Читаем без скачивания Блондинка на завтрак - Наталья Александрова

— Вот, пожалуйста… — мужчина с бородкой протянул милиционеру автомобильную аптечку.

— Так.., аптечка имеет место.., а что с комплектностью? А лекарства не просрочены?

Убедившись, что и то и другое в порядке, лейтенант почесал в затылке и, после краткого раздумья, поинтересовался:

— А огнетушителя наверное нет?

— Почему же нет? Вот, пожалуйста.

— А какого он года выпуска?

— Вот уж не знаю! Лейтенант, ну нельзя ли побыстрее? Деньги взял, так уж не тяни!

— Деньги? — Гаишник взглянул с недобрым удивлением. — Какие деньги? Вы же сказали, что это моя купюра! Или вы ввели меня в заблуждение?

Он тяжело переступил на месте и хмуро повторил:

— Какого года выпуска огнетушитель? Может, он у вас давно уже неработоспособный!

— А вы его проверьте, — предложил водитель, — переверните, нажмите ручку — и вперед! Только подальше от моей машины!

— Опять острим? — Лейтенант насупился и обошел машину.

— А что у нас в багажнике?

— Да ничего особенного, — водитель выбрался на шоссе, — запаска, домкрат, еще кое-какие мелочи…

— Откроем багажник, — потребовал милиционер.

— Ну сейчас, — водитель, трясясь от злости, подошел к лейтенанту.

Спустя пять минут его мучения закончились, и «Лексус» помчался в сторону Репина.

Едва он скрылся за поворотом, «лейтенант Ухорылов» достал из кармана форменной куртки мобильник, набрал номер и проговорил:

— Маркиз, все как по нотам.

Немного дальше от города на том же шоссе остановился туристический автобус. Его двери открылись, и на дорогу, охая и скрипя суставами, выбралась толпа старушек позднего пенсионного возраста.

— Дамы, не разбегайтесь! — зычно проговорила в микрофон рослая и усатая, как суворовский гвардеец, тетка, командовавшая этим контингентом. — Мне вас потом по кюветам собирать недосуг! От автобуса далеко не отходим! Экскурсовода, то есть меня, слушаем внимательно! Вас не для того родной собес поощрил бесплатными путевками, чтобы вы разбрелись по лесам, как белорусские партизаны!

Сейчас мы с вами пешим ходом отправимся к музею-усадьбе художника Репина «Пенаты», но прежде прослушайте полезную информацию.

Тетка заглянула в маленькую книжечку и продолжила:

— Илья Ефимович Репин повсеместно известен не только как выдающийся художник, автор картин «Бурлаки на Волге» и «Утро в сосновом бору»…

— Это Шишкин! — раздался чей-то громкий голос из дружных рядов экскурсанток.

— Что? — переспросила усатая тетка.

— «Утро в сосновом бору» — это Шишкин! повторила старушка с круглыми морщинистыми щечками, похожими на печеные яблочки.

— Конечно, это Копытина, — поморщилась экскурсоводша, — вечно у Копытиной на все особое мнение! То у нее жалобы на отопление, то ей дворник не угодил… Ну сами подумайте, Колытина, причем тут Шишкин, когда мы с вами идем в музей-усадьбу Репина? Даже поселок, куда мы приехали, называется как?

— Репине! — дружно отозвались дисциплинированные старушки.

— Вот видите, Копытина! — экскурсоводша торжествующе взглянула на упрямую старушку и продолжила:

— Итак, Репин известен во всем мире не только как художник, но и как сторонник здорового образа жизни! На протяжении долгих лет он питался исключительно растительной пищей, в том числе дикими травами…

— Это что же, вы нам предлагаете на старости лет питаться крапивой и лебедой? — снова подала голос неугомонная Копытина.

— Вам, Копытина, может быть, и не помешало бы перейти на питание дикорастущими травами! раздраженно ответила экскурсоводша. — Может быть, это помогло бы вам избавиться от своего тяжелого характера! Но в данном случае я хочу на примере художника Репина показать вам пользу вегетарианства. Одно то, что Илья Ефимович прожил восемьдесят шесть лет и все эти годы активно занимался творческим трудом…

Большинство старушек окружили усатую тетку и внимательно слушали ее лекцию о здоровом образе жизни. Кое-кто даже торопливо конспектировал, не полагаясь на память. Только одна участница экскурсии отошла в сторону и задумчиво смотрела на шоссе. Это была миниатюрная старушка интеллигентного вида в хорошо сшитом твидовом пальто и черной шляпке с маленьким перышком. Видимо, эта старушка уже бывала в музее-усадьбе «Пенаты» и знала все, что может рассказать усатая экскурсоводша. А может быть, ее просто не интересовал здоровый образ жизни.

