Позже, муж, проводив меня до кара, отправил домой, а сам предпочел остаться с отцом. Видимо, чтобы уже с глазу на глаз обсудить свои дела. Этой ночью я почти не спала и вздрагивала от каждого шороха, но муж так и не пришел.
Утром мучительно долго размышляла идти или нет на занятия по эйрборду. Я не хотела. Не выспалась. Но это наименьшая из бед. Сам по себе эйрборд мне нравился, однако если на меня опять будут смотреть с сочувствием и жалеть, я окончательно раскисну. Мне не нужна жалость, от нее только хуже. К тому же к обществу я в принципе не стремилась. Закрыться к комнате, сжаться комочком и никого не видеть — мое самое большое желание.
Минут десять еще лежала, потом с тяжким вздохом поднялась. Плохо не плохо, а уговор надо выполнять. Правда, если бы я все-таки отсюда сбежала, то и ребят, получается, подставила бы, несмотря на их увещевания, что меня можно заменить.
В тренировочном зале меня встретили почти как обычно, только усиленно интересовались здоровьем. Тэо и Шаял сердились и гнали домой, говоря, что если заболела, то лучше отлежаться. Я не послушалась, почувствовала, что в копании веселых парней все плохие мысли уходят на задний план.
На эйрборде летала неблестяще. Тело какое-то скованное, деревянное. Плавности и легкости движений не ощущала. Парни списали это на мою «болезнь», и командир наш меня особо не гонял сегодня. После занятия у нас было еще немного времени до того как парни отправятся в академию. Ребята собрались в кучку и увлеченно о чем-то галдели. Переобувшись, подошла к ним. Было любопытно, какую тему они так возбужденно обсуждают.
Невольно фыркнула. Оказывается, говорили обо мне. Только они сами об этом не догадывались.
— Да не может такого быть!
— Я, правда, слышал разговор двух старших офицеров! Какой-то гражданский поднял в воздух малый транспортный корабль, и собирался на нем куда смотаться.
— Вранье все. Я тоже слышал. Такое просто невозможно. Выдумывают. У корабля сложное управление, без должной подготовки им нереально управлять. Потому это должен быть либо студент, либо летчик, следовательно, это только кто-то из военных. К тому же, как гражданский может получить допуск к системе? Так что, скорее всего, просто приукрашивают. Вроде корабль был не исправный, и сам взбесился, когда один из офицеров проводил профилактику.
Какие слухи любопытные. Хорошо же запутали следы. Про некую особу женского пола ничего и близко нет.
Поела в ресторане. Делать больше было нечего. Вернулась в дом Рикера. Персиваль пытался разузнать, чем я расстроена, но я упорно молчала, и, сославшись на плохое самочувствие, ушла в свою комнату. Только сейчас обратила внимание, что, несмотря на символический замок, в мою комнату может войти как помощник, так и сам муж. Это не мой дом. Я не смогу нигде даже закрыться. Не чувствую себя больше в безопасности. Не могу защититься. И нет того, кому бы я могла пожаловаться и излить душу. Да даже если бы и был, не уверена, что смогла бы рассказать.
Весь оставшийся день провалялась в кровати. Только вечером вновь выбралась на занятие эйрбордом. Кажется, Шаял что-то заподозрил. Смотрел на меня с тревогой, но вопросы не задавал.
Опять накатила эта дурацкая апатия. Ничего не хочется. Раньше бы я все свободное время посвятила своему обучению или провела физическую тренировку. Летчик должен быть разносторонне развит. Только обладая сильным гибким телом можно успешно управлять кораблем быстро, своевременно реагировать на любую ситуацию. Потому мне так нравится эйрборд. Усиленная физическая тренировка, и подобие фигур пилотажа. Координация сознания на работу в пространстве. Помимо всего прочего — отработка навыков работы в команде. Чаще всего летчики работают в сцепке. Так что сейчас Тэо на самом деле готовит свою команду для будущей совместной практики. К этому времени у него будет готовая и слаженная группа, понимающая другого не то что с полуслова, а с одного жеста. Вообще наш командир талантливый парень. Во всяком случае, у него настоящий дар находить нужных для себя людей. И он не боится принимать непопулярные решения. Взять хотя бы меня и Шаяла. С нейсегами негласно, конечно, «дружить» не принято. Могут быть определенные проблемы. Тем не менее Тэо не прогадал. Эмпат для группы подобной нашей — очень ценное приобретение. Про меня можно вообще не говорить. Так сразу, практически не пообщавшись и ничего обо мне не зная, принять в команду. Догадываться о моей любви к кораблям он точно не мог, а ведь когда я поступлю в академию, мы будем работать, возможно, бок о бок.
Перси интересуется, буду ли я готовить ужин. Нет, не буду. Опять сжевала первое, что нашла на кухне. Аппетита как такового до сих пор нет. Готовка для меня — своеобразное творчество. Любопытно, что я могла бы сотворить в таком состоянии? Наверное, либо что-то острое, сильно пересоленное и переперченное, да еще, если вдруг пришлось угощать этим дорогого супруга, то и с ядом, либо что-то совсем пресное и безвкусное — это больше соответствует моему настроению. Вообще затянувшаяся депрессия меня беспокоила. Я знаю свой характер, как бы плохо не было, долго носить в себе негатив просто не могу. Быстро переключаюсь на какие-то более позитивные эмоции.
Стала готовиться ко сну. Краем уха услышала шум и голоса. Видимо Рикер пришел. Время уже довольно позднее, но обычно он приходит еще позже. Это меня насторожило, заставив испуганно замереть. Вдруг сегодня опять все повториться?
Глупая детская мысль, но может, если я сделаю вид, будто сплю, меня будить не станут.
— Выключить свет, — голосовая команда, и встроенные лампы плавно затухают.
Запрыгиваю в кровать, укрывшись с головой, и прислушиваюсь к происходящему снаружи. Минут через двадцать дверь в мою комнату бесшумно распахивается и в проеме появляется мощный мужской силуэт. Я затаила дыхание и закрыла глаза. Он идет. Идет ко мне! Остановился у кровати. Время будто замедлилось. Мне кажется, прошло не меньше минуты, но ничего не происходит. Послышался смешок.
— Ты не спишь, — холодный равнодушный голос. — Поднимайся. Я же сказал тебе, что теперь мы будем спать вместе. Минута на сборы.
Сказал, и быстро вышел, меня же накрыла паника. Чувствую, что еще немного, и будет истерика. Опять дыхание сбивчивое и судорожное. Сердце бешено колотится. Вылетаю из кровати и мчусь на кухню. Там я оставила прикупленную для себя аптечку. Готовый набор. Все же я занимаюсь довольно травмоопасным видом спорта. Ссадины и тому подобные вещи не исключены. Открыла аптечку и вздохнула уже с облегчением. В ней имелось успокоительное. Самое главное, вроде бы сильное, и действующее моментально. Переживать все заново, предварительно не защитив разум и чувства, больше не хочу. По мне — так это средство убежать от реальности, и не выход. Но… прочитала дозировку. Достаточно одной таблетки, но я приняла две. Надеюсь, передозировки не будет.
