Читаем без скачивания Опасные сказки - Кир Булычев

– Ну ладно, ладно, пошли завтракать, – сказал Милодар.

– Я не шучу, – сказала Алиса. – Но ведь вы ничем не рискуете.

– То есть как так я ничем не рискую? Ты собираешься положить мне на голову вишню, потом выстрелить и попасть мне в глаз. Я тебя правильно понял?

– Простите, но вы ведь можете превратиться в голограмму – в свое собственное объемное изображение.

– Что из этого?

– А мы положим вишню на голову вашей голограмме.

– И она провалится, – сказал тренер-эскимос.

– Куда? – не поняла Алиса.

– На пол. Ведь голограмма нам только кажется.

– Моя голограмма, – обиделся начальник ИнтерГпола, – отличается от обыкновенных голограмм тем, что в нее можно тыкать пальцами и думать, что это – мое тело. Моя голограмма – вершина человеческой мысли.

– Тогда ничего не мешает положить ей на голову вишню, – сказала Алиса.

– Нет, – сказал Милодар, – не надо позориться, моя девочка.

– Комиссар! – в один голос закричали Шехерезада и Кора. – Давайте проверим, в самом ли деле у вас – лучшие агенты во Вселенной.

– А это мысль. Лучшие агенты… мои агенты!

Он повернулся и быстрыми шагами покинул тренажерный зал. Вошел он через другую дверь, в остальном ничем не изменился.

– Куда вставать? – спросил Милодар.

– Туда, в конец стрельбища, к мишени.

Повар уже принес на тарелке спелую вишенку.

– Только осторожно, чтобы мне не было щекотно, – сказал Милодар. Повар двумя пальцами положил вишню на макушку комиссара.

Это удалось ему не с первого раза из-за того, что у Милодара очень густая шевелюра. Наконец вишенка улеглась на место, и взоры всех собравшихся в тренировочном зале устремились на нее.

– Ты все-таки поосторожнее стреляй, – сказал Милодар, – хоть я и не я, все равно неприятно.

– А вы не дергайтесь и не прыгайте на месте, – сказала Алиса.

Она тщательно натянула тетиву, прижалась щекой к изгибу лука и выстрелила. Стрела стремительно рванулась к цели. Алиса даже и не смотрела на вишенку, она была уверена, что попала в цель. Да и какие могли быть сомнения, когда все в зале начали кричать и хлопать в ладоши?

Милодар провел ладонью по шевелюре и спросил:

– А где… это самое?

Потом догадался оглянуться и увидел стрелу, лежащую на полу. На наконечник стрелы была нанизана спелая вишня. Милодар поднял стрелу, взял с острия вишню и кинул в рот.

– Вы с ума сошли! – закричал повар. – Она же немытая!

– А разве я чего-то съел? – спросил Милодар, подмигнул Алисе и добавил, проходя мимо и дожевывая вишенку: – А ты когда-нибудь видела, чтобы голограмма ела вишни?

– Ой! – воскликнула Алиса. – Значит, вы были настоящий!

– Настоящее некуда!

– Но вы же рисковали. А вдруг бы я… у меня бы дрогнула рука?

– Талант руководителя заключается в умении подбирать подчиненных, – сказал Милодар. – И учти, что, прежде чем отправить тебя на спецзадание, я проверил всю твою жизнь, по косточкам, по минуткам…

Глава 4

Лампа для Аладдина

Мальчик Аладдин в красной курточке и красной феске, синих шароварах и черных туфлях с загнутыми носками заглянул в кабинет комиссара Милодара.

– Можно войти?

– Входи, агент, – сказал Милодар. – Сейчас тебе принесут чай и печенье, ешь от пуза, но не слишком. Никто не знает, когда ты пообедаешь в следующий раз.

Аладдин присел на краешек дивана. Сложил руки на коленях. Он вел себя, как положено уличному мальчишке, который впервые попал в богатый дом.

– Что прикажете, эфенди? – спросил он.

– Скоро тебе принесут волшебную лампу, – ответил эфенди Милодар. – Прошу тебя ее не потерять, вещь это ценная, подлинная. Без нее операция провалится, тебя разоблачат, и ты никогда не вернешься к папе и маме.

– Слушаюсь, эфенди, – поклонился Аладдин. – Слушаю и повинуюсь.

Вошла Кора Орват. Она принесла сухую лепешку и кучу медных монет.

– Желаю успехов, Алисочка! – сказала Кора.

Милодар страшно рассердился.

– Агент номер три! – воскликнул он. – Вы лишаетесь отпуска к бабушке под Вологду и квартальной премии. Вместо этого вы получаете строгий выговор в приказе.

– За что? – удивилась Кора.

– Вы рисковали сорвать операцию и выдать врагам нашего агента. Запомните: здесь нет никакой Алисы. Здесь есть только мальчик Аладдин!

Кора опустила голову.

– Разведчик ошибается только один раз! – сказал Милодар.

– Я виновата, – признала Кора.

