совершенно нежилой. Нигде, даже в самых отдаленных местах не лежало и пылинки, как, впрочем, и не было каких-то личных вещей.
Дариус прошел прямо по коридору, мимо нескольких закрытых дверей и оказался на большой кухне. Посадив Анну на стул, он подошел к крану и налил стакан воды, быстро выпил. Осталось решить, как поступить дальше. До утра оставалось еще много времени и остаться с ней в пустой квартире, казалось не очень разумно, как, впрочем, и бросить ее здесь одну в невменяемом состоянии.
— Анна…, - он тут же забыл, о чем хотел спросить, стоило ему повернуться и увидеть Анну. Она уже сидела на столе, расстегивая те несколько несчастных пуговиц, которые успел застегнуть Дариус. — Что ты творишь?! — Он тут же подлетел к ней, хватая за руки, от движения, ворот его рубашки съехал, обнажая плечо. Анна потянулась вперед, мазнув губами по щеке и запечатывая поцелуй уже на его шее.
— Что мне хочется…, то и творю…. — тихо, с придыханием прошептала она в шею Дариуса, от чего у него поползли мурашки по телу.
— Анна, ты уже завтра пожалеешь…. Перестань. — Он постарался отстраниться от нее, однако Анна коварно обняла его за талию ногами, притягивая ближе. Воспользовавшись его секундной растерянностью, Анна дотягивается до губ, касаясь пока легким поцелуем. Впрочем, очень быстро Дариус перехватывает инициативу, заставляя Анну стонать от удовольствия, притягивая его еще ближе к себе, полностью раскрываясь для него. Однако, к ее горькому сожалению, он также быстро взял над собой контроль, отстраняясь от нее и не позволяя приблизиться.
— Анна, ты себя не контролируешь….
— А ты себя слишком контролируешь, — с этими словами она следует за ним, спрыгивая со стола и тянется прикоснуться. Дариус же отступает на шаг, понимая уже что такие игры могут продолжаться слишком долго, Анна снова отступает к столу и медленно поводя бедрами стягивает с себя трусики, что игриво застревают на щиколотке, позволяя им упасть, лишь вновь усевшись на стол и широко разведя ноги. Дариус быстро отвел жадный, горящий взгляд, однако оставаясь на месте, от напряжения сжимая кулаки. Но и это продолжалось лишь несколько секунд, стоило упасть тихому стону, как он тут же перевел жадный взгляд на Анну. Бесстыдно распахнув, но не сняв его рубашку, она откинулась на стол, демонстрируя всю себя во всей красе. Безупречную гладкую бледную кожу, небольшую грудь, призывно напряженную и ее тонкую руку, скользившую вдоль тела. Дариус не нашел уже сил отвернуться или уйти, с тихим стоном быстро приблизившись к ней, впиваясь жадным поцелуем в подставленную шею, Анна довольно прижалась, простонала.
— Ты сумасшедшая, Анна, — между поцелуями шептал Дариус, притягивая к себе.
— Так раздели это безумие со мной…. — едва слышный голос, больше похожий на шелест. Анна уже самая забралась руками под майку, поглаживая спину Дариуса, — возьми уже меня, Дар, — страсть и безумие быстро охватило их обоих. Жадные поцелуи сменялись страстными блуждающими укусами, громкий, довольный стон сорвал с ее губ, стоило Дариусу наконец-то резко ворвался внутрь нее. Первая страсть и безумие схлынули, так же, как и вспыхнули, мелко подрагивая от полученного удовольствия Анна продолжала прижиматься и не отпускать его.
— Анна…, прости… я…
— Тшш, — Анна потянулась к его губам, притягивая ближе за шею. Темный с моральными терзаниями ее сейчас совсем не устраивал, — пошли…
Продолжая обнимать, она спрыгнула со стола, позволяя им снова не быть единым целым. Повела его за руку в глубь квартиры, в одну из темных комнат. Игриво скинула с себя и так ничего не скрывающую рубашку и потянулась к его одежде, толкнув на свою кровать, раздевая наконец-то его и не забывая постоянно его гладить и целовать, доставляя удовольствие. Иногда Дариусу казалась, что ее серые глаза вспыхивали ярко-красным пламенем, чтобы затем снова обернуться пеплом.
— Просто расслабься, Дариус, — наконец-то раздев его, она его с удовольствием оглядела. Темный позволил ей взять инициативу, и Анна с удовольствием доставляла ему наслаждение, медленно и томительно исследуя каждый участок его тела. Ее игра не могла быть слишком долго, взведенный ее ласками Дариус, быстро подмял ее под себя, уже перехватывая инициативу с жадностью овладевая ее. Анна не с меньшей страстью отвечала, стонала… Рассвет они даже не заметили, еще долго увлеченные исследованием друг другом.
Дариус открыл глаза и лежал, пытаясь понять сон ли все прошедшее. Однако незнакомая спальня и аккуратно сложенные его вещи, с хрустящим полотенцем на тумбочке, вместе со стаканом холодной воды говорили отнюдь не о сне. По дороге освежившись в душе, Дариус прошел на кухню. Анна была именно тут. Ночью он не обратил внимание, однако сейчас он заметил, что одна из стен была представлена огромным окном от потолка до пола, которое сейчас было распахнуто, а Анна сидела на полу прислонившись спиной к створке, свесив одну ногу, прикрыв глаза, делала глубокую затяжку тонкой сигареты и медленно выдыхая горький дым.
— Дариус, — открыв глаза, Анна повернула голову на его тихие шаги. После душа он надел только брюки, стоя босиком на ее кухне, сжимая в руках новую футболку. Рассматривая его такого домашнего со следами ее поцелуев на шее и груди, Анна с нарастающим желанием поняла, что совсем не прочь снова предаться пороку с ним. С трудом, сделав еще одну долгую затяжку и закрыв глаза, ей удалось усмирить желание. Это лишнее. Не стоит забывать, что он темный.
Она встала с пола, Дариус молча сел за стол, глядя на ее наряд. Она не была как обычно идеальной и совершенной, растрепанные, лежащие в беспорядке на плечах волосы и простая, слишком большая для нее мужская футболка. Все это так ей шло, делая ее такой милой и нежной.
Анна в молчании села за стол напротив Дариуса.
— Анна, а ты помнишь то, что произошло вчера? — Дариус решил деликатно разведать произошедшее, ведь она явно была невменяемой. Может, она ничего и не помнит, и он просто уйдет к себе.
— Если ты о том, чем мы с тобой занимались, — она заставила его совесть заскрежетать на душе. — То помню все, — ее взгляд заскользил по шее, замирая на темно-красных следах.
— Анна, — Дариус быстро натянул футболку. Девушка с сожалением фыркнула. — Как ты оказалась в том… клубе?
— Неважно, — отмахнулась она, чиркая зажигалкой и вновь делая глубокий вдох горького дыма. — Давай обойдемся без нравоучений, прошу. У меня помимо каждой мышцы, — и снова ее взгляд на Дариуса, — болит голова и я хочу спать….
— Анна? — Дариус и Анна одновременно повернули головы на раздавшийся мужской голос, несколько секунд и Артур зашел в кухню,
