– П-ф-ф, – фыркаю я, подхватывая бокал с шампанским. – Такие старперы еще фору дадут нынешним мальчикам, – замечаю. – Я тебе это уже говорила, па, – подмигиваю и ловлю на себе взгляд Дана.
Делаю глоток под пристальным взглядом Титова. По телу прокатывается дрожь.
Как у меня зудят ладошки! Хочется его коснуться. Потрогать. Хочу его ощущать.
Закидываю под столом ногу на ногу и, чуть качнув правой ногой, нахожу пальчиками ногу Титова. Боже, что творю! Богдан тут же мажет по мне взглядом. Мне так хочется похулиганить! Видимо, шаловливые пузырьки шампанского ударили в голову. Как этот мужчина держал меня на расстоянии? Так и мне хочется потрепать его выдержку…
Максимально не обращая внимания на реакцию Титова, веду пальчиками по его ноге вверх. Еле сдерживаю улыбку, видя, как он сглатывает. Его лицо становится серьезным, и улыбка теряется. Готова поспорить, что папу Дан теперь слушает только вполуха.
Моя ступня уже у него на бедре и ползет дальше. К паху. Вот она прелесть – быть гибкой и длинноногой балериной! Титов пару раз кидает на меня осуждающий взгляд. А, поняв, что отступать я не намерена, ловит мою ступню пальцами, фиксируя. При этом его действий внешне абсолютно не видно. Я лишь чувствую, как он поглаживает мою щиколотку пальцем. По ноге вверх пробираются мурашки. От такой незначительной ласки мне становится жарко.
Первой не выдерживаю я и, убрав свою ногу, поднимаюсь из-за стола. Забираюсь на диван. Расслабившись, под их мерные бу-бу-бу засыпаю.
Просыпаюсь лишь на мгновение, когда отец несет меня на руках в спальню. Там я снова проваливаюсь в спокойную и такую сладкую темноту.
Повернувшись, выныриваю из сна. За окнами еще темно. Приподнимаюсь на локте, пытаясь сообразить, который час. На тумбочке мой телефон. Дотягиваюсь до него и, падая обратно головой на подушку, снимаю экран с блокировки.
Почти четыре утра.
Захожу в мессенджер, в наш чат с Титовым. Он был буквально час назад.
Встрепенулась. Сердце заколотилось быстро-быстро. Неужели уже уехал? А я проспала?
Быстренько строчу сообщение:
Юла: “Ты здесь?”
Быстрым движения пальца отправляю сообщение и жду, не отрывая глаз от показавшихся галочек напротив моего сообщения. Считаю мысленно до пяти. Галочки окрашиваются в синий, и статус Дана – в сети.
Улыбка наползает на губы.
Богдан: “Конечно. Не могу уехать, не попрощавшись”.
В груди растекается щемящая нежность.
Юла: “Спал?” – этот вопрос меня интересует. Удалось ли ему отдохнуть.
Богдан: “Сложно уснуть, зная, что ты так близко, но абсолютно недосягаема, котенок”.
Просто пялюсь на эти строчки и улыбаюсь. Не знаю, что можно еще написать. Поэтому спрашиваю:
Юла: “Что мы будем делать?”
Богдан: “В идеале рассказать все Степану”.
Фыркаю. Да знаю я. Что надо. Но сейчас я не готова. Моя смелость куда-то испарилась.
Пока я думаю, Дан продолжает писать сообщение. Вскоре прилетает:
Богдан: “Хочу предложить тебе съездить в одно клевое место дня на три-четыре. Там все обсудим, взвесим, распланируем. И если ты все же захочешь продолжить наши отношения, то будем ставить в известность твоего отца. Как тебе? Сможешь найти себе алиби на такое время?” и смеющийся смайлик.
Боги! Титов и смайлики! Это что-то да значит!
Конечно! Я готова куда угодно. С ним лишь бы! Готова визжать от радости в подушку.
Юла: “Я попрошу посодействовать Нику. Думаю, все получится. Когда выдвигаться будем?”
Богдан: “Сегодня, как все организую, дам знать. Буду собираться. Не провожай меня”.
Юла: “Но я хочу!”
Богдан: “Махнешь рукой в окошко. Я буду рад тебя видеть”.
Понимаю, что он прав. Не стоит привлекать внимание папы. Поэтому так и поступаю. Выжидаю и прислушиваюсь.
