В этот час в просторной комнате народа почти не было: назначенные в патруль дружинники должны были собраться вечером.
За небольшим, покрытым куском красного сатина столом сидел дежурный член штаба старик Проскуряков в очках и новом костюме и о чем-то негромко разговаривал с сидевшим напротив него, спиной к двери, человеком.
В стороне на стульях расположилась вся бригада Вехова. Борис Нискин и Таран играли в карманные шахматы, а Коля Маленький громко, не стесняясь, говорил Куклеву и Степе Шарунину: — Вот, значит, один наш ученый и предположил: а может, такую площадку построили эти космонавты, чтобы обратно улететь к себе домой? Такой, значит, ракетодром. А почему нет?
— А почему да? — неторопливо спросил Илья Куклев. — Где доказательства?
— А кто же еще мог построить? Я же тебе объясняю, ей миллион лет! Человечество еще в обезьянах ходило. А плиты в тысячи тонн весом каждая и отшлифованы.
Таран сделал ход и, подняв голову, лукаво сказал:
— Обезьяны все могут. Я знаю.
— Ты как пошел? — сердито спросил его Борис. — Я же делаю вилку. Обезьяна и та увидела бы.
Коля Маленький не привык спускать насмешек.
— Так то обезьяна… — ядовито вставил он, — а то наш Вася Таран. Две, как говорят, разницы.
Илья Куклев задумчиво произнес:
— А может, и в самом деле другие миры есть? Может, и прилетал кто оттуда?
— Мы так же далеки еще от великих тайн вселенной, важно объявил Коля Маленький, — как первая обезьяна от кибернетики. Но путь этот мы пройдем быстрее.
Он явно где-то вычитал это. Но ребята, и Куклев, и Степа Шарунин не обратили внимания на книжность его слов. Даже Борис оторвался от шахмат и минуту задумчиво глядел куда-то в пространство, потом, вздохнув, заметил:
— Не может пока человеческий разум вместить все это.
Но Коля Маленький быстро возразил:
— А все-таки до Луны мы уже добрались. Значит, до Марса, например, добраться — это уже дело техники. Я так полагаю, это наш разум не может вместить, а ученые небось уже вместили.
— Между прочим, чем темнее человек, тем все ему кажется проще, — насмешливо заметил Таран.
Но его не поддержали. А Коля Маленький мечтательно произнес:
— Эх, я бы полетел, скажем, на Марс. Только бы разрешили. Честное слово, полетел!
В этот момент в дверях показался запыхавшийся Николай. Старик Проскуряков поглядел на него поверх очков и постучал пальцем по своим часам.
— Опаздываешь, Вехов. А хлопцы ждут.
— Мы ему все прощаем, — немедленно отозвался Коля Маленький. — Обождем своего бригадира.
Таран лукаво подмигнул.
— У него, дядя Григорий, уважительная причина. В библиотеке его задержали.
Ребята добродушно заулыбались.
— А вы — цыц! Заступники! — строго прикрикнул Проскуряков и, обращаясь к Николаю, тем же тоном добавил: — Иди сюда.
Сидевший у стола человек оглянулся.
— Ну, будем знакомы. Огнев, — весело сказал он.
— Вехов, — ответил Николай, пожимая протянутую ему руку.
— А ну, хлопцы, — все так же строго сказал Проскуряков, — подсаживайтесь.
— Твое счастье, — проговорил Борис Нискин, пряча в карман шахматы. — Через три хода ты бы у меня горел, как швед под Полтавой.
Таран покровительственно похлопал его по плечу.
— Запомни, Боренька, кому не везет в игре, тому везет в любви.
Коля Маленький не преминул вмешаться:
— Везет! Надо иметь нахальство, чтобы играть с самим товарищем Нискиным и еще на что-то надеяться…
Когда все разместились вокруг стола, Огнев спросил:
— Ну так что вы с этим красным уголком задумали?
За всех ответил Николай:
— Хотим шпану ту найти. Чтоб не повадно было впредь драки устраивать.
— Гм… Искать — это, кажется, в задачу дружин не входит, — покачал головой Огнев.
Василий Таран насмешливо заметил:
— Между прочим, только утюжить улицы тоже радости мало. Девчата, например, смеются.
Огнев улыбнулся.
— Зато надо. Очень даже надо и полезно. А что начальство думает? — обернулся он к Проскурякову.
