— Я поговорю с отцом, — сказал он. — Возможно, ты смог бы приходить к нам и делать какую-нибудь несложную работу.
— Правда? — Крис кинул мяч обратно. — Это было бы здорово! Я буду ходить каждый день! Мы могли бы…
— Легко. — Майкл улыбнулся. Крису нужно было привыкатьбыть одному, если он желал проводить лето с газонокосилкой и рассыпанием перегноя.
Но потом он задался вопросом, была ли причиной этому желанию просто скука. Он вспомнил себя в его возрасте, как его стихия начала звать его, как он хотел быть на улице все время. Ни Крис, ни близнецы пока еще не проявляли никаких наклонностей — но, может быть, она просто пряталась где-нибудь за углом.
Эта мысль была одновременно волнующей и ужасающей.
И хуже всего было то, что маленькая эгоистичная частница Майкла желала бы, чтобы один из его братьев оказался таким же могущественным, как и он — тогда ему бы не пришлось нести эту ношу одному.
Но как только эта мысль пришла ему в голову, он раздавил ее.
Боковая дверь открылась, и их мама высунула голову.
— Майкл?
Крис сильно кинул мяч, так что Майкл не смотрел в ее сторону.
— Да?
— Можешь подойти сюда на минутку?
Она сказала это своим особым Серьезным Голосом, и, так как он был слишком спокойным, Майкл обернулся.
— Что случилось?
— Мы с твоим отцом хотели бы поговорить с тобой.
Пять минут спустя Майкл курил за кухонным столом. Сейчас он хотел просто проломить его деревянную поверхность насквозь.
— Но я ничегоне сделал. Я даже не знал, что она работает там.
Его отец сидел на другой стороне стола, его выражение лица было безжалостным.
— Это не важно. Ты должен был уйти. Ты знаешь, что мы находимся в опасном положении здесь…
— Но это не моя вина! — Майкл отодвинул свой стул от стола и наполовину встал. — Я не хотел, чтобы произошел весь этот идиотизм…
— Не повышай на меня голос. — Отец, казалось, тоже был готов пробить этот стол насквозь. — Я не собираюсь снова спорить с тобой об этом. Все это поставит твоих братьев в сложное положение. У нас есть семья, о которой мы должны думать.
— Ты думаешь, я этого не знаю? — Господи, имели ли его родители хоть какое-то представление о том, на что похожа его жизнь? Неужели они не видели от сколького он отказался из-за их соглашения?
Его мама подошла к столу и положила руку ему на плечо. Ее голос был мягким, а глаза полны сочувствия — прямая противоположность отцу.
— Мы не сердимся на тебя.
Майкл стряхнул руку. Его дыхание участилось. Эмили сказала, что он, что-то сделал? Вероятней всего она сказала, что он украл ее пять долларов.
Единственное место. Это было все, чего он хотел. Единственное место, где бы он мог побыть наедине с собой, заниматься тем, что не имело никакого отношения к стихиям или соглашениям. Единственное место, где бы он мог забыть все это.
И теперь этого нет.
Он почувствовал, как стиснуло горло.
— Я ненавижу это.
— Меня не волнует, ненавидишь ты это или нет. — Его отец подождал, пока Майкл не посмотрит на него. — Ты больше не будешь околачиваться около этой семьи. Ты понял меня?
— Я!? А что на счет них? — Теперь он почти кричал, и ему было плевать. — Ты знаешь, что сделал Тайлер с…
— Не начинай опять. Если ты их видишь, то идешь в другую сторону.
Майкл сжал зубы и посмотрел на заднюю дверь, чтобы не видеть лица родителей.
— Я хочу уехать.
Его отец издал отвратительный звук.
— Мы не будем снова об этом говорить. Если мы переедем в другой город, нет никаких гарантий, что мы сможем держать твои способности в тайне.
— Не все мы, — отрезал Майкл. Он ткнул себя в грудь. — Только я.
— Посмотри дальше своего носа, — сказал отец резким тоном. — Они сообщат о тебе еще до темноты. Неконтролируемая Стихия в бегах? Ты будешь счастливчиком, если протянешь до рассвета.
— Джон, — сказала его мама. — Хватит.
— Он блефует.
Майкл наклонился и положил руки на стол.
— Проверим?
Его отец уставился на него в ответ.
— Это не игра.
— Поверь, мне совсем не весело.
Голос его отца утих и потерял некоторую долю злости.
— Я не шучу Майкл. Убегая, ты ничего не добьешься, не сработает. Это смертельное желание.
Майкл оттолкнул свой стул от стола.
— Может быть, я просто должен проверить свои шансы.
Он вылетел из кухни, уверенный, что его отец позовет его обратно, прочитать побольше лекций, засыпать его ультиматумами и угрозами, пока Майк не согласиться и не пообещает стараться больше.
Как ты можешь стараться больше в том, что съедает каждую возникающую мысль?
Но его отец ничего не сказал. Майкл продолжал идти.
Только для того, чтобы найти своих троих братьев, ожидающих его, с широко раскрытыми глазами, прямо за кухонной дверью, со смесью предательства, злости и смятения на лице.
Превосходно.
— Ты уезжаешь? — сказал Ник.
— Слушайте, парни… — Майкл вздохнул и провел рукой по волосам. — Я не имел в виду прямо сейчас.
— Так значит да, — сказал Крис. — Ты уезжаешь.
Габриэль облокотился на стену и скрестил руки на груди.
— И что же будет со всеми нами?
— Они собираются убить нас? — сказал Крис глухим голосом.
— Тайлер не остановится, — сказал Ник. — Просто потому, что ты ушел, остальные из нас все равно останутся…
— Парни.
Майкл почувствовал, как их мама подошла сзади, почувствовал, как она положила руку ему на плечо.
— Никто не уезжает, — сказала она. — Люди говорят разные вещи, когда они рассержены. Майкл вовсе не это имел в виду.
Четыре пары глаз уставились на него.
— Скажи им, — сказала она.
Майкл посмотрел на своих троих братишек. Теперь он мог увидеть там новую эмоцию: отчаяние. Они хотели, чтобы он отрицал это.
Он хотел бы.
Но он не мог лгать.
Так что он сбросил с плеча руку матери и пошел в свою комнату.
И не выходил оттуда всю ночь.
Глава 3
Эмили уставилась на дверь магазина. Пот стекал по ее спине, хотя кондиционер работал на полную.
Я прихожу по средам и пятницам.
Может быть, он и не покажется. Ее отец не шутил, когда говорил, что позвонит Меррикам. Но, возможно, это сработает против нее. Также как и в тот раз. Майкл, казалось, был также удивлен, увидев ее — а потом она ушла и спровоцировала его. Конечно, ее родители заключили соглашение, но на самом деле, оно было очень шатким. Как те соглашения со странами, которые обладали ядерными боеголовками.
Мы обещаем не использовать их, пока вы нас не раздражаете.
