будет все, что необходимо», – сказал Азанор.
Нестор повернулся к своей спутнице.
– Ты справишься, – сказал он.
– Я? Нестор, это твоя миссия. Я даже не оборотень и не член стаи.
– Азанор и Дестра хотели, чтобы ты пришла вместе со мной, и я не думаю, что их воля была связана лишь с тем, чтобы ты просто меня сопровождала. Ты нужна для миссии. И я чувствую, что ты должна его разбудить. В конце концов, в твоих жилах течет его кровь.
Он услышал, как Сьерра глубоко вздохнула и отошла на несколько шагов. И внутренне содрогнулся от мысли, что напугал ее и сейчас она убежит.
Заэль
У Юпнии были красные глаза, руки дрожали, а губы то и дело складывались в гримасу, в которой читались ярость и боль. Заэль выглядел хмурым: перед похоронами именно он дежурил над телом Бреттена. Один Армаль был в хорошем настроении. То, что человек, которого он знал с детства, лежал сейчас перед ним в виде безжизненного куска мяса, казалось, нисколько его не расстраивало. Даже наоборот: он изучал раны на теле убитого с любопытством ребенка, который выискивает червей в грязи.
– Не нужно было оставлять его одного, – Юпния так сильно прикусила нижнюю губу, что, казалось, хотела ранить себя до крови.
– Ни когтей, ни зубов, – деловито проговорил Армаль, осматривая труп. – Я думаю, его убили копьем. Сам виноват. Надо было быть внимательнее.
Пальцы Юпнии сжали рукоятку клинка. И на мгновение Заэлю показалось, что она бросится на Маленького принца и убьет его. Интересная была бы ситуация: вернуться в замок без оборотней, зато с двумя трупами своих. К счастью, Юпния умела управлять своими инстинктами и смогла вовремя остановить себя.
– Ты уверен, что тут обошлось без помощи сверхъестественного? Почему нет следов звериной расправы?
– Я думаю, они напали сзади. И взяли не столько силой, сколько ловкостью, – беспечно улыбнулся Армаль и откинул прядь волос со лба.
– Я думаю, что они взяли ловкостью, а не силой по одной простой причине: у них не было этой силы, – заключила Юпния, закончив яростно бродить из стороны в сторону и взглянув на колдуна. – И это понятно. Отсутствие луны ослабило их. Подай сигнал нашим. Пригони сюда армию!
– Наша задача – получать информацию, а не армии сгонять, – запротестовал Заэль.
– Твоя задача – мне подчиняться, – взревела Юпния. – Надо атаковать сейчас, пока они уязвимы. Зови людей в лес, пусть срочно обшарят все.
Заэль сердито молчал. В любом случае выбора у него не было, его задачей действительно было подчиняться, и он хорошо знал об этом. Сузив глаза, Юпния добавила:
– Пока солдаты будут резать псов, ты найдешь мне того, кто убил Бреттена. Понял? Найдешь и приведешь его ко мне. И я лично позабочусь о том, чтобы он сполна заплатил за все.
Колдун попытался успокоить капитаншу. Подняв руки и улыбнувшись, он сделал шаг назад и сказал:
– Хорошо-хорошо. Я все понял.
Сделав еще пару шагов в сторону, он отвернулся и почувствовал дрожь в теле: магическая сила давала о себе знать. Нужно было подать сигнал о начале войны. И как бы ему лично не хотелось этого избежать, его слово не имело в данном случае никакого значения. Какая кому разница, чего он хочет? Ведь маги были просто слугами, послушными слугами своих хозяев. Заэль запрокинул голову и протянул руки к небу. По телу полилось тепло. По крайней мере, это было приятно: чувствовать, как по твоему телу разбегается магическая сила. Через некоторое время он вздрогнул и вскинул руки вверх, и сияющая звезда вылетела из его пальцев, направившись к небу. Достигнув самого верха, звезда рассыпалась и пролилась на землю сияющим дождем, похожим на кровь Селены, когда Итари ранила ее.
Люди заворожено смотрели на этот знак – полузабый знак призыва к войне. Маг отступил на шаг, тяжело выдыхая и чувствуя, как дрожат ноги, но продолжая смотреть наверх. Небо стало красным и похожим на открытую рану. Красным, как кровь, засыхающая на ранах Бреттена. Красным, как гнев, охвативший Юпнию. Красным, как речи Армаля. Красным, как его судьба, и красным, сама смерть.
Сьерра
В пять лет в голову Сьерры втемяшилась мысль сопровождать мать в охотничьем походе. Отец отказал ей, и мать тоже не хотела брать ее с собой. Мама была опытной и мудрой волчицей, и девочка не могла смотреть на нее без восхищения. Больше всего на свете ей хотелось быть похожей на нее. И меньше всего нравилось, когда вместо того, чтобы брать ее с собой, ей твердили: маленькая, маленькая, еще маленