Читаем без скачивания До последнего вздоха - Евгения Горская

В который раз принялся надрываться мобильный на Светином столе. Даша сделала себе чай, вернулась с чашкой к компьютеру и пробурчала появившейся подруге:

– У тебя телефон сто раз звонил.

– А… – равнодушно сказала Света. Посмотрела на список пропущенных вызовов и объяснила: – Это Васька.

– Перезвони ему.

– Да ну, – поморщилась Света. – Еще будет думать, что я без него жить не могу.

– А ты можешь? – улыбнулась Даша.

– Черт его знает, – засмеялась подруга. – Не хотелось бы пробовать. Я не хочу без него жить. Я хочу жить с ним.

– Тогда не дури и выходи замуж.

Подруга не ответила, бросила в сумку телефон, выключила компьютер, помахала Даше рукой и умчалась.

Даша тоже собрала сумку, захлопнула дверь и у лифта столкнулась с Максимом.

– Срочная работа. – Начальник показал ей исписанные от руки бумаги.

– Задержаться? – спросила Даша. – Я не спешу.

– Не надо, – разрешил Максим. – Завтра не опаздывай, и все успеем.

– А когда срок?

– Вчера, – буркнул начальник.

Даша видела, что чем-то его разговор с директором разозлил.

Что она будет делать, если Максим все-таки уволится? Несмотря на все его бурчания, Даша точно знала, что он всегда ей поможет и всегда ее прикроет. Вряд ли ей еще раз повезет найти такого руководителя.

Думать об этом было грустно. Даша медленно пошла по улице. Ветер поднял пыль с асфальта, она зажмурилась.

Со служебной стоянки выехала машина, Даша подождала, когда она освободит тротуар. Месяц назад она видела, как на этом же месте живой Вячеслав Аркадьевич после работы встречал живую Ирину Сергеевну. В руках у Вячеслава Аркадьевича был огромный букет темно-красных роз, Даше тогда стало обидно, что Дениска редко дарит ей цветы. Ирина обогнала ее, быстро прижалась к жениху, и, даже не видя ее лица, Даша почувствовала, как эти немолодые люди рады друг другу.

На этот раз Гошиной мамы у подъезда не было, зато был сам Гоша.

– Привет, – подкатил он к Даше.

– Привет, – вздохнула она.

– Ты чего грустная такая? – удивился проницательный сосед.

– Соскучилась по Денису, – призналась Даша.

– А… – Гоша медленно поехал рядом, притормозил около лавочки, сел.

Даша опустилась рядом.

– Смотри. – Гоша скинул с плеча рюкзачок, достал планшет, поводил пальцем по экрану. – Друг ездил с родителями отдыхать. Они уезжали как раз ночью, когда взрыв был. А это его мама фотографировала в тот вечер. Класс, правда?

Гоша протянул ей планшет, Даша стала рассматривать фотографии. Мама Гошиного друга обладала настоящим талантом. Ничего особенного в снимках не было – пустая ночная улица, мокрый асфальт, блестящий в свете желтых фонарей, – а красота и уют ночного города завораживали.

– Здорово, – похвалила Даша.

– Они в Крым ездили, на своей машине.

– Понравилось?

– Да нет, не очень. Народу много, все дорого. И ехать долго.

– Слушай, – заинтересовалась Даша, – а почему они ночью уезжали?

– Шут их знает. Наверное, раньше собраться не успели, – предположил Гоша.

– Отличные снимки. Пришли мне на почту.

– Я их в интернете выложил, ссылку пришлю, – пообещал сосед.

Даша продиктовала электронный адрес, Гоша не стал записывать, запомнил.

Огромная ворона каркнула на растущем у дома тополе. Даша посмотрела на ворону, ворона на Дашу.

– А убийцу не найдут, – тяжело вздохнул Гоша.

– Почему? – спросила Даша и повторила слова Максима: – Найдут. Сейчас камеры везде висят. Вычислят. Убийца же не с неба спустился. Как-то добирался и наверняка засветился.

Гоша задумался. Видимо, стал прикидывать, мог ли убийца подойти к дому, минуя камеры видеонаблюдения.

– Пока, – поднялась Даша.

Сосед попрощался, покатил к своему подъезду.

В электронную почту Даша заглянула, когда уже совсем стемнело. Гоша про нее не забыл, прислал ссылку, Даша вновь принялась разглядывать ночную Москву на очень хорошего качества фотографиях.

Когда они с Денисом только поженились и начали здесь жить, они любили гулять по ночам. Дашина мама из-за этих их прогулок волновалась, ругала Дашу, и Даша перестала рассказывать маме, как хорошо ходить по совершенно пустым улицам.

Даша посмотрела на часы – давно пора спать. Перед тем как выключить компьютер, она снова вгляделась в одну из фотографий: полускрытый темными листьями какого-то кустарника капот светлой машины. Кустарник был мокрый, на листьях виднелись капли. Марку машины разглядеть было невозможно, а номер был виден хорошо и почему-то показался знакомым.