– Ну то-то, – сказал Милодар. – А где лампа и джинн?

– Джинн еще не готов! – ответила Кора. – Его как раз собирают.

– Ах, как я мог забыть! – спохватился Милодар. – Слушай, мой мальчик. К сожалению, мы не успели достать для тебя настоящего джинна. Сейчас готовят надувного электронного джинна. Конечно, это не то что настоящий, многого он делать не умеет, но все-таки на настоящего джинна он похож.

– А вы откуда знаете? – спросил Аладдин.

– А никто не знает, – ответил Милодар. – Главное – много шума, много дыма и громкий голос. Все-таки защита. Кстати, ты тамошний язык знаешь?

– Конечно. В эпоху легенд говорили на Понятном языке.

– Тогда желаю счастья, Алиса, – сказал Милодар.

В комнате раздался смех Коры:

– Ха-ха-ха! Кто-то здесь называет нашего агента Аладдина женским именем! Вы не боитесь, комиссар, что враг подслушает наш разговор и вы загубите агента и всю операцию?

– Кто подслушает? – возмутился Милодар. – Я же специально проверил. На двести километров вокруг ни одного пингвина нет!

– Какой вы несправедливый, комиссар! – воскликнула Кора. – Почему мне нельзя, а вам можно?

– Потому что я твой начальник, – ответил комиссар. – Когда станешь начальником, тебе тоже многое будет можно. Аладдин, собирайся, пойдем поговорим с Шехерезадой.

– Зачем? – удивилась Алиса. – Мы обо всем уже поговорили.

– Нет, не обо всем, – ответил Милодар. – Шехерезада напомнит тебе о всех плаваниях своего мужа, чтобы ты знала, на каких островах и в каких странах он побывал, о каких чудесах он рассказывал.

– Но я же обо всем читала! – воскликнула Алиса.

– Когда?

– Давно, но не очень. Когда была маленькой.

– А сейчас мы проверим, хорошо ли ты все запомнила. Ведь повторение, мой друг, – мать учения.

Алиса не стала больше спорить с комиссаром, а перешла следом за ним в гостиную, которую специально сделали в Антарктиде, чтобы Шехерезада чувствовала себя как дома.

Гостиная была покрыта коврами, на которых были разбросаны подушки.

Посредине стоял резной деревянный столик, за столиком – тахта. На тахте возлежала прекрасная Шехерезада, одетая в прозрачный халат и шелковые шаровары.

При виде гостей Шехерезада всплеснула чудесными руками, зазвенела браслетами и ожерельями и спросила:

– Неужели это ты, Аладдин? Давненько я тебя не видела.

– Да, это я, ваше высочество, – сказал уличный мальчишка и низко поклонился.

Милодар уселся прямо на ковер и спросил:

– Славный у нас Аладдин получился?

– Как настоящий! – ответила Шехерезада. – Садись, мальчик, садись. Не бойся, никто здесь тебя не укусит. Если хочешь, бери рахат-лукум, угощайся, только руки о ковер не вытирай, грязнуля базарный!

Милодар усмехнулся. Он был доволен. Шехерезада, похоже, забыла, что перед ней сидит переодетая Алиса.

– Шехерезада, – попросил Милодар, – ты обещала нам рассказать о приключениях Синдбада. Постарайся говорить кратко, не отвлекайся.

– Слушаюсь, о, великий комиссар! – сказала Шехерезада. – И повинуюсь. Откушай пока мой рахат-лукум и запей шербетом.

– Я не могу, – отказался Милодар. – Я на работе.

– А ты, уличный попрошайка? – спросила Шехерезада.

– С удовольствием.

– Начинай, наконец! – зарычал Милодар.

– Хорошо, – сказала Шехерезада. – Начнем с первого приключения Синдбада. Оно началось на необитаемом острове, к которому пристал его корабль. Все купцы и моряки сошли на берег, чтобы размяться и перекусить. А мой Синдбадик притащил с корабля корыто и принялся за стирку.

– На них напали дикари? – спросила Алиса-Аладдин.

– Такие вещи надо помнить, – вздохнула Шехерезада. – Остров оказался громадной рыбой, которая так давно плавала по морю, что обросла лесами и горами. И когда матросы стали разводить на ней костры, рыбе стало больно, и она нырнула в океан.

– Правильно, я вспомнила, – сказала Алиса. – И ваш муж отправился в корыте плавать по морю. Он плавал до тех пор, пока не попал на какой-то другой остров. Но я забыла, что там с ним случилось.

– На том острове лежало яйцо птицы Рукх, – подсказала Шехерезада.

– Ой, я вспомнила!

– Не вспомнила, а вспомнил! Не забывайся! – оборвал Алису Милодар. – Все агенты попадаются на мелочах!

– Извините, – сказала Алиса.

Шехерезада подождала, пока Милодар успокоится, и продолжала.

– Эта птица Рукх известна тем, что она – самая большая птица на свете, – сказала она. – Даже птенцов своих она кормит взрослыми слонами.