Когда слышу, как заводится машина на нашем дворе, осторожно выглядываю из-за шторы. Отец провожает Богдана. Титов, улучив момент, поднимает взгляд четко на мое окно. Кивает, чуть улыбнувшись. Я машу ему рукой, расплываясь в ответной улыбке. В груди разливается тепло. Поверить не могу, что он приехал! А еще…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поцеловал. Так, что голова пошла кругом и ноги подкосились. Клянусь, на мгновение я забыла не то что свое имя, а даже как дышать! Провожу пальчиками по губам – еще хочу!
Как только машина Богдана скрывается из поля зрения, а папа возвращается в дом, я падаю на кровать. Замираю в позе звезды, мечтательно таращась в потолок, по которому лениво гуляют отблески от гирлянды на карнизе дома.
Дан пригласил меня на свидание! Или… Ладно, это, наверное, даже свиданием нельзя назвать. Это что-то круче и весомей. Хм, совместный отпуск? Как он написал?
Лезу в мессенджер перечитывая: клевое место на три-четыре дня. Точно! Это наш первый совместный отпуск! Уи-и-и!
Взвизгиваю тихонько, хлопая в ладоши. Мы проведем наедине целых три дня! Очешуеть, как круто!
Сердечко трепещет и колотится.
Ох-ох…
И как в таком возбужденном и взбудораженном состоянии теперь спать?
Глава 26
Юля
Проворочавшись до утра, в начале седьмого я все-таки проваливаюсь в крепкий сон. А уже в десять, как штык, подскакиваю и лечу умываться и приводить себя в порядок. День обещает быть насыщенным. В теле каждая клеточка поет от предвкушения. Тем более что, пока сушу волосы после душа, на телефон падает сообщение от Богдана.
Выключаю и откладываю фен, в пару кликов открывая мессенджер.
Богдан: «Доброе утро, котенок. С поездкой все решил, до места часа три езды. Как воровать тебя из-под носа отца будем, есть мысли?».
Юла: «Как я и говорила, возьмем в нашу «банду» сообщницу!» – кидаю, отправляя следом смайлик с ухмылочкой.
Опомнившись, докидываю:
Юла: «Доброе утро, Дан!».
А потом еще немного подумав, усердно покусывая губы, отправляю:
Юла: «Я соскучилась».
Богдан: «Я тоже очень соскучился, Юль. Но, если все пойдет по плану, то через два часа ты будешь рядом».
Щеки загораются румянцем.
Пока я думаю, что написать в ответ, телефон издает «бдзынь». От Богдана приходит новое сообщение.
Богдан: «Как думаешь, твоя сообщница сегодня в состоянии сесть за руль?»
Это очень хороший вопрос. Помятуя, что Ника отрывалась в клубе со своей компанией, боюсь, что очень может быть и нет.
Юла: «Я сейчас ей позвоню и узнаю. А каков план?».
Богдан: «Будет хорошо, если твоя подруга заберет тебя с вещами от дома. Я буду ждать на трассе. Там и пересядешь ко мне в машину. Ориентировочно в 12.00, удобно?”.
Юла: “Отлично, и я тебя поняла”.
Стягиваю с себя полотенце, меняя на теплый халат, и, запрыгнув с ногами на кровать, набираю Веронике. Жду соединения, мысленно умоляя подругу взять трубку.
Пожалуйста, Ника! Ты мне очень-очень нужна! Как никогда!
На мое удивление, проходит всего пару гудков, как я слышу сонное:
– Данилова, ты о такой вещи, как совесть, слышала?
– Хватит спать, – улыбаюсь. – А то так всю жизнь проспишь, засоня.
– Сколько времени? – на том конце провода слышится копошение. – Десять тридцать?! Женщина, ты что творишь? Ты разве не знаешь, что первое января начинается в два часа дня и никак не раньше! – возмущенно пыхтит Ника.
Я посмеиваюсь:
– Нормальные люди уже сделали зарядку и сходили в душ.
– Не-а, нормальные люди еще и не ложились.
– Ладно, сдаюсь, я ненормальный человек, но мне сильно нужна твоя помощь! Умоля-я-яю, Ника! Дело особой важности.
– По шкале от одного до десяти?
– Сто! – выпаливаю в сердцах.
– Так, – тут же меняется настроение подруги, – секунду.
– Жду.
Судя по звукам, Ника выползает из постели. На том конце провода слышится шуршание, шебуршение, возня и… ого-го, это что, мужчина? Я аж подскакиваю на кровати. Я точно слышала мужской голос, который спросил: “Детка, ты куда?”
