Что это за место? Какие ужасы ждут нас? Я старалась не думать об этом. Сейчас важно было сохранять здоровый разум.
Пройдя вдоль еще одного, но теперь широкого коридора, амбал стукнул несколько раз ладонью по огромным двустворчатым дверям. Толкнув их вперед, сделал нам знак проходить.
Помещение было просторным. Освещалась двумя прожекторами только красная дорожка, по которой мы должны были идти. Впереди было что-то наподобие сцены – высокий выступ с пятью прозрачными кубами. Кубы подсвечивались снизу, горели разноцветными огнями.
Что за черт?
Вдруг заиграла музыка. Медленный трек. Мы замерли в испуге, потому что в следующий момент вдруг загорелся свет, освещая огромное количество мужчин, сидящих с двух сторон от дорожки.
- Идите, - кто-то толкнул меня в плечо.
Первой на ковер вступила Рыжая. Она опустила голову вниз, смотрела себе под ноги, пока шла по символичной тропинке.
Я пошла следующей. Ноги тряслись. Чёртовы каблуки были до ужаса неудобными. Внутри поднималось отвратительное чувство. Их взгляды, они были жадными, липкими, омерзительными. Первые несколько метров я как и моя соседка шла, смотря себе под ноги. Но любопытство в конце концов победило, и я подняла голову, посмотрела вправо.
Они были уродливы. Один толстый, другой лысый, третий старый. Они смотрели на нас так, словно мы резиновые куклы. Они предвкушали то, что будут творить с нами спустя несколько минут. Это было в их глазах – обещание боли, унижения и ужасов. Мне стало не по себе. Я потупила взгляд, задыхаясь от страха. Черт возьми! И зачем я поперлась в тот клуб?! И зачем я не пошла с Агшимом за сумочкой? Почему недостаточно сильно отбивалась от того ублюдка, затащившего меня к себе в авто? Что теперь будет со мной?
Вдруг я почувствовала жар. Будто кожу обожгло огнем. Не могла понять, что это за чувство. Ощущая буквально жизненную необходимость понять, подняла глаза, посмотрела в толпу и замерла.
Во втором ряду, позади всех сидел он. Именно тот, от чьего взгляда мне было так плохо. На мужчине была черная бейсболка, козырек которой скрывал лицо. Но я видела, что он молод. Выпирающие скулы, напряженные черты лица. Он не был уродлив и это точно. Но его взгляд – он будто резал раскаленным лезвием. Больно. Так что в глазах вдруг потемнело.
Я отвернулась, пытаясь восстановить дыхание.
Мы подошли к сцене. К каждой из нас приблизился охранник. Молча, взяв под руку, повел по ступенькам наверх.
Кубы. Они заставляли нас заходить в них. В прозрачные клетки. Охранники закрывали каждую из нас на замок, словно мы можем куда-то сбежать.
Мне было страшно. Закрытое пространство вокруг. И в то же время я видела, как много отвратительных глаз пялится на меня. Я не знала, что будет дальше, и от этого было еще страшней.
Вдруг загремела музыка. Такая громкая, что я заткнула уши, дабы не оглохнуть.
- Танцуйте. – прозвучал грубый мужской голос в громкоговоритель. Мы вспыхнули ярким светом – вся сцена теперь освещалась прожекторами. Я посмотрела направо. Рыжая стояла в соседнем кубе. Она тут же принялась извиваться, словно змея, завлекая народ.
- Танцуй! – прогремело в ушах снова.
Я отрицательно покачала головой. Нет. Не собираюсь, не хочу! Это не для меня! Я не стану унижаться перед этими ублюдками! Не стану танцевать!
- Танцуй! Иначе будет больно,- голос стал еще злей.
Обернувшись, я увидела, что ко мне подошел один из охранников. В его руках была плеть. Он потянулся к замку.
Я боюсь боли. Никогда не умела ее терпеть. И сейчас меня накрыло паникой.
- Нет, нет. Не надо! Я буду танцевать! Буду! – прокричала со слезами на глазах. Мой палач замер.
Я тут же принялась двигаться. Просто вскинула руки вверх, стала крутить бедрами. Я знаю, это выглядело ужасно, но мне было плевать. Все о чем я могла думать сейчас – мое здоровье и жизнь.
Понаблюдав за моим танцем несколько минут, амбал, наконец-то, отошел в тень.
