“Враги Империи, от начала до наших дней”, “Заветы Балаватса Первого” — всё не то… хотя… Я вновь взглянул на книгу, возле которой замерла моя рука. “Утерянные знания древних”? Пожалуй, прихвачу её и “Врагов Империи”. Не знаю, насколько там будет много полезного о Тёмном ордене и обрядах, но, думаю, лишним проверить их точно не будет.
Насобирав ещё несколько увесистых книг, я подошёл к Аранэе, у которой тоже скопилась приличная стопка. Мы на правильном пути, среди этого всего обязаны быть хоть какие-то знания, которые нам необходимы!
— Ты закончила? Думаю, нам пока этого будет достаточно, давай сразу и возьмёмся за изучение.
— Ты прав, — оглянув свои и мои книги, девушка улыбнулась. Наверное, у неё внутри горит то же желание узнать как можно больше, что и во мне.
— Хороший настрой! Тогда не медлим, — с этими словами я уселся там же на пол и открыл первую страницу “Утерянных знаний”. Рукописная книга, цветная… Настоящее сокровище.
За массивными окнами с решётками ещё было темно, но мои карманные часы уверяли, что совсем скоро ночь подойдёт к концу и начнётся утро. И нас здесь не должно быть уже в ближайший час. Времени совсем мало и, увы, вряд ли удастся обсудить всё, что мы нарыли.
Расставив найденные книги по своим местам, мы переглянулись, погруженные в мысли. Более чем уверен, судя по её взгляду, она нашла что-то интересное, как и я.
— Ты знаешь что-нибудь про приобретённые оборотнические силы? — Аранэя спросила серьёзным голосом, так, что я даже засомневался в том, что она шутит.
— Ты переутомилась? — выражение её лица не менялось, и я стал беспокоиться. Оборотнями в принципе только рождаются, ни о каком приобретении оборотничества речи и быть не может. Это известно абсолютно всем.
— Нет, правда, ты когда-нибудь о таком слышал?
— Не слышал, не видел и вообще, смахивает на полнейший бред.
— Посмотри сюда… — она приподняла книгу, что держала в руках, и перелистнула пару страниц.
“Рождённый оборотень сильнее по априори” — указала она пальцем на строку. Книге уже точно пара веков… вряд ли бы её хранили здесь, будь она сборником выдумок. Хотя бывали здесь и такие, но это сочинения и произведения древних мыслителей, легенды, мифы. Или же учёные древности не имели чёткого представления об оборотнической силе, или нам действительно о многом недоговаривают. Как использовать полученную информацию, я пока не придумал, но на заметку стоит взять и поразмыслить.
— Теперь верю, но это абсурд, Аранэя. Ты ведь сама знаешь… — может, это и полезно, но я как-то сомневался в достоверности. — Это как если бы талант гениального художника можно было приобрести. Ранее и линии ровной провести не мог, а на следующий день великие творения начал бы писать.
— Я понимаю, но чувствую, что это может нам как-то помочь. Это зацепка, Вольгран. Ты что-нибудь нашёл?
— Если честно, то совсем немного. Вычитал буквально пару строк о том ритуале, что мы видели в лесу. И немного об иерархии в Тёмном ордене, но пока не знаю, как это поможет. В любом случае, нам нужно сюда наведываться ещё не раз, а пока что предлагаю как можно скорее рвать когти, — я поднял карманные часы за цепочку на уровень глаз, так, чтобы Аранэя увидела. А, судя по её округлившимся глазам, она точно разглядела время.
— Мы ведь не успеваем… Я никогда так долго не засиживалась… — удивление начинало сменяться паникой, так, что я поспешил успокоить её.
— Я выбирался отсюда и в более поздний час, всё хорошо. Идём.
— По-моему, нужно не идти, а бежать!
— Скоро будет последняя пересменка стражи, мы как раз попадём в этот момент. Давай не терять время, мне ещё нужно отоспаться на парах, а позже с тобой обсудим сегодняший, так скажем, “улов”.
— Хорошо… Веди.
Дело осталось за малым, покинуть запрещённую часть библиотеки и добрести до своей комнаты. Да, мы не нашли практически ничего, но пара зацепок уже есть! Да и обсудим мы всё немного позже. Думаю, сможем составить хоть какую-то общую картину происходящего.
— А сейчас прикинемся ма-а-аленькими мышками, готовься, — я обернулся на девушку, что сейчас гуськом кралась следом за мной. После того, как та кивнула, я продолжил движение.
Пройдя весь закрытый архив, мы остановились у двери. Прислонив голову, я услышал голоса и звуки приближающихся шагов.
— Археус! Идём обратно, живо, — прошипел я, в спешке хватая одногруппницу за руку и уводя за ближайшие стеллажи. — Сюда кто-то идёт. Ещё даже занятия не начались…
— Кто это может быть? И, если они не таятся, значит… либо преподаватели, либо… — договорить она не успела, так как мы услышали скрип дверей.
Затаившись между стеллажей в относительно тёмном уголке, мы старались даже не дышать. Аранэя сейчас находилась вплотную ко мне, места нам крайне не хватало. Я чувствовал её тёплое дыхание, ощущал её тело, слегка прижатое к моему. Сердце участило свой ритм. Мысли побежали совсем не в том направлении, в каком должны сейчас идти, и это бы продолжалось, если бы не раздавшиеся голоса.
— Вы уверены в том, что в закромах вашего хранилища знаний не притаились старые фолианты или же записки Аскеруса Первого? — послышались до боли знакомые самодовольные нотки. Никак с утра пораньше изволил пожаловать главный следователь Роксен то Кроувиль? Продолжает что-то рыть ищейка?
Это было несколько странно, поскольку я был уверен, что он побывал здесь раньше нас и успел уже всё исследовать вдоль и поперёк. Или? Возможно, что он подозревает о тайниках, которые здесь точно есть? Я и сам их искал, но, увы, пока так и не добрался до самого сокровенного. Довольствуюсь запретным отделом.
— Такого у нас быть не может, господин следователь, — отвечал ему второй голос, принадлежавший ректору. Глава нашего учебного заведения не спешит оставлять одного Императорского следователя? Это правильно!
— А ежели найду, Рарониум? Представляете, что станет с вашей Академией? — всё не унимался Роксен.
— С удовольствием понаблюдаю за вашими поисками. Уверен, что это будет крайне занимательное зрелище, Роксен, — спокойным и уверенным тоном проговорил ректор.
— Понаблюдаете забавы ради? — мне даже не требовалось видеть лицо следователя, чтобы удостовериться в его наглой ухмылочке.
— Крайне любопытны ваши попытки, Кроувиль. Приступайте, — здесь я более чем уверен, что в этот момент ректор раскинул руками в стороны, указывая на количество стеллажей и объемы материалов на изучение.
Шаги постепенно удалялись, и голоса становились более приглушёнными. Они
