Стивен был безмерно благодарен своей милой кузине и хотя был сильно подавлен, нашел в себе силы искренне ее поблагодарить.
— Как это великодушно с вашей стороны! Но Кандида считает, что не должна уезжать. Я хотел сказать это сразу после того, как рассказал о нашей помолвке, но вы так за нас порадовались, так были добры… в общем, Кандида считает, что должна остаться в Андерхилле. Видите ли, она теперь считает себя ответственной за все, что происходит в усадьбе, она говорит, что это будет выглядеть словно бегство. Но кто-то должен остаться с ней, какая-нибудь почтенная леди, например мисс Силвер. Анна может уехать завтра же, а вы знаете, что обычно болтают люди. А если мисс Силвер согласиться побыть с ней, никто и слова не скажет.
Мисс Силвер тут же стала убирать в сумочку вязанье.
— Разумеется, мистер Эверсли. Мне только нужно собрать свои вещи.
По дороге в Андерхилл Стивен высказался куда откровеннее, хоть это было не совсем честно по отношению к его кузине Луизе Арнольд. То, что она потом узнает из других источников, проконтролировать невозможно, но, по крайней мере, если она узнает о чудовищных обвинениях мисс Оливии, то хотя бы не от него. Ну а от мисс Силвер у Стивена не было никаких тайн.
— Конечно же, она сошла с ума. Наверное, из-за шока… Она обвиняет Кандиду в смерти мисс Кары. Представляете?! Видите ли, полиция не считает, что это несчастный случай, и мисс Оливия утверждает, что Кандида каким-то образом подстроила падение мисс Кары с лестницы. Именно поэтому она не желает больше оставаться в доме. И, честно говоря, я рад, что ее там нет. Если мисс Оливия настолько безумна, что заподозрила Кандиду, она же просто опасна для окружающих.
— Может быть, вы все-таки расскажете мне, что произошло, мистер Эверсли? — деловито спросила мисс Силвер.
— Дело в том… Я не знаю… и, похоже, никто не знает. Служанка Анна сегодня в семь утра нашла мисс Кару внизу, она лежала рядом с лестницей. Затылок старой леди был разбит, и она была уже некоторое время мертва. Но лежала она лицом вниз. Их домашний врач и полицейский в один голос утверждают, что после столь сильной травмы сама она перевернуться не могла и что подобные повреждения не могут быть вызваны падением с лестницы. Мисс Оливия утверждает, что это Кандида столкнула мисс Кару, но даже если отвлечься от того, что говорить подобные вещи жестоко, нормальный человек такого никогда не скажет… это все равно полная бессмыслица, поскольку медики считают, что это чушь. В сущности, это все, что я знаю.
Я дважды пытался выяснить все подробнее, сперва у Дерека Бердона, потом у Кандиды, но она не захотела обсуждать это по телефону.
Мисс Силвер одобрительно кивнула — похвальное благоразумие.
— Всегда лучше недосказать, чем сказать лишнее.
Глава 28
Впервые мисс Силвер увидела Кандиду Сейл во время приема в доме настоятеля, она стояла на другом конце гостиной. Тогда ее глаза сияли, а на лице играл румянец.
Потом они оказались рядом, это когда мисс Оливия и мисс Кара подвели девушку к Луизе Арнольд, и мисс Силвер так приятно было услышать ее свежий голосок и теплые слова Луизы в адрес той Кандиды, в честь которой ее назвали.
Тогда мисс Силвер весь вечер любовалась этой прелестной девушкой. Сейчас на Кандиде было черное платье, которое она уже носила в знак траура по Барбаре. Яркий румянец поблек, в синих глазах застыло напряжение — на нее больно было смотреть. Но держалась она достойно — сказывалось воспитание: она поблагодарила мисс Силвер за то, что та приехала, и должным образом поприветствовала гостью, так что этикет был соблюден.
К великой ее радости, кровать была вполне современной и к тому же согретой двумя грелками. Маленький электрокамин был включен на полную мощность. Опыт пребывания в сельских домах не позволял ей надеяться на подобную роскошь и приготовившись к отсутствию современного комфорта, она была весьма рада обнаружить, что с этим тут никаких проблем.
