Она выбежала на открытую галерею и спрыгнула во двор замка. Острая боль пронзила лодыжку. Лиза бессильно опустилась на землю, но тут из-за часовни показались преследователи. Девушка вспомнила, как на ее глазах за несколько минут мумии растерзали Ивана, и страх придал ей новые силы.
— Спасите! На помощь! — закричала она, но ответом ей был лишь вой ветра.
Криком заглушая боль, она захромала к черному ходу в глубине двора, отворила висевшую на одной петле калитку и помчалась вниз с холма. Оглянувшись через плечо, она увидела, что главные ворота замка медленно открываются
Лиза торопилась, спотыкалась и всхлипывала. Лодыжка распухла, но животный ужас гнал девушку к морю. Она пересекла освещенную луной поляну и скрылась в тени леса.
Наконец можно было перевести дух и обернуться… Преследователи были совсем близко — они ехали верхом на скелетах коней! Рядом мчался скелет огромной собаки.
У одного из всадников было древко с развевающимся остатком знамени, другие размахивали заржавленными мечами. Звенели доспехи, и развевались рясы. Стука копыт не было слышно, но лошади галопом неслись над тропкой и быстро продвигались вперед.
Какая чудовищная магия, какое проклятье вернули к жизни эти кошмарные создания?
Лиза добралась до пляжа. Она сбилась с пути и оказалась на берегу высокого обрыва, а внизу, на воде, примерно в трех четвертях километра от нее, покачивались рыбацкие суденышки.
Лиза громко закричала и отчаянно замахала руками. И ей удалось привлечь внимание рыбаков. Ее стройная нагая фигура четко вырисовывалась в лунном свете на вершине обрыва.
— Ну, помогите же мне! — кричала девушка. — Спасите меня! Мертвые восстали из могил и хотят меня убить. Помогите, избавьте меня от мучительной смерти!
Она скатилась по крутому склону и выбежала на песчаную косу.
Кровожадные всадники отставали от нее лишь на несколько сотен метров.
— Помогите! — еще раз взмолилась Лиза. — Во имя Господа, помогите!
Но ее крики и мольбы не тронули рыбаков. Ничто на свете не заставило бы их бросить якорь ночью на проклятом острове Тирон. Они перекрестились и безучастно наблюдали, как монахи догнали девушку и спешились. Затем рыбаки сняли с голов кепки и зюйдвестки. Лиза уже видела, как скелеты наклонились над ее обнаженным телом, но не почувствовала ни их рук, ни их зубов. Провидение в последний миг сжалилось над ней — она потеряла сознание. Бледная и молчаливая, девушка лежала на залитом лунным светом песке.
II
— Так вы говорите, что ищете девушку по имени Лиза?
Высокий широкоплечий брюнет с большим горбатым носом кивнул. Его черные волосы курчавились, черты лица были четкие, словно вырезанные на деревянной скульптуре, но носили несколько мягкий, почти женственный характер.
— Да, — кивнул он. — Ее зовут Лиза, Лиза Калистратова, она моя.. Ну, девушка, да! Невеста.
— Молодая?
— Да, — нетерпеливо бросил брюнет, — и молодая, и красивая, супермодель. Вот она! — Он показал спрашивавшему фотографию, на которой улыбалась действительно очень красивая девушка. — Ты что-нибудь знаешь о ней?
— Нет. К сожалению. Я сам ищу одного парня, Ваню, Ивана Золотова. А меня зовут Андрей Берестов, можно просто Андрей. У нас с ним туристическая контора, «Маджик-Тур», может слышал?
— Резо, — брюнет протянул руку.
Его собеседник — светловолосый, профессионально словоохотливый малый в очках с тонкой золоченой оправой — энергично пожал ладонь. Резо отметил, что рукопожатие это оказалось неожиданно не по-интеллигентски крепким.
— Мой компаньон, Ванька Золотое, поехал поискать новые маршруты по Прибалтике, объезжал отели побережья, и обещал встретиться со мной в этом месте.
— Странно. Моя невеста тоже снимала номер в этом гадюшнике, и никто не может сказать мне, где она теперь.
И Резо с ненавистью сплюнул на полированный гранит бывшего спецсанатория ЦК республики, который теперь превратился в частную гостиницу «Балтия».
Мужчины побеседовали еще некоторое время. Около десяти часов вечера они встретились возле маленькой деревеньки Еммери и направились в гостиницу.
Если кто-то и страдал от советской оккупации, то только не жители этого благословенного небесами края. В санатории не только отдыхала партийная верхушка республики, но приезжали и иностранные гости, для каждого из которых обязательным становилось посещение Еммери. На аккуратно вымощенных кирпичом улицах этой «типичной рыбацкой» деревеньки, больше похожей на сказочный городок, абсолютно наглядными становились все прелести развитого социализма. Айно Турпис, владелец этого заведения, смог лишь сказать, что постояльцы отеля, значащиеся под именами Ивана Золотова и Елизаветы Калйстратовои, вчера покинули отель вместе и больше не появлялись
Еще они узнали, что у пропавших с собой были сумки и транзистор, — это сообщил им словоохотливый привратник после того, как десятидолларовая купюра перекочевала в его карман из пиджака Резо.
— Надо сообщить в полицию, — предло жил Андрей.
Но грузин был, кажется, невысокого мнения о способностях местных полицейских.
— Скажу тебе, по собственному опыту, братан, я с лягавыми стараюсь поменьше иметь дела. Толку мало, вони много.
— Но у полиции больше возможностей, — возразил Андрей.
— Возможностей больше, а мозгов меньше. Они понимают дело так: если моя телка с твоим дружбаном скентовались, значит, они забурились в какой-то гадюшник либо на хату, так?
— Логично, — согласился Андрей. — Значит, думаешь, надо опросить персонал казино, ночных клубов и городских гостиниц? Здесь их не так уж много.
— А вот и ни хрена не логично, — возразил Резо. -Лучше спросим в порту, — решил он. — Моя дурёха, хоть и любит музыку, но не до такой степени, чтобы повсюду таскать с со — бой двухкассетник. Кроме того, у них были сумки. Значит, он, сука, уломал ее провести пикник на природе. Ну, природы тут с гулькин хрен. Скорее всего, они взяли напрокат лодку и попали в аварию во время вчерашнего шторма.
Мысль о том, что его невеста села в лодку с другим мужчиной, взбесила Резо Кивилиани. Он ощущал себя просто-напросто опозоренным в глазах всех: московской братвы, прохожих, хозяина гостиницы, швейцара, даже этого русского очкарика с военной выправкой. Попадись ему сейчас его бывшая невеста, он бы без лишних вопросов «исписал» ей лицо лезвием своего тесака, а потом прирезал бы обоих друж-банов… Но вначале мерзавку требовалось найти.
Стоял погожий летний денек. Молодые люди спустились по узким переулкам рыбацкой деревни к порту. Море было темно-голубым, как на почтовых открытках. У причала стояли, покачиваясь, лодки и катера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
