сделать тихо, а уж потом как, ни будь, сделать им всем документы, кто захочет, конечно, — дернулся Никита.
— Хорошее дело, — снова пробормотал Участковый, — думаю, помогу тебе, поговорю на днях с главой района, так эти земли никому не нужны, только вот тут сам знаешь, два дома трогать нельзя, там, у главы свои интересы, и процент придется проплатить.
— А, я и не собираюсь в это лезть, — отмахнулся Никита, — мы все поодаль живем, и пусть все как есть, так и идет. — Процент тоже заплачу, только хотелось бы, чтоб по-божески, я ж деньги не штампую, а зарабатываю.
— За это не переживай, много не возьмут ни за земли, ни за посредничество, говорю же они не нужны никому.
— Знаю, что зарабатываешь, в лесу пропадаешь, Валентину травы носишь, да видно хорошо, он сам ведь бегает к тебе договариваться, а такая честь у него не к каждому, да и придирчив он, а ты вот нужное ему носишь.
— У меня что табличка на лбу что я с Валентином работаю, — разозлился не выдержав Никита.
Участковый захохотал, — не привык ты еще к нашим реалиям. — Это да, вроде глушь у нас, а новости с космической скоростью разносятся. — А по остальному завтра уже к тебе заскочу, да можно будет все решить сразу, проблем у тебя с землей точно не будет, обещаю, мое слово тут тоже не последнее, а это село надо как-то уже оформлять, — пообещал Участковый, да побежал по своим делам.
Никита сам опешил, как у него все складывается, хорошо бы и оформить все без проволочек, он не хотел делать ремонт в чужом доме и на чужой земле, а если все сложится будет заманчиво. Купил Никита и картошку, ему продавщица там же в продуктовом магазине подсказала к кому нужно обращаться в деревне и с дому купить хорошую, а вот семян он набрал в магазине и по ее же рекомендации.
— Ты бы еще милок, заехал к бабке Насти, — предложила продавщица, — да рассады у нее взял, ваши у нее каждый год берут, а вот нынче видно совсем без денег, не приходили еще ни разу весной.
Еще взял в магазине пять мешков сахара, круп по мешку, тушенки всякой и рыбных консервов ящиками, хлеба пару мешков, конфет разных несколько небольших коробок, чая на всех, а кофе и шоколада уже только себе. Шоколад ему в лесу нужен, и легкий и питательный, а по кофе он просто соскучился.
Продавщица тоже обрадовалась богатой выручке, только сказала, — последний раз так тебе даю, ты заказывай мне заранее, а я тебе все приготавливать буду, ты ж на всех берешь, и если так будешь и дальше предупреждай, завтра новый приход, поэтому я все тебе и отдаю, но в следующий раз так уже не будет, а то здесь же тоже люди живут.
Никита не стал спорить и тут же набросал новый список, пояснив — пока лето надо запас консервов сделать, — и он еще скоро приедет, недельки через полторы.
Продавщица что там у себя посчитала и уточнила, — рано будет, а вот ровно через две недели нормально будет, все приготовлю.
На том и договорились.
Выйдя из магазина Никита снова почесал в затылке, непривычно много новостей и информации, — да заехал еще и за рассадой. Уже не удивившись что бабка Настя ждала его, как родного и у нее была приготовлена рассада в ящичках, все для его села.
— Ты это милок, если еще понадобится заезжай, раньше то они на себе таскали, и много не унесешь, все им не хватало, а ты на машине, да все равно думаю этого мало, но ты сам смотри, решай, — произнесла бабка прощаясь с Никитой.
— Надо же, — хорошо, что спросил, — подумал Никита, — я же сейчас один работаю, а у остальных что-то и с рыбалкой последнее время никак, откуда у них деньги то на рассаду будут, а тут сразу все привезу и продукты на первое время и огороды люди посадят.
Никита забил всю машину покупками и очень аккуратно и еще медленней поехал домой, по дороге вспомнив, что еще кур хотел взять домой.
— А ладно, если с землей срастется, то сразу и возьму, а нет, так позже съезжу.
Черепахой въехав в село Никита сразу же направился к дядьке Мефодию, изумив того до онемения. Никита решил оставить продуктов себе совсем немного на случай ремонта, а нет так себе еще возьмет, все равно скоро ехать узнавать про документы на дом и землю. Дядьке Мефодию он сразу сказал, что все взял на всех, а распределять будет также, как и раньше сам старик, он ведь всех знает, и пусть и решает кому что нужно. И пусть помалкивает, что это Никита покупает, и также Мефодий ему список бы хорошо приготовил что еще кому надо, может лекарства какие, он то не понимает в них, а вот по списку бы привез, ездить он пока будет часто и довезет еще что нужно. Тут же подумав про себя, что надо было мыло да шампуней набрать на всех и для стирки, не зарастать же им тут грязью, но это уже все равно в следующий раз и так еле прополз нагруженный по бездорожью считай. Дядька Мефодий опомнился пока Никита еще и на себе мешки в избу к старику таскал, а на последок отдал ему коробки с деликатесами от фермера. Старик унюхав подарок аж заплакал и про водку забыл, Никита тоже забыл ее совсем купить, решив уже в следующий раз точно взять, о чем ему и сказал.
Мефодий руками замахал, — с колбасой милый я без беленькой протерплю, тем более есть у меня заначка, я колбасу энту уже такую свежею да вкусную ох как давно не ел, а тут еще и сало копчененькое и еще чего только нет, я вон то не знаю, как называется, а пахнет божественно. — Ты и так вон сколько всего набрал и нам всем надолго хватит, и ведь рассаду даже взял, — довольно закряхтел Мефодий, — хорошо Никитушка, что ты этих горемык не бросаешь, потом они тебе отдарятся добром, не сумневайся.
— Помочь я готов, — только не хочу, чтобы на шею садились, — заметил Никита, — совсем дармоедов не люблю. — Так что вы подумайте, как наш Старший, как все лучше распределить, что бы и помочь, и чтобы у них желание работать появилось.
Старик от таких слов Никиты совсем размяк, приятно, когда тебя старшим не просто по возрасту называют, а с уважением как
