— О-о-о… — проговорила Кимберли, но деньги взяла.
Не успела она, однако, усесться на заднее сиденье такси, как к дому подкатил серебристо-серый лимузин, и из него выскочила Саммер.
— Ричард! — воскликнула она удивленно. — Мама вернулась?
— Н-нет… — Ричард слегка растерялся. — Это моя ассистентка. Мы тут заканчивали одну работу…
Саммер в задумчивости прикусила кончик большого пальца.
Все это выглядело более чем подозрительно. Неужели Ричард все еще принимает ее за желторотую козявку?
Но решить, как ей вести себя дальше, Саммер не успела. Из машины выскочил Джед, которому не терпелось быть представленным знаменитому режиссеру.
— Мистер Барри! — с энтузиазмом выпалил он. — Я — большой поклонник вашего таланта, сэр. Вы — один из столпов нашей киноиндустрии, и мне…
— Спасибо за комплимент, — ответил Ричард деревянным голосом. Явление этого чертика из табакерки окончательно сбило его с толку. «Это что еще за прыщ? — подумал он с неприязнью. — Откуда он взялся? И почему он привез Саммер в лимузине?»
— Ну, пока, — небрежно бросила Саммер. Она была очень рада, что Ричард оказался дома, и ей не нужно отшивать Джеда.
Отправив Кимберли, Ричард вернулся в дом. Он так громко хлопнул входной дверью, что на шум из своей спальни выглянула Саммер. Несмотря на то, что волосы ее были в легком беспорядке, она выглядела прехорошенькой и до крайности соблазнительной.
— Спокойной ночи, Рик! — сказала она.
— И тебе того же, — отозвался Ричард, чувствуя себя мерзко.
Нет, подумал он, чем скорее вернется Никки, тем будет лучше для всех. Глава 15
Вечеринка на вилле Лары, организованная буквально за считанные часы отчаянными усилиями Кэсси, удалась на славу. Во всяком случае, все гости чувствовали себя совершенно свободно и веселились от души.
Лара и Никки сидели за одним из столов, поставленных на лужайке в саду. За тем же столом сидели Майлс со своей женой Джинни, Барбара Уэстерберг и Кейл Карсон со своей любовницей — английской топ-моделью, прилетевшей к нему на выходные. На вид ей было не больше четырнадцати — во всяком случае, так казалось Никки, которая при каждом взгляде на это сосредоточенное узкое личико и костлявое тело узницы концлагеря испытывала сильнейшее желание отправить девочку спать.
— Если бы я знала, что ты планируешь вечеринку, — сказала она, потягивая текилу с лимонным соком, — я бы прихватила наряды получше.
— Ты выглядишь прекрасно, — утешила ее Лара. Никки выглядела совершенно потрясающе в стильном красном платье от Терри Мюглера.
— Спасибо, — серьезно ответила Никки. — Ты всегда знала, что и когда сказать, чтобы сделать мне приятное.
— Ага. — Лара снова улыбнулась. — Ты имеешь в виду «Возмездие»?
— Точно! — Никки довольно рассмеялась. Она действительно была очень рада, что Ларе понравился сценарий.
— Как там Ричард? — спросила Лара, памятуя, что ее бывший супруг терпеть не мог оставаться один. — Не боишься оставлять его без присмотра?
— Саммер за ним присмотрит, — беспечно откликнулась Никки, делая еще один глоток из своего бокала. — Она обожает Ричарда и терпеть не может меня. Скажи, разве это нормально?
Или, может быть, я — никудышная мать?
— При чем тут это? — ответила Лара, осторожно подбирая слова. — Я же тебе говорила: просто у Саммер трудный возраст.
Это пройдет, Никки.
— Будем надеяться, — с сомнением откликнулась Никки. — Как бы там ни было, я рада, что у Саммер и Ричарда нормальные отношения. Например, если бы у нас с» Ричардом были свои дети, то я уверена, что это ничего бы не изменило в их отношениях.
Вот только я почему-то при этом чувствую себя лишней.
— Ты собираешься завести ребенка? — удивилась Лара.
— Нет, — быстро ответила Никки. — Пока что я собираюсь сделать потрясный фильм, в котором, если все сложится удачно, ты сыграешь главную роль. Потом я, может быть, подумаю о ребенке. Да и то, если Ричард захочет.
— Дети!.. — В их беседу решительно вклинилась супруга Майлса Джинни — хорошо сохранившаяся блондинка неопределенного возраста. Лицо ее поражало почти скульптурной правильностью и четкостью черт и могло служить рекламой клиники пластической хирургии, постоянной клиенткой которой она являлась. После нескольких порций «Маргариты» Джинни Кейфер была настроена несколько агрессивно.
— Дети!.. — повторила она с пьяным негодованием. — Терпеть их не могу. Эти маленькие мерзавцы не умеют ценить того, что ты для них делаешь. Единственное, что их интересует, это твои деньги.
— Это не совсем так, дорогая, — вставил Майлс, незаметно отодвигая от супруги очередной бокал с коктейлем.
— Ты-то откуда знаешь? — бросила ему Джинни с неприязнью. — Тебя же никогда не бывает дома.
Никки и Лара быстро переглянулись. Майлс и Джинни снова взялись за старое.
— А я бы хотела завести ребеночка, — пискнула подружка Кейла, которой на самом деле было уже двадцать три. — Только мне пока нельзя; говорят, после родов женщина может потолстеть, а мне, если я хочу и дальше выступать на подиуме, нужно поддерживать форму.
«Уж кому-кому, а тебе-то не мешало бы чуточку поправиться», — подумала Никки.
— Только не от меня, дорогая, — вставил Кейл достаточно громко, чтобы его услышали.
На впалых щеках модели расцвели два лихорадочно ярких красных пятна.
— Я и не собираюсь просить тебя об этом, — резко сказала она, и впервые за вечер в ее плавной речи прозвучали интонации, характерные для настоящих кокни. — В Нью-Йорке полно парней, которые упадут в обморок, если я только предложу им это.
Услышав это, Никки не удержалась и покачала головой.
Больше всего англичаночка напоминала ей прелестный труп девочки-подростка, умершей от недоедания. Кто-то должен был взять на себя заботу о ее питании, и срочно, пока не стало слишком поздно.
— Один снимок на обложке «Вог»— и они уже думают, будто им принадлежит весь мир, — вполголоса пробормотала Джинни и потянулась через весь стол за стаканом.
— Как это мило, Лара, что ты решила устроить вечеринку для всех членов съемочной группы, — самым светским тоном сказала Барбара Уэстерберг, накручивая на палец прядь светлых, тонких, как паутина, волос. — Люди умеют ценить такие вещи.
— Ну, мне показалось, что было бы глупо дожидаться конца съемок, чтобы немного повеселиться, — со смущенной улыбкой отвечала Лара. — Вот я и решила, что будет очень хорошо, если у нас будет два праздника: один — в начале съемок, а другой — в конце.
Разумеется, она умолчала о том, что главной причиной, подтолкнувшей ее на это мероприятие, был не кто иной, как новый актер Джоуи Лоренцо, который, кстати, еще не появился. Интересно, где он, задумалась Лара, и почему это имеет для нее такое значение? Ведь он, в конце концов, не свободен. Но, даже если бы он был свободен, у Лары было на него прав не больше, чем у любой из участниц съемок, которые буквально пожирали его взглядами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