— Искать — дело не наше, это верно, — подтвердил тот. Но работу в этом уголке наладить, чтоб хлопцы и девчата вечера там спокойно устраивали, это, полагаю, наше дело, кровное, — и строго сказал, обернувшись к Николаю: — Под таким углом и действовать. Ясно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Можно и под таким углом, — усмехнулся Николай.
Коля Маленький весело подмигнул товарищам.
— Нам главное — что? Действовать! А угол сам придет.
— Интересно, как драка началась, — вмешался Таран, Очевидцев надо найти, особенно девчат.
Коля Маленький в ответ презрительно сказал:
— Эх, темнота! А правила конспирации? Вон я читал, один шпион провалился из-за того, что женщине доверился.
— Положим, мы не шпионы, — рассудительно возразил Илья Куклев и, что-то сообразив, толкнул стоявшего рядом Степу Шарунина. — Ты ведь рядом живешь. Может, что слышал?
Степа метнул на него испуганный взгляд.
— Что ты! Ничего я не слышал…
— Что ты, что ты! — передразнил его Коля Маленький. Живешь рядом, так надо слышать! — И, обращаясь к остальным, энергично добавил: — Ну как, хлопцы, по коням? Надо хоть взглянуть на этот красный уголок.
Николай сухо подтвердил:
— Надо. Только пойдут не все. Ты, например, с Шаруниным сейчас на занятия отправишься.
— Какие еще занятия в такой момент?!
— Обыкновенные. По техминимуму.
— Нет, вы слышите?! — чуть не плача, воскликнул Коля Маленький. — А мы что, по-твоему, рыжие? Мы уже не люди, да?
Таран невинным тоном заметил:
— Рыжие тоже люди. Иногда даже третий разряд получают, чтобы бригаду не позорить.
Коля Маленький бросил на него уничтожающий взгляд и уже собрался было что-то ответить, но неожиданно передумал и набросился на Степу Шарунина:
— Ты-то чего молчишь, как божья коровка? Над нами тут измываются, власть свою, видишь ли, показать хотят, а ты только глаза таращишь?
— А я что? — растерянно ответил Степа Шарунин и с явным облегчением прибавил: — Раз надо, так что ж…
— Надо, надо, — не унимался Коля Маленький. — А сам небось рад-радешенек! Бочком, бочком — и в сторонку.
Но тут за Шарунина, как всегда, вступился Илья Куклев. Он не любил, когда придирались к этому безответному парню.
— Хватит тебе! — хмуро оборвал он Колю Маленького. Дело бригадир говорит. Резец и тот заточить как положено не умеешь. Красней потом за тебя.
Коля Маленький собрался было ответить, но Николай решительно пресек назревавшую ссору:
— Пойдешь на занятия. Все! В конце концов мы же только, посмотреть идем. Главное еще впереди. Навоюешься.
И Коля Маленький решил в предвидении этого главного подчиниться суровой действительности.
— Хорошо, я пойду, — с угрозой проговорил он. — Я вам подарю этот третий разряд, будь он неладен. И не надо аплодисментов!
Ни на кого не глядя, он направился к двери.
Вслед за ним двинулся и Степа Шарунин.
— Ну, пора и нам, — как можно спокойнее сказал Николай, взглянув на Тарана, Бориса и Илью Куклева. В их глазах он прочел плохо скрытое сочувствие к ушедшим и с теплотой подумал: «Хорошие все-таки собрались хлопцы, дружные».
Вся четверка молча вышла на улицу.
Идти было недалеко. Сразу же за углом начиналась улица Славы, и где-то посередине находился нужный дом.
Неторопливой походкой, словно гуляя, ребята вскоре подошли к новому дому, сложенному из больших желтых плит песчаника.
Пройдя вдоль фасада, они свернули в ворота и оказались в просторном дворе. За стеной высокого кустарника виднелись красные шляпы деревянных грибов на детской площадке. Оттуда неслись ребячьи голоса.
Около одного из подъездов виднелся спуск в подвальное помещение, туда указывала нарисованная на стене красная стрела, а рядом висела небольшая табличка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вон он где, красный уголок, — толкнул Николая Илья Куклев.
— Вижу.
Они не спеша обогнули двор. С другой стороны его ограничивали небольшие деревянные домишки.