Вечер шел своим чередом — как все вечера. Ужин приготовила Анна. Разговор, в основном, поддерживали мисс Силвер и Дерек Бердон. Стивен вернулся в Ретли, и мисс Силвер мысленно поаплодировала его благоразумию. Может, теперь Андерхилл и принадлежал Кандиде, но ни он, ни она не думали об этом очевидном факте. Прежде, при сестрах Беневент, его сюда не приглашали, тактичный и воспитанный человек не мог позволить себе воспользоваться трагическим стечением обстоятельств и ворваться в дом.
Позднее мисс Силвер удалось поговорить с Анной Росси и Дереком Бердоном, оба были очень рады выговориться.
Для Анны с ее постоянно распухшим лицом и красными от слез глазами было настоящим облегчением выплеснуть все, что она знала. Здесь не было ни мисс Оливии, чтобы ее одернуть, ни Джозефа, который мог унизить ее одним только взглядом, заставляющим ее тут же умолкнуть, и как обычно процедить: «Ты слишком много болтаешь, Анна». В конце концов, язык нам дан для того, чтобы говорить и, когда в доме жуть что случилось, что еще можно сделать, как дать волю слезам и словам? А если молчать и не поплакать хорошенько, сердце будто высыхает, и вы становитесь точно мертвец. Когда Анна излагала гостье свои представления о том, как нужно мыкать горе, очищающие слезы хлынули неудержимым потоком. Эта маленькая хрупкая леди так ей сочувствовала… И ведь не сочла за труд приехать в Андерхилл, чтобы заботиться о мисс Кандиде.
Дерек тоже был рад шансу пооткровенничать. Он вообще был мастак поговорить и к тому же нашел в мисс Мод Силвер очень приятную собеседницу, с которой можно беседовать на любую тему — надо сказать, не он первый. Она слушала очень внимательно, вставляла сочувствующие реплики — все это весьма вдохновляло.
Возможность поговорить с Кандидой Сейл представилась поздно вечером, когда они вместе поднимались по лестнице. Кандиде казалось, что этот день тянется и тянется, как тени деревьев на закате. Именно так ей казалось с того момента, как она узнала, что мисс Кары больше нет, и до того, как они с мисс Силвер поднялись в ее комнату.
Естественно, Кандида выразила надежду, что там все приготовлено как надо. Обычное проявление гостеприимства, но мисс Силвер не ограничилась вежливым «да-да, спасибо». Она положила ладонь на локоть девушки и сказала самым сердечным голосом:
— О да, конечно. Но я бы хотела немного с вами побеседовать. Если вы, конечно, не очень устали.
Кровь прилила к щекам Кандиды. Она внезапно почувствовала, что больше не в состоянии выносить бремя тяжких мыслей, которые не оставляли ее. После того как уехал Стивен, в доме не осталось никого, кому она могла бы выговориться — разве что этой леди, человеку абсолютно постороннему.
— Нет-нет, что вы. Так хорошо, что вы приехали.
Я бы не осмелилась вас просить, но это все Стивен. Он сказал, что я не могу оставаться здесь одна — могут начаться сплетни. Понимаете, никто из нас до последнего момента не знал, что тетя Оливия собирается уехать. Хотя Анна и Джозеф должны были знать… Но Анну она не выпускала из своей комнаты — та паковала ее вещи, да и Джозеф был при ней. О том, что тетя Оливия уезжает, мы узнали только после пяти. Джозеф отнес вещи вниз. Затем он подъехал на машине к боковой двери и забрал ее. Анне было запрещено говорить нам что-нибудь прежде, чем они уедут. Я не знала, что мне делать. Это я должна была уехать, раз тетя Оливия не желает оставаться в одном доме со мной.
Я пыталась дозвониться Стивену, но он еще не вернулся.
Дерек сказал, что если я покину Андерхилл, он тоже уедет.
Понимаете, тетя Оливия наговорила много всяких гадостей и обо мне, и о нем, а в доме полно ценных вещей. Потом Дерек предложил позвонить в полицию и спросить, как нам поступить. В общем, инспектор велел нам оставаться в усадьбе. Потом я дозвонилась Стивену и он сказал, что попросит вас приехать.
Мисс Силвер уселась в кресло у камина. Кандида устроилась в кресле напротив и чуть наклонилась вперед.
