— Я буду беречь твою репутацию, как свою собственную.
— О, пожалуйста, береги ее лучше, чем свою.
— Есть у тебя еще условие?
— Да. — Кэсси наклонилась вперед и сказала очень серьезным тоном: — Я хочу, чтобы ты использовала свою встречу с Сент-Стивенсом для своеобразной проверки.
Делия нахмурилась:
— Какой проверки?
— Его натуры, характера и прочего. — Кэсси задумалась на секунду. — Ведь он не знает, что ты вдова, он думает, что ты — я. Уединенное свидание на террасе и даже несколько поцелуев вполне простительны, однако если мужчина продолжает подвергать риску репутацию леди на грани скандала…
— Как Чарлз, — вставила Делия. На лице Кэсси отразилось отчаяние.
— О, дорогая, я не хотела…
— Ты совершенно права, — отметила Делия. — Я знала о репутации Чарлза с самого начала, но мне нравились наши тайные свидания, похожие для меня на рискованные приключения, как ты помнишь. Поэтому в значительной степени вина за все происшедшее лежит на мне. Вопрос заключается в том, имел ли право по-настоящему порядочный человек продолжать рискованные тайные свидания.
— Но он поступил вполне благородно в конце концов. Он женился на тебе и спас тебя от бесчестья. — Кэсси немного помолчала. — Может быть, он спасал и себя?
— Возможно. — И стал холодным и отчужденным после свадьбы. — Как ты думаешь, Кэсси, брак меняет характер мужчины?
— Бабушка сказала бы, что на подобное можно только надеяться.
Делия рассмеялась.
Кэсси задумчиво посмотрела на нее:
— О своих отношениях с Уилмонтом ты пока не решилась рассказать мне все, не так ли?
Делия пожала плечами:
— Не могу вспомнить ничего существенного.
— Ты говорила, что не люби…
— Нет, не любила, — прервала ее Делия на полуслове и вздохнула. — Но я могла бы, вероятно, полюбить его в конце концов.
— А что ты испытываешь по отношению к Сент-Стивенсу?
— Не знаю. Мне очень хотелось бы самой понять. Кэсси задумалась, затем сказала:
— Ты должна рассказать ему, кем являешься на самом деле.
Делия вскинула брови:
— Еще одно твое условие?
— Совершенно верно, — подтвердила Кэсси, кивнув. — Если он действительно порядочный человек, а я полагаю, что, несмотря на свои намерения, ты не станешь связываться с непорядочным, то чем дольше будет продолжаться твой обман, тем больше будут его досада и разочарование, когда он узнает правду. Ты можешь потерять его навсегда.
— Ты права. Я не подумала. Я обязательно расскажу ему правду.
— Когда?
— Когда будет подходящий момент.
Кэсси сузила глаза. Делия вздохнула:
— Полагаю, такой момент наступит очень скоро.
— Я буду настаивать на нем, потому что не желаю сидеть дома, пока ты вместо меня будешь посещать балы и приемы.
— Конечно, совсем несправедливо. Обещаю, что меняюсь с тобой местами в последний раз. Кроме того, — Делия улыбнулась сестре, — я не смогу стать опытной женщиной, притворяясь тобой.
Их замысел включал переодевания в поношенные платья, две уединенные, как бы случайные встречи и бог знает что еще. Тони покинул свою предусмотрительно занятую позицию у слегка приоткрытой двери и постарался сдержать улыбку. То, что задумали женщины с целью поменяться местами на сегодняшний вечер, должно хорошо сработать. Делия и ее сестра-близнец вместе представляли собой довольно интересную компанию и при других обстоятельствах могли бы вполне успешно действовать в той области, где он выполнял свою основную работу.
Тони сделал знак лакею, который ожидал в холле около задней лестницы. Тот мгновенно занял позицию у парадной двери. Лакей оказался одним из полудюжины новых слуг, которых Делия обнаружила в доме, вернувшись из Эффингтон-Холла, хотя как будто не обратила на них никакого внимания.
Теперь в доме были лакеи, служанки, помощник дворецкого, а также приходящая помощница кухарки. Согласно приказам герцога весь дополнительный обслуживающий персонал набрали из числа сотрудников департамента, имевшего задание охранять Делию, за исключением помощницы кухарки. Ее наняли, чтобы сохранить желудки всех питающихся в доме, и миссис Миллер с удовольствием возложила на нее основную работу по кухне.
Жизнь в доме Делии с новыми слугами, которые хорошо играли свои роли, стала более оживленной Делия постоянно принимала различных торговцев, которым в конечном счете уделяла весьма ограниченное внимание. Заниматься ими и другими делами, связанными с обновлением дома, приходилось в основном Тони, но теперь такое занятие не вызывало у него досады. Ничего необычного в домене происходило, и никаких признаков того, что Делия находится в опасности, не наблюдалось. Тони подумал, не введен ли департамент в заблуждение. Однако ему приказано оставаться на месте, и он оставался.
После возвращения из Эффингтон-Холла Делию все время волновали мысли о новом знакомом. И Гордона ее состояние вполне устраивало. Он вернулся в Лондон задень до нее, чтобы успеть выполнить приказы герцога относительно слуг, а также указания Делии по поводу обновления дома и различных встреч. Приказы герцога легко выполнимы. Указания же Делии оказались более утомительными для него и департамента.
Он вошел в библиотеку, закрыл за собой дверь и пересек комнату, чтобы занять место за письменным столом. Делия будет занята со своей сестрой по крайней мере ближайшие полчаса, а ему надо разобраться с собственной корреспонденцией и принять решение.
Он разложил бумаги и уставился на них невидящим взором.
Вероятно, сейчас он участвует в последней операции по заданию департамента. Разумеется, герцог Роксборо мог позволить себе возглавлять секретную службу британского правительства и в то же время выполнять обязанности, соответствующие его титулу. Он имел людские ресурсы, включающие, помимо Тони, обширную семью Эффингтонов, а также четырех преданных и компетентных братьев. Тони же один на целом свете. Герцог с детства прекрасно знал, что однажды титул Роксборо и связанные с ним обязанности перейдут к нему. Он воспитывался и обучался соответствующим образом. Тони не представлял, что его брат, которого он едва знал, станет жертвой внезапной болезни и умрет, не имея сыновей.
В одном из писем, отправленных из его поместья управляющим брата, перед ним ставились имущественные вопросы, на которые Тони не знал, как ответить. Он всегда считал себя опытным, компетентным и способным разобраться в любой ситуации. Он мог незаметно проникнуть в осажденный врагом город и принять такой облик, что даже родная мать не узнала бы его. При необходимости он мог убить человека, не производя шума, но он не имел ни малейшего представления, что должен делать английский лорд.
