Иднер вздрогнул и осмотрел всех. Люди выглядели растерянно, и среди них не было видно желающих.
− Эксперимент не может стоять. От этого зависят жизни многих и многих людей, − произнес генерал. − Я надеюсь, к завтрашнему дню вы решите...
− Я решил это давно, − Иднер двинулся вперед и оказался рядом с трибуной. − И я не понимаю, почему надо тянуть до завтра!
− Хорошо, следуйте за мной, господин Иднер Шерро.
Его провожали молчанием. Иднер даже не обернулся. Он не желал видеть тех лиц. Он желал идти вперед, и пусть даже это будет смерть, но он докажет, что он не сомневается!..
Лекция профессора Лиенского читалась для Иднера одного. Он слушал слова, смотрел схемы машин, раздумывал над принципами управления, о которых говорил профессор, и почти ничего не понимал. Датчики, вводы, компьютеры, мысленное управление... Мысленное!
Иднер едва не подскочил, когда до него дошло, ЧТО собирались с ним сделать. Его мысли, его душа должны были переселиться в компьютер машины. А что произойдет там никто не знал.
− Что произошло с Фольдом? − спросил Иднер, перебивая какие-то слова профессора.
Тот замолк.
− Я должен знать, что с ним произошло, − твердо заявил Иднер.
Профессор некоторое время молчал, затем тихо произнес.
− Он сошел с ума. Его машину пришлось отключить.
Иднер понял, что отключить в данном случае означало убить.
− Генерал говорил, что время дорого. Может, мы не будем тянуть с экспериментом, профессор?
− Никто и не тянет, господин Шерро. Знания, которые я вам передаю, необходимы для управления машиной. Вами. Кроме того, никто не станет проводить эксперимент без проведения всего анализа происшедшего. Сейчас к эксперименту не готова машина. Вам достаточно ясно?
− Да, − ответил Иднер.
Столь странное отношение профессора к нему казалось плохим предвестником. Иднер включился в изучение машины, и поставил перед собой дополнительную цель. Он невидимо провел свое расследование и в течение нескольких дней узнал все об энергоснабжении машины и возможностях ее отключения. Машина имела внутренние энергоблоки, которые отключались извне с помощью радиосигналов и систем управления. Достаточно включить некоторый сигнал, и машина будет парализована. А дальше отключение компьютера − дело техники.
Всех данных Иднеру не давали. Он это понял, и не стремился их узнать открыто, но жесткие натянутые отношения так никуда и не девались. Почему профессор был столь немногословен, Иднер не понимал.
Время шло к эксперименту. Вскоре был назначен день, и Иднер впервые оказался рядом с машиной, в которой ему было суждено стать мозгом. Машина находилась на полигоне, где уже все было готово к эксперименту. Профессор еще что-то проверял, затем отдал приказ к началу.
Иднер долго сидел в кресле. К его голове и рукам подцеплялись датчики, затем он оказался один в маленьком помещении машины, и теперь общался с людьми через видеоаппаратуру.
− Ты готов, Иднер? − спросил профессор. Впервые за последние дни Лиенский назвал Шерро по имени.
− Я готов, − ответил Иднер...
Тысячи молний вошли в сознание. Огненный шар разорвался в голове, и нечто ужасно тяжелое и непреодолимое раздавило тело Иднера. Он услышал только слова: "Иднер остановись!"
Не было никакого понятия о том, что он делал и где находился. Лишь логика, жесткая логика заставила Иднера беспрекословно выполнить приказ и попытаться остановиться, хотя он и так ничего не делал.
Он замер. Мысль разошлась странным кругом, приказывая "стоять, стоять, стоять!" Кому приказывала?
Иднер не понял.
"Не шевелись Иднер!" − вновь звучал странный приказ откуда-то издали, и Иднер не шевелился. Он не мог даже ответить, не было слов, и только мысль шарила вокруг, пытаясь что-то найти, уцепиться за какие-то детали.
Слов подсказки больше не было. Иднер не видел ничего, кроме огненных всполохов, бесконечных и бесконечномерных. Он поначалу не понимал, что это, но мысль постепенно пришла к выводу, что надо разбираться, и Иднер двинулся по этому пути.
Звуков не было. Был только огонь, разный, но всегда яркий и не было места, где бы огня не было. Иднер просматривал огонь, проходил сквозь него, и вел поиск. Огонь нескончаемым потоком несся куда-то, но не жег и даже не пытался меняться. Неизменность огня натолкнула Иднера на новую идею. Он вновь просматривал все в поисках каких-то связей и вскоре нашел их...
Машина не двигалась. Прошло более суток в момента перехода и чуть меньше с момента передачи приказа "не двигаться".
− Он исполнил приказ, − произнес генерал. − В прошлый раз никто приказов не исполнял.
− Мы должны найти связь с ним.
− Радио разве не работает?
− Работает. Только туда, но не обратно. Он не может управлять машиной. Иначе, он двинулся бы или что-то сделал.
− Тогда, что делать нам? Отключать?
− Нет. Пока эксперимент не закончился...
Иднер сидел перед огнем. Мысли давно сосредоточились. Он пришел к выводу, что находится в машине, но ее управление ему не понятно. Очевидно, надо управлять огнем, а он связан с внешним миром.
Иднер некоторое время раздумывал, а затем тронул одну из огненных струн...
− Он движется! − взвыл голос над полигоном, и люди обернулись к машине. Машина не двигалась, затем вдруг раздался рев двигателя, и одна из лап ударила в землю. Один раз, затем еще, еще и еще. Движение было ритмичным и мощным, затем оно прервалось, и возникнов вновь выдало серию ударов, но на этот раз серия была не ровной, словно что-то выстукивала.
"Иднер, если слышишь, остановись и ударь два раза." − передал Лиенский. Удары лапы машины затихли, затем возникли еще два и все замерло.
Обратная связь. Люди вокруг замерли, а профессор лихорадочно набирал команды и слова, которые уходили к машине. Иднер отвечал, и это означало успех. Не просто успех! Это была победа. Первая настоящая победа.
"Будь спокоен, Иднер. Эксперимент продолжается. Ты ушел дальше всех. Во много раз дальше!"
Иднер слушал слова. Они казались далекими и... медленными. Он отвечал, исполнял указания, получал ответы, а через некоторое время уже начал понимать, что происходило снаружи. Он двигал лапой, затем Иднер задел другие струны, и голос снаружи объявил о том, что произошло. Надо было действовать осторожно, потому что машина едва не свалилась на бок от неуклюжих действий.
Буква "А".
Иднер некоторое время раздумывал, как передать сообщение прямо, затем мысль повернулась к тем кодам, что он уже знал, и в очередной раз Иднер знаками отстучал сообщение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