Прикрыла глаза, выдохнув в облегчении. Ладно. Черт с ним. Если это спасет мне жизнь, я сделаю так как они просят. Стоило мне подумать об этом, словно в испытание моей выдержки снова прогремел тот самый голос в громкоговоритель. Ну уж нет. Я лучше умру, чем сделаю это.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 5
- Снимайте одежду.
Что?! Какого черта?! Ну уже нет! Ошарашено посмотрела на рыжую. Она уже скинула лифчик и стягивала трусы. Слева от меня, девушка тоже выполняла требование. Нет. Я просто не смогу. Мое тело. Оно и так грязное. И если сейчас я это сделаю, я никогда непрощу себя.
- Номер три, либо ты раздеваешься, либо плеть…
Я дрожала. По щекам текли слезы. Дыхание стало прерывистым, сердце выпрыгивало из груди. Мне было плохо. Я на себя то в зеркало не могу смотреть – противно, а меня заставляют снова проходить через эту грязь.
За спиной раздался лязг замка. Но я стояла неподвижно. Не могла заставить себя пошевелиться. Прошло несколько секунд, и вдруг мою спину обожгло болью. Она была такой сильной, что я упала, в глазах потемнело. Обернувшись, увидела стоящего надо мной палача с плетью в руке. Он снова замахнулся рукой, а я взвыла, что есть мочи.
- Нет, я разденусь, разденусь!
Его рука замерла, повиснув в воздухе.
Кое-как, на дрожащих ногах, поднялась. Потянулась к лямкам платья и скинула с себя его. Спина горела. Мне было так больно, казалось он рассек мне все до кости. Прикусив губу, я выпрямилась и посмотрела в зал. По щекам текли слезы. Музыка наконец-то прекратилась, и все девушки стояли молча.
- Номер пять, - один из гостей поднял руку вверх. – Пусть раком встанет.
- Номер пять загнись раком, - вторил команду громкоговоритель. Я не видела этой девушки, она стояла в другой стороне от меня. Но столь унизительную просьбу я бы не смогла выполнить. Даже несмотря на плеть.
Прикрыла глаза, чувствуя, что силы покидают. Мне было так страшно! И я понимала, что никто не услышит, никто не спасет.
- Пять тысяч, - произносит тот же мужчина.
- Первая ставка пять тысяч долларов, - гремит ненавистный голос.
- Пять с половиной… - перебил седоволосый старик лет семидесяти. Черт, не могу представить, как бедная девчонка станет с ним спать. Он отвратителен.
Да они все тут такие. Перебивали друг друга, поднимая цену. Я стояла и смотрела на этот кошмар, и думала о том, что умереть от плети охранника не такое уж ужасное наказание по сравнению с ожидающим меня.
Девушку под номером «пять» выводят из куба. Тот самый старик покупает ее за десять штук. Она еле идет, я вижу, как дрожат ее ноги на этих уродских каблуках, пока бедолагу ведут под руку к выходу из зала.
Следующим лотом уходит девочка под номером два. Потом номер один и наступает очередь моей соседки. Она говорила, что ее не берут. Не знаю, спор за нее разгорелся нешуточный. В итоге ее забрали за двадцать тысяч баксов.
Последней настала моя очередь.
- Пятнадцать тысяч долларов, - поднялась табличка. С подкатывающей к горлу тошнотой, я всмотрелась в толпу. Мне стало дурно. Во втором ряду восседал толстопузый мужчина. Его лысеющая голова блестела в свете ламп.
- Пятнадцать тысяч – раз, - раздался громкий голос.
Я прикрыла глаза, чувствуя как меня начинает трясти.
- Пятнадцать пятьсот, - раздался грубый мужской голос из противоположной стороны зала. С замершим сердцем я перевела взгляд туда. Незнакомец в черной бейсболке. Тот, от одного лишь взгляда которого было не по себе. Это он держал поднятой руку. Уж лучше пусть это будет он. Молодой, красивый, чем тот.
- Шестнадцать тысяч, - вступил в борьбу темноволосый мужчина лет сорока на вид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Семнадцать, - тут же перебил его ставку жирдяй. Атмосфера накалялась. С каждой пройденной минутой мне становилось все хуже. Паника накрывала с головой.
- Семнадцать пятьсот, - поднял руку вверх незнакомец в черной бейсболке.
В зале воцарилась тишине. Я было выдохнула. Хотя, и в этом мужчине не было и капли хорошего. Все они уроды, покупают меня словно вещь.
