ними начала образовываться ледяная пластина, но попытавшись всплыть, сломалась пополам под весом Ивора и Кикиморы.
Из — за неожиданности Ивор не контролировал дыхание, и сейчас, наглотавшись воды, попросту задыхался.
«Сконцентрируйся, нужно пластину потолще, самую толстую».
Попутно пытаясь ударить болотную тварь, но безуспешно, так как вода в разы плотнее воздуха, он снова образовал ледяную платформу.
На этот раз она выдержала и начала с большой скоростью поднимать их наверх. Ивора вышвырнуло из воды, а Кикимора ослабила хватку.
Он перекатился на ледяной глыбе, прижимая Кикимору. Ивор обрушил кулак на лицо твари, потом повторил со вторым, но мерзкая голова дернулась, пронзая рогами его плечо.
Юноша вздрогнул. Его глаза застилали фиолетовые и розовые узоры. Он больше не видел врага, только десятки причудливых образов.
Дурманящий эффект яда накапливался в его крови.
Пока Ивор еще ощущал, что держит Кикимору, он резко выпрямился и пустил огромное количество ледяной энергии по рукам. Она волной прошла внутри жил и выплеснулась сквозь пальцы огромными объемами. Тварь была полностью мокрой, благодаря этому замерзла в считанные мгновения. Ее с головы до ног покрыл крепкий слой льда, в начале замедляя и ослабляя, а после и вовсе обездвиживая.
Тяжело дыша, Ивор скинул замороженную Кикимору в воду и кое — как догреб до берега. Он уселся возле бессознательного Златозара.
Мир вокруг плыл и извивался змеями. Деревья были кривыми, словно отражение на металлическом чайнике, каким — то образом он разглядел, как Ночницы и остатки Упырей наконец нагнали их.
— Навья мать…
Ивор сплюнул кровь, она вновь скапливалась во рту, отдавая металлическим привкусом.
Звездочка что — то визжала под ухом.
«И чего она так разоралась, будто бы причина есть… Что с ним, что без него, все равно нагнали бы». Подумал Ивор.
Нежить все больше и больше выходила из — за деревьев. Они чуяли добычу и загоняли ее, словно охотничьи псы.
Юноша даже не мог подняться, ноги тряслись, вслед за ними начали трястись и руки. Яд уже разнесся по всему телу, его сознание держалось на одной лишь силе воли.
Теряясь в мириадах цветовых сплетений, он на секунду закрыл глаза. Тело обмякло, а мысли улетучились.
И среди всей этой тишины мира грез для него прошла секунда, в действительности же прошло около десяти минут.
Именно тогда перед тем, как окончательно кануть в темную пустоту, он отчетливо услышал всхлип Звездочки, и всего одно слово.
— Хёд!?
…
Используя Отражающие Миражи, Немире удавалось остаться незамеченной. Ивор был прав, Рарог взлетел на высоту примерно в два птичьих полета. Девушка спустилась к лапам, и удачно вырвав цветок из когтей — полетела вниз.
Огненный Сокол был не настолько внимателен, чтобы чувствовать очень маленький цветок, в своей громадной лапе. Только через время, равное горению одной лучины он обнаружил пропажу. По небу пронесся громкий вопль разочарования.
Немира скинула с себя маскировку и сложила пальцами знаки Лели и Мира.
За ее спиной образовались прозрачные водяные крылья. Они не позволяли ей летать, но значительно замедляли падение, помогая планировать в воздухе.
Вскоре она оказалась у самых ворот Города Десяти Зарев.
Девятиглаз не мог наблюдать за тем, что произошло в дремучей чаще. Жар — Цвет находился так глубоко, что даже вороны не решались забраться туда.
Все в Академии ждали победителя. До рассвета оставались считанные часы. Держимир молчал, внимательно наблюдая за звездами, но в какой — то момент он вскочил со своего сиденья, а его лицо отражало благоговейный ужас.
— Н… Невозможно.
Он чувствовал ее здесь. Даже за несколько десятков верст.
Эта энергия, которую он ощутил была настолько сильной, что потрясала его до глубины души.
Старейшины тоже заметили это и вжались в свои стулья.
— Глава Держимир, — дрожащим голосом прошептал Девятиглаз. — что это за невероятная энергия?
— Даже я не могу сказать, но однажды я чувствовал нечто в несколько раз слабее. Тот человек миновал два этапа культивации и находился на этапе Взращивания Духовного Древа. Огневед, Крадовский Князь. Но кто может быть настолько сильнее, чем он?
Всплеск энергии улетучился также внезапно, как и появился, оставляя в головах наставника и старейшин множество вопросов.
Глава 17. Что посеешь…
— Ты… Ты жив? Но я же своими глазами видела.
— Тише — тише, Рандгрид, не торопись.
Мужчина среднего возраста медленно уселся на землю. Хотя можно ли назвать землей пустынное ничто? Он выглядел измотанным, уставшим, а его лик был полупрозрачен. Лицо испещряло множество шрамов. Белая борода, заплетенная в две маленькие косички с металлическими кольцами на концах, тяжело вздымалась от дыхания. Столь же белые волосы, аккуратно перевязанные лентой, имели в себе вплетенный молодой побег омелы, навсегда отмеченный красным. Глаза мужчины давно покрывала пелена. Он проводил во тьме долгие — долгие века, но это не мешало ему быть прекрасным асом, сильным и гордым. Имя его Хёд — слепой бог зимы.
— Скажи лучше, твоя госпожа. Она еще злится на меня?
— Я не могу сказать.
— Значит злится. Несмотря на то, что я был жестоко обманут.
— Она знает. Но это не вернет ей сына.
— Фригг всегда была мудрой женщиной, пусть ей и никогда и не доставало гибкости.
Только сейчас Рандгрид отвела глаза от мужчины и оглянулась. Пустынное ничто пожирало любой свет. Да и откуда бы ему тут взяться. Однако же между ними сиял маленький ледяной светоч. Валькирия оглядела свои руки, посмотрела за плечи. Ее сердце встрепенулось, забилось чаще.
— Но как? Мои крылья вернулись. И броня тоже. Но внутренняя энергия, нужно же беречь…
— Подойди ко мне, дитя.
Валькирия подошла к мужчине. Тот медленно коснулся ее щеки.
— Венец Пожирающих Бурь. — Прошептал он. — Теперь понятно почему ты так удивилась. Было хорошим решением не использовать свою истинную форму. Ты так много знаешь, мне бы в пору гордиться. Не беспокойся. Тут не расходуется внутренняя энергия. По крайней мере не так, как снаружи.
Тело Рандгрид вздрогнуло, а глаза уставились на мужчину.
— Ивор! Он же погибнет, мы должны…
— Ха — ха — ха, — Мужчина звучно рассмеялся. — ты, как всегда. Нетерпеливая, суетная. Как сложно с тобой, бывало, в период обучения. Ох… Годы берут свое. Это было так давно, будто бы вечность назад.
— Хёд, пожалуйста, объясни, что происходит? Я видела, как тебя вернули мои сестры. Ты был мертв, и сфера!.. Учитель, прошу, объясни в чем дело.
Валькирия старалась сохранять уважительный тон, но ее нетерпение придавало голосу нервный оттенок.
— Ладно — ладно, не торопись. Я все расскажу, у меня есть еще немного времени. Просто…
