души.
— Они…ваши рабы? — выдавила я, не в силах разыгрывать дурочку. Однако, стихийник истолковал мой дикий взгляд очень своеобразно.
— Не бойся, они не обидят тебя, — заверил меня Вольф.
А вот я бы тебя с большим удовольствием обидела той золотой статуэткой, которая стоит позади.
Не успела я ничего ответить, как из воздуха появился еще десяток сверкающих порабощенных фей. Вдвоем, а то и втроем эти маленькие хрупкие создания таскали на наш стол наполненные тарелки, полные бокалы и блюда с закусками. У каждой феечки за спиной виднелось контролирующее плетение, не позволяющее этим крошкам освободиться.
«Ты ответишь за это» — пообещала я себе, глядя на мага, который словно не замечал творящегося вокруг него кошмара. Какому садисту вообще могло прийти в голову заставить маленьких легких созданий таскать тяжелые тарелки с едой?! Вот бы водрузить на голову этому умнику взрослую лошадь и заставить прогуляться. Перед этим, конечно же, сковать его контролирующим плетением.
— Угощайся, — голос Вольфа вырвал меня из мечтаний о наказании стихийников. Я вздрогнула и с удивлением обнаружила, что стол накрыт. Передо мной стоит тарелка с тортом. Серьезно? Он решил, что торт — лучшая еда на обед? Себе-то наложил мясное рагу, салат и хлеб, а мне сладкое. Я же снова проголодаюсь через час!
Но ради возможности сбежать я готова и тортом отобедать, и даже улыбаться тому, кто угрожал убить моего жениха.
— Очень вкусно, — я набила рот десертом. — Объедение, — произнесла я, и кусок бисквита вылетел из моего рта. Стихийник скривился, как от зубной боли.
— Анна, не нужно разговаривать, когда ешь, — сделал мне замечание «суженый».
— Почему? — удивилась я и улыбнулась с пережеванным тортом во рту.
— Это неприлично, — мягко объяснил Вольф, но взгляд у него был как у побитой собаки. — Едят с закрытым ртом.
«А расправой угрожают с открытым» — хотелось возразить, но я сдержалась. Вряд ли этот подлец способен раскаиваться в таких мелочах.
Глава 6
Ели мы в тишине. Торт оказался вкусным, но я бы предпочла обычный обед. Заменять нормальную еду сладостями я не привыкла. Пока Вольф жевал, он, не стесняясь, рассматривал меня, а я его. Как ни крути, маг красив. На его внешности пропечаталось древнее происхождение. Высокий лоб, карие глаза, острые скулы и породистые черты лица. Наверняка вокруг такого мужчины крутится целый рой женщин. Неужели среди них он не мог выбрать подходящую для себя особу?
— Расскажи мне, как ты росла? — вдруг нарушил молчание Вольф. — Получила ли ты какое-то образование?
Вообще-то, получила. Опекун оплатил мое обучение в школе для девочек, где я изучала основы языков, магии и естественных наук. После школы я два года училась в академии, но ее пришлось покинуть.
— Меня учили музыке, — расплылась в улыбке я, не знающая ни одной ноты.
— Музыке, — сухо хмыкнул Вольф и заметно скис. Уж я-то знаю, что среди магов занятие музыкой считается самым бесполезным умением. Если человек владеет музыкальным инструментом, это означает, что магического дара в нем нет даже в зачатке. Ну, или же он настолько слаб, что родители решили вообще не связывать дитятко с магическими ремеслами. — Я прекрасно играю на арфе, — «обрадовала» я Вольфа.
— Я рад, — буркнул он с лицом человека, у которого украли мешок золота.
— А вы? Расскажите о себе, — вернула я ему его вопрос. Стихийник лишь усмехнулся, что я истолковала как «Ага, так я тебе все и рассказал, соплячка». Вряд ли высокородный маг будет откровенничать с той, кого знает десять минут, но попытаться стоило.
— Ты знаешь, что значит для сильного стихийного мага встретить свою суженую? — внезапно спросил Вольф.
— Э-э-э… — растерялась я от резкого перевода темы.
— Мы, повелители стихий, являемся носителями очень капризной силы, — начал объяснять мне Вольф. — Для того, чтобы вступить в брак, нужно найти такую невесту, которую одобрит стихия. Поверь, сделать это очень трудно. Стихия может отвергнуть десятки претенденток, некоторые маги остаются без жены до конца жизни, — на этой фразе он тяжко вздохнул. — Но! Иногда стихия может сама указывать своему носителю путь к той, которая идеально подойдет ему. И сегодня моя магия привела меня к тебе. Понимаешь? — Вольф внимательно посмотрел на меня.
Понимаю. Я отчетливо понимаю, что вляпалась по самые уши.
— Хотите сказать, что я идеально подхожу именно вам? — ничего не смогла поделать с тем, что из горла вырвался нервный смешок. Это какой-то бред.
— Именно так, — протянул Вольф, глядя на меня как на интересную крысу в клетке. Вроде бы забавная, но что с ней делать, совершенно непонятно. — Поэтому нам с тобой предстоит привыкнуть друг к другу и научиться общаться.
— Вам так хочется жениться? — вопросительно изогнула бровь я. — Зачем?
— Зачем? — мой вопрос рассмешил Вольфа. — Ты не знаешь, зачем мужчины женятся?
— На это две причины: либо по любви, либо по расчету, — откровенно ответила я. — О первом и речи не идет. Денег у моей семьи немного, я вам не ровня. Тогда в чем смысл такого брака? — задала вопрос в лоб.
— В детях, — дал он исчерпывающий ответ.
Повисла звенящая тишина. Вольф неотрывно смотрел на меня, а я… Я изо всех сил старалась не грохнуться со стула и удерживать на лице адекватное выражение.
— Детях? — пискнула я и склонила голову на бок.
— Стихия соединяется с той, кого посчитает достойной, — терпеливо объяснил маг. — Когда происходит полное слияние, магия воплощается в ребенка, которого носит женщина. Это единственный способ для носителя магии передать свою силу по наследству.
— А что будет, если маг сделает ребенка той, кого стихия не приняла? — не удержалась от вопроса и заслужила насмешливый взгляд от своего похитителя. Вряд ли эти ребята блюдут целибат, пока не встретят одну-единственную. А от таких связей нередко рождаются дети.
— Магия не будет передана в полном объеме, — объяснил маг. — Ребенок будет слабее своего отца, и род ослабнет.
— То есть, вы хотите через меня передать магию своему ребенку? — самой не верится в то, что говорю о таких вещах вслух. Сразу почувствовала себя племенной кобылой.
— Нашему ребенку, —