Даша перевела будильник на час раньше – Максим просил не опаздывать, и выключила свет.

– Дин, почему ты меня любишь? – Вадим повернулся к Дине, одной рукой обнял ее.

Он часто у нее это спрашивал, но так и не понял, почему Дина, лучшая на свете женщина, выбрала именно его. Он, безусловно, не урод, но ведь и не эталон мужской красоты. И не слишком богат. То есть теперь, после смерти Славы, он весьма обеспеченный человек, но Дина не могла предвидеть Славину смерть.

– Потому что ты любишь меня, – привычно прошептала она, прижимаясь к его плечу.

Он понимал, что она говорит правду, и это было ужасно. Это было совсем не то, что он хотел услышать. Получалось, что если ее полюбит кто-то другой, которого Вадим представлял себе почему-то непременно в темно-сером костюме, она ответит на любовь этого другого.

Она слишком переживала, что муж, чтоб ему провалиться, ее бросил, и не обращала внимания на мужчин, и устала от одиночества, и от этого потянулась к Вадиму.

– Давай вставать, – со вздохом сказал Вадим. – Опоздаешь.

– Подожди. – Она потянула его за руку. – Я тебя люблю, потому что ты лучше всех на свете. Потому что ты мой мужчина, понимаешь?

– Понимаю. – Он поцеловал ей пальцы, отбросил одеяло.

Ты лучше всех на свете, говорила мать Викиному отцу. Викин отец был в отъезде, в командировке, мать ходила по комнате в голубом пеньюаре, одной рукой придерживая кружева у груди, а другой держа трубку. По квартире полз запах терпких духов.

Вику отвела в детский сад соседка, мать ей за это платила, а Вадим собирался в школу. Он уже не помнил, откуда точно знал, что после его ухода к матери обязательно приедет друг Викиного отца.

Ему было наплевать тогда и на мать, и на Викиного отца, и на Вику. Он знал, что окончит школу и уйдет навсегда.

– Вадик. – Дина прошла за ним на кухню, тронула за руку. – Ну почему ты мне не веришь? Ну почему?

– Я тебе верю. – Он улыбнулся, потрепал ее по волосам.

Она отвернулась, принялась готовить завтрак.

Телефон зазвонил, когда он брился.

Он выключил воду, прислушался. Дина что-то отвечала, разобрать слов он не смог, но напряжение в ее голосе услышал. Она не хотела говорить при нем.

Вадим, мягко ее отодвинув, протянул руку и включил громкую связь.

– Диночка, ты меня прости, – говорила сестра. – Я, не подумав, заговорила о твоем муже.

– У меня нет мужа. – Дина покосилась на него. Щеки у нее покраснели.

– Ну… я понимаю. Ты не сердишься?

– Я не сержусь. – Больше Дина на него не косилась.

– Я тебя очень люблю.

– Я тебя тоже люблю, Вика.

– Я желаю вам счастья.

– Спасибо.

– Ты точно на меня не сердишься?

– Вика, что тебе нужно? – Вадим выхватил у Дины трубку, отвернулся, чтобы не видеть ее осуждающего взгляда.

– У вас все в порядке, Вадик? – после паузы спросила сестра.

– Спасибо, Вика, у нас все великолепно. А у вас? Надеюсь, ты здорова?

Дина вернулась на кухню, он посмотрел ей вслед.

– Вадик, нам нужно начать оформлять наследство. – Вопрос о здоровье она проигнорировала. Наверное, наследство ее сейчас волнует еще больше.

– У нас на это полгода, – напомнил он.

– Ты же знаешь, время идет быстро.

– Ладно, я выберу время, и сходим к нотариусу, – пообещал он, чтобы поскорее от нее отвязаться. – Или одна сходи.

– Одна? – испуганно спросила сестра. – Нет, я лучше с тобой.

У нее идеально выходило прикидываться беспомощной. Он отлично знал, что она никогда своего не упустит.

Дина звякала на кухне посудой. Он подошел, остановился в дверях.

– Вика желает нам счастья.

Динка усмехнулась, поставила ему тарелку с яичницей, потом поставила тарелку себе. Вадим пододвинул тарелку, обильно посыпал яичницу черным перцем.

Я желаю вам счастья, говорила Вика Славе и Ирине. Я так за вас рада.

Вадим представлял, как Вика бесилась от предстоящей свадьбы.

Дина быстро вымыла посуду, ушла в комнату, вернулась уже по-уличному одетая, поцеловала его в висок.

Он задержал ее за руку.

– Вадик, почему ты мне не веришь? – Она улыбнулась, но он видел, что ей невесело.

– Я тебе верю.

Он понимал, у него нет оснований для ревности.

Но не понимал, как от нее избавиться, от ревности.

Хлопнула дверь. Вадим быстро оделся, спустился к машине, посидел, положив руки на руль, и поехал к Славиному офису.