Мне повезло больше всех, а остальным значительно меньше. Наблюдателей Лучник застал врасплох. Очень похоже, что они сначала неудачно выступили и нарвались на ответку. Пятеро были приколочены к деревянному забору стрелами. Рядком. Правда, приколачивали их уже мёртвыми. Причём двое оказались безголовыми – их сработали снайперы из винтовок крупного калибра. Видимо, отличились Зита с Гитой, до сих пор болтающиеся с Лучником. Одному его карманный тигр вырвал горло. Ещё двоим без особенных затей открутили головы – шейные позвонки у них были переломаны, как спички, и ещё один пропал. Вокруг шей трёх трупов обмотаны винтовки внешников – силы в этом Лучнике немерено. Остальные пневматические с боеприпасами люди Лучника забрали с собой. И именно эти наши бойцы были вычищены до трусов, но всё это мы обнаружили в самую последнюю очередь. Сначала нарвалась патрульная группа. Все восемнадцать человек в минус, а техника в хлам. Взрывы были такой силы, что их услышали на третьем стационарном посту. Я как раз находился там – проверял дальние посты и сопровождал отряд Машиниста. Они собирались на лесной полустанок потрошить грузовые составы – там как раз перезагрузка через одиннадцать часов вырастала. В группе сопровождения было три БТР-80, две немецких БМД с тридцатипятимиллиметровыми «Эрликонами» и четыре взвода на грузовиках. Я собрал сводную мангруппу и помчался туда. Подоспел к шапочному разбору – у побитой техники уже кучковались бегуны, спидеры и лотерейщики. Четырёхглазый живых людей не обнаружил. Все высыпали из машин и принялись искать следы, обыскивать трупы и потрошить с ходу побитых неиммунных. Я тоже выбрался из «восьмидесятки», но мой экипаж проехал чуть дальше – к опушке леса. Больше ничего не помню. Дорога взорвалась на протяжении ста двадцати семи метров. Помимо четырёх крупных фугасов и десятка противотанковых мин обе обочины были засеяны противопехотными минами кругового поражения. Что-то вроде осколочно-заградительных русского производства, но не ими, а мощнее – бризантность намного выше. Дорога просто вскипела. Погибло пятьдесят шесть человек. Несколько десятков ранено и сильно контужено. Практически вся техника повреждена или сгорела, а группу Лучника даже не видели.
– Почему ты уверен, что это Лучник? – спросил Квазимодо.
– А, да. Забыл. Я поэтому на опушку леса и дёрнулся. У самого края леса стоял джип наблюдателей с выбитыми стёклами, оторванными зеркалами, проколотыми колёсами и с завязанной в узел вокруг рулевой колонки «пневматикой» от внешников. Пулемёт с внедорожника пропал, боеприпасы и горючка тоже, а к одному из деревьев стрелой был прибит лист бумаги. На нём написано: «Ганс! Ваши уроды чуть не убили моего человека. Я таких шуток категорически не понимаю. Теперь вешайтесь». На стреле на бечёвке висел небольшой пластиковый пакет, в нем флешкарта, а на ней очень информативная видеозапись – фрагменты экспресс-допросов Шурупа, Скользкого Тома и Казаха. Тех самых наблюдателей, которых позднее нашли в деревне. Пропал только старший группы – Скользкий Том. Видимо, его забрали для детального допроса, а Том знает о стабе очень многое. Он вроде в руководителях никогда не был, но у нас уже несколько лет. Так что расскажет всё, что знает, – спрашивать Лучник наверняка умеет. На записях все трое дружно признаются, что приказ захватить кого-либо из его отряда или его самого они получили лично от тебя. Если эта запись дойдёт до любого из стабов, то там возникнет к нам очень много вопросов. При этом я почти уверен, что Лучник придержит и её – пока он не обнародовал ни одной записи допросов, а в том, что их скопилось у него уже более чем достаточно, можно не сомневаться. Такое впечатление, что Лучник знал, что именно я найду это послание. Это, конечно же, маловероятно, но он специально не стал минировать внедорожник. Меня контузило, а от осколков в основном прикрыли колёса «восьмидесятки». Иначе я с тобой сейчас не разговаривал бы. К примеру, от того же Четырёхглазого, стоявшего на дороге, осталась только верхушка черепа и одна из стекляшек его пижонских очков. Всё остальное превратилось в кровавый фарш, ровным слоем размазанный по обочине дороги. Я отправил группу преследовать Лучника – следак уверенно взял след, но они успели проехать всего около четырёх километров. Причём прямо по дороге – там с двух сторон лес и объехать невозможно. Выжили только трое на последнем джипе. Взорвались те же самые мины кругового поражения. Уже без фугасов, но не меньше десяти штук. Больше преследовать я не стал – это только зря терять людей, которых и так осталось не сильно много. Да и опасно – можно легко получить нож в спину от собственных людей. Недовольных после сегодняшней засады Лучника у нас приличное количество. Радует только одно – у Лучника почти наверняка закончились мины, и он уполз на свою базу-склад.
– Почему ты так думаешь?
– Грузовик, на котором он ездил, не слишком большой – это семитонный полноприводный японский ремонтный кунг с кустарно установленными внутри креслами и врезанными в борта панорамными окнами. Когда мы его обнаружили, кресла сняты не были, а, значит, много в него загрузить не могли. Как раз получается на две полноценные минные засады. Плюс-минус десяток мин или небольших фугасов. Я оставил около грузовика группу быстрого реагирования во главе с Минотавром, но очень похоже, что они сидят зря. Лучник не дурак и к машине не вернётся. Куда пойдёт этот урод, знает только он, но у него где-то спрятаны «куклы», а значит, Лучник за ними вернётся. Надо плотно перекрывать дороги на областной центр и ждать того момента, когда он повезёт «кукол» в сторону Минутки. Самое поганое, что действия группы Лучника невозможно привязать к Минутке. Он всегда подчёркивает, что действует самостоятельно, поэтому придётся убирать наблюдателей из деревень по дороге на Славный и из самого Славного. Мы можем поставить пару-тройку усиленных мобильных блоков на границе, обозначенной Лучником, но именно усиленных – не менее четырёх машин в каждой. Как показала практика, шесть бойцов Лучнику на один зуб его тигров, а если наших наблюдателей засекут бойцы Тихого, то мы получим конфликт на ровном месте, который нам на сегодняшний день ни в какое место не упёрся. Вот только тех, кто в последние недели работал по Лучнику и его команде, надо как-то поощрить. Неделькой на острове развлечений, к примеру. На всё включено. Мы не обеднеем, а пар им выпустить надо. Тем более что осталось их не так уж и много, а девок всегда наловим новых – этого добра во время перезагрузок как грязи.
– Хорошо. Делай как считаешь нужным, но передай мой новый приказ: пусть не стараются взять Лучника живым. Валите на хрен и Лучника, и сестрёнок. Цена от этого не изменится.
