— Прикройся!
Его сердитый окрик заставил девушку схватить одежду и опрометью скрыться в ванной. Когда дверь за ней захлопнулась, Рино перевел дыхание. Он заметался по комнате, ругая обоих: себя — потому что поддался ее чарам, а Кейтлин — зачем околдовала его, сама об этом не догадываясь. Никогда он не позволял себе вламываться в комнату к полуодетой даме. Так почему же с ней поступил таким образом?
Кейтлин оделась на удивление быстро. Уже через несколько минут она, покинув ванную, искала что-то в чемодане. Мокрые волосы разметались в беспорядке по плечам. Рино недовольно сжал зубы, но, увидев ее нервно двигающиеся руки, смягчился. Достав щетку и фен, она снова скрылась в ванной, оставив дверь открытой.
Когда Кейтлин начала яростно раздирать щеткой волосы, Рино передернуло. Он почувствовал легкий укол совести оттого, что девушка спешит, тут же разозлился на себя за свое волнение и напомнил, что должен ненавидеть сводную сестру всем сердцем, и все же не удержался, глядя, как она мучает свои прекрасные волосы.
— Не стоит вырывать их. — Слова прозвучали резко и снова заставили Кейтлин вздрогнуть. Так обычно Джесс разговаривал с дочерью — грубо и требовательно, не обращая внимания, что кто-то окажется рядом и услышит, как он бранит девочку. Рино не было дела до их отношений, поскольку ему казалось, что временами она заслуживала взбучки, а вообще-то Джесс добрый и заботливый отец. Незадолго до смерти младшего брата Рино и вовсе уехал на собственное ранчо под Сан-Антонио и редко видел Кейтлин.
И почему он должен сомневаться в добром отношении Джесса к дочери? Конечно, мистера Бодайна нельзя назвать нежным, но он очень любил Бо и был верным мужем их матери. Джесс хороший, честный человек, он не стал бы жестко обращаться с девочкой, если бы она того не заслуживала.
Кейтлин продолжала поспешно расчесываться, потом включила фен.
Весь вид Рино выражал недовольство, хотя он понимал, что прошло не более пяти минут, как девушка начала сушить волосы. Закончив приводить себя в порядок, она схватила сумочку, сунула в нее щетку и пошла к двери. Выходя из мотеля, оба не проронили больше ни слова.
Можешь опоздать, сказал Рино. После этих слов Кейтлин забыла, что не хотела больше видеть отца. Он может умереть в любую минуту. И снова девушку стали переполнять несбыточные мечты.
Ожидание смерти изменяет людей. Может, и отец смягчится. Но цинизм, унаследованный от Джесса Бодайна, подсказывал ей — ничто не изменится. И только где-то в глубине души жила надежда, которая — Кейтлин точно знала — умрет с последним вздохом отца; именно она, надежда, заставляла пойти к нему еще раз.
Девушка так нервничала, что долго не могла найти в сумочке ключи от машины, а когда наконец достала, то тут же уронила на землю. Рино, опередив ее, наклонился и поднял ключи.
— Поедешь в моей машине, — сказал он. Кейтлин неуверенно взглянула на сводного брата, а Рино одарил ее хмурым суровым взглядом и снова разнервничался, увидев, что обидел ее.
Она не хотела и боялась спорить, поэтому пошла к его пикапу. Рино распахнул перед девушкой дверцу, и этот жест невероятно удивил ее.
Пока они ехали в больницу, тревога Кейтлин нарастала. Рино вел машину очень быстро, притормаживая лишь перед светофорами. К счастью, в Коултер-Сити движение на дорогах в девять вечера не очень сильное. Мест на стоянке у больницы оказалось предостаточно. Припарковав пикап, они почти бегом направились в отделение интенсивной терапии. Сердце девушки отчаянно билось.
Выйдя из лифта, Рино и Кейтлин поспешили по коридору к палате, навстречу им шел врач. Рино пришлось схватить сводную сестру за руку, чтобы остановить ее. У доктора был скорбный вид, так что все стало понятно без слов.
— Мне очень жаль. — Он взглянул на Рино и, повернувшись к Кейтлин, добавил: — Он умер десять минут назад.
Эхом отозвались его слова в ее сознании. Отец умер. Внезапно охватившее девушку оцепенение помогло ей не потерять самообладание.
Рино все еще сжимал ее ладонь, и Кейтлин чувствовала шедшее от него тепло. Неожиданно захотелось прижаться к нему, и она коснулась его пальцев. Боясь, что импульсивный жест обнаружит ее слабость, девушка попыталась высвободить руку. Но Рино продолжал сжимать ее пальцы, сосредоточенно слушая рассказ врача о последних минутах жизни Джесса.
— Он умер без мучений, — утешал доктор, а Кейтлин почти теряла сознание, она была не в состоянии больше слушать его. Врач еще раз принес соболезнования и, попрощавшись, ушел.
Очнулась она, почувствовав, что Рино ведет ее куда-то. Не сопротивляясь, Кейтлин шла как во сне и только в лифте окончательно пришла в себя, хотела было вернуться в отделение реанимации, но он удержал ее, пока двери не закрылись.
Она уперлась руками ему в грудь. Глаза заволокло слезами, так что голубая рубашка сводного брата казалась большим расплывшимся пятном.
— Мне надо его увидеть! — вырываясь, кричала девушка, понимая, что у нее начинается истерика. — Он не мог умереть! Только не после того, как наговорил мне эти гадости! — Она ухватила Рино за рубашку и прокричала в его суровое лицо: — Не могу поверить, что эти слова — единственное, что он хотел сказать мне.
Он встряхнул руки Кейтлин. Это немного успокоило девушку, она всхлипнула и безжалостно закусила дрожащую губу. Боже, мелькнула мысль, она обезумела на глазах этого человека. Должно быть, ему доставляют удовольствие ее муки! Нет, гордость не позволит ей, чтобы мужчина — ведь он мужчина — видел ее такой жалкой!
Кейтлин попыталась вдохнуть, но боль комом стояла в горле, затрудняя дыхание. Она попыталась отстраниться от Рино, но тот крепко держал ее в объятиях, и девушка вдруг на мгновение осознала, что его прикосновение обжигает ее. Однако мысли возвращались к отцу: ей не верилось, что он мертв, снова хотелось бежать в палату и убедиться в этом.
Бороться с Рино было бесполезно, хотя Кейтлин не оставляла попыток вырваться. Тогда Рино на мгновенье убрал одну руку и нажал кнопку «стоп». Лифт резко остановился.
— Черт! Да отпусти же меня! — вскрикнула девушка, но он снова сжал ее запястья, предугадывая желание расцарапать ему лицо.
— Теперь все позади, — пробурчал Рино.
— Нет, он еще мне кое-что должен, — прокричала Кейтлин, покачав головой. — Может, я ему и не дочь, но у меня, кроме него, никого не было. — Поняв, что говорит об отце в прошедшем времени, она до крови закусила губу. Внутри бушевали ярость и боль, с которыми никак не удавалось справиться. Ее била дрожь, по щекам текли слезы. — Он был жестоким бесчувственным ублюдком. — Услышав, что она произнесла, Кейтлин ужаснулась и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и не наговорить чего-нибудь похуже. Конечно, Рино никогда не знал отца таким, каким знала его она. Девушка чувствовала удивление и крайнее неодобрение брата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
