его даже передернуло. — Не доставай меня, поняла?!! Не доставай. Я хочу побыть один. Я имею на это право? День это — не год. Ничего страшного не случиться, если ты меня день не увидишь.
— Хорошо, — с обидой ответила она, — не буду тебе мешать.
И вышла из комнаты.
«Сделала вид, что обиделась, но я то знаю, что это не так. Она только и знает, что врать, и врать. А хочет она только одного, принести как можно больше вреда Обществу, а значит и мне. Но она не догадывается, с кем имеет дело. Ладно, хватит, пора делать то, что должен. Скорее избавиться от нее и все. Он станет полноценным членом общества, его наконец-таки примут, и, пройдя весь ритуал, он станет таким же, как они».
Олег встал с дивана, и подошел к телевизору. В это время началась реклама, и он прибавил громкость. Следовало обезопасить себя от лишних подозрений со стороны соседей. Они ничего не должны были услышать.
Посмотрев на часы, он направился на кухню. Еще по дороге домой у него уже созрел план убийства. Он сделает это дома, любым доступным способом без свидетелей, в спокойной обстановке, пока она ничего не ожидает. Она не будет готова к этому.
А ночью, когда все будут спать, он вывезет труп за город. Ну, а через три дня, как и положено, объявит в розыск. Все получиться, главное — не боятся, и быть уверенным в своих силах. Никто и не узнает, что это именно он убил ее. Никто и не догадается.
Анна сидела на кухне за столом и пила чай. Как только Олег показался на пороге, она повернула голову в его сторону. Но ничего, не сказав, она тут же отвернулась. Как показалось Олегу, на глазах у нее были слезы.
— Почему ты так со мной? — проговорила она, смотря прямо перед собой.
— Ты сама все прекрасно, знаешь, — ответил он, переступив через порог, — И не надо претворяться. Я про тебя все знаю. Я теперь про всех все знаю. Меня не проведешь. Я знаю кто ты. Я знаю кто они.
— О чем ты? — с глубоким удивлением в голосе проговорила Анна, пристально посмотрев ему в глаза. — Что ты можешь про меня знать? Мне нечего скрывать от тебя.
— Ну, все, хватить! Я не такой уж и дурак, как ты думаешь!
С этими словами он направился к полке с ножами.
Анна сидела к нему боком, поэтому не могла видеть, что он делает. Олег же тем временем, достал нож среднего размера. Такой, что бы легко можно было спрятать его в рукаве своей рубашки.
Доставая нож с полки, он случайно задел пустой граненый стакан. Упав на бок, тот покатился в сторону. Олег с большим трудом поймал его в руки, прежде чем тот успел упасть на пол.
Анна все-таки услышала эти странные звуки позади себя, и обернулась. Олег не был готов к этому.
— Что ты делаешь? — спросила она, увидев в его руках сверкающее лезвие.
— Просто хочу сделать себе бутерброд, — ответил Олег первое, что пришло ему на ум.
— Бутерброд?
— Да.
— И для этого тебе понадобился такой большой ножик?
— Не доставай меня! — злобно процедил он.
— Я же просто спросила…
Неожиданно, раздался дверной звонок.
— Я открою, — проговорила Анна, вставая со стула.
Олег мысленно выругался, и отложил нож в сторону.
«Кто бы это мог быть?» — подумал он, садясь на стул. — «Кого опять занесло в такое время? Такое чувство, что кто-то намеренно хочет помешать ему, убить свою жену. Надо сделать это как можно быстрее, пока еще не поздно. Ведь он дал им слово и теперь обязан был сдержать его, потому, что они верят в него и надеются. Он непременно должен это сделать, а иначе они просто не будут доверять ему. А это значит, что он больше никогда не сможет участвовать в их священном деле и стать одним из тех избранных, которым будет дарована вечная жизнь. Они не смогут принять его к себе, а это будет равносильно смерти».
Раздался скрежет дверного замка. Анна открыла дверь, и в тот час же раздался знакомый Олегу возглас этой мерзкой старухи, соседки по этажу, Людмилы.
— Здравствуй Оленька, это я. Я не поздно?
— Да нет, все нормально, — ответила Анна. — Проходите.
* * *
Людмила Васильевна была пожилой женщиной шестидесяти лет. Она всегда была очень добра и отзывчива. Олега порой раздражало, как она доброжелательно относилась к людям. Он открыто считал ее дурой и, в отличие от супруги, страшно ее не любил. Порой даже ненавидел. Анна не могла понять, почему он к ней так относится.
— Нет, нет, нет, — воскликнула женщина звонким голосом, — я только на пару минут. Я пришла спросить у вас программу передач, на следующую неделю. Я посмотрю, а потом отдам. У вас, надеюсь, она есть?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