Старушка проводила взглядом промчавшийся мимо экскурсионного автобуса серебристый «Лексус», а затем — проехавшую следом зеленую «Тойоту». Только после этого она присоединилась к остальным экскурсанткам, дружно направившимся к музею-усадьбе покойного художника Репина.

Как и прошлый раз, на стоянке перед кафе «Волна» было пусто. Давно миновал летний сезон, когда здесь было не протолкнуться от дорогих иномарок с петербургскими, московскими и финскими номерами, а в кафе «горячие финские парни» горланили песни в компании веселых русских братков и их покладистых подружек. С наступлением холодов кафе работало в четверть силы, делая небольшие деньги на случайно заглянувших на огонек проезжих.

Вот и сейчас официантка Даша, выглянув в окно, заметила остановившийся на парковке «Лексус» и оживилась. Даша была девушка романтичная и верила, что когда-нибудь около кафе остановится сверкающий лимузин, из которого выйдет прекрасный принц и увезет ее от грязных тарелок, приставучих финнов и водки «Лалландия» в голубую даль, как Артур Грей у вез свою Ассоль на бриге с алыми парусами.

— Не горячись, — успокоила ее флегматичная барменша Анфиса, — это не клиенты. Не видишь, на стрелку люди приехали.

Действительно, рядом с роскошным «Лексусом» остановилась скромная темно-синяя «Тойота», из которой выглянул мужчина лет тридцати пяти приятной, но не запоминающейся наружности.

Даша тяжело вздохнула и принялась перетирать бокалы, вложив в это однообразное занятие всю свою нерастраченную женскую нежность.

Прибытие лимузина с алыми парусами, судя по всему, откладывалось на неопределенный срок.

Маркиз выглянул из машины и сдержанно приветствовал заказчика.

Тот вышел из «Лексуса», прижимая к себе небольшой чемоданчик, и пересел в Ленину «Тойоту».

— Пакет у вас при себе? — поинтересовался мужчина с бородкой, настороженно оглядевшись по сторонам.

Леня достал из «бардачка» конверт из плотной желтоватой бумаги и протянул его заказчику.

— А как насчет координат той девушки? Заказчик наклонился к Лене, придерживая левой рукой чемоданчик.

— О ней можете не беспокоиться, — ответил Маркиз, потупившись, — эта девушка больше не создаст для вас никаких проблем.

— Вот как! — Мужчина с бородкой поднял брови. — Помнится, вы говорили, что избегаете насилия в любых формах!

— Это правда, — Леня развел руками, — но это вышло случайно.., я не хотел.., так или иначе, можете о ней больше не думать. Если у вас и будут проблемы, они никак не будут связаны с той особой.

— Вынужден поверить вам на слово! — проговорил заказчик и, передав чемоданчик Маркизу, взялся за ручку двери.

— Куда же вы так спешите? — остановил его Леня, открывая кейс, — я хотел бы при вас пересчитать деньги.., сами знаете, в какое время мы живем!

— Извините, некогда, очень тороплюсь, — заказчик действительно как-то занервничал, — и вообще, не советую вам считать деньги прямо здесь, на стоянке. Мало ли кто вас может заметить. Говорят, здесь довольно криминальное место.., свяжутся с кем-нибудь из лихих людей, и потом вас остановят на шоссе. Сами знаете, в какое время мы живем! А насчет суммы можете не волноваться, вы ведь помните, кто нас с вами познакомил!

— Да, я это очень хорошо помню… — многозначительно протянул Маркиз.

Заказчик его уже не слушал. Он чуть ли не бегом добрался до «Лексуса», сел за руль и по, ехал в сторону города.

Однако отъехал он не очень далеко.

Поравнявшись с музеем-усадьбой художника Репина «Пенаты», мужчина с бородкой остановил машину на обочине шоссе, возле урны для мусора. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что его никто не видит, он засунул конверт из плотной желтоватой бумаги в мятую коробку из-под пельменей, и бросил в урну. Затем он снова сел за руль, свернул с шоссе на грунтовую дорогу, уходившую к берегу моря. Но до пляжа не доехал, остановился в дюнах и вскарабкался на самый высокий холм. Здесь он занял удобную позицию, с которой просматривался большой отрезок шоссе, достал бинокль и приготовился к наблюдению.

Леня Маркиз проехал около километра в сторону города, остановил машину и открыл кейс.

В нем лежал большой, плотно перетянутый скотчем бумажный пакет. Леня осторожно поднял пакет, взвесил его на руке, повернул к свету и потянул носом, как ищейка, почуявшая свежий след. От пакета исходил едва уловимый, но хорошо знакомый Лене запах. Это был запах специальной жидкости, используемой некоторыми спецслужбами. Эта жидкость имеет скверную привычку взрываться при контакте с воздухом. Достаточно пропитать ею, например, плотно запакованную пачку денег, и как только ее раскроют, чтобы пересчитать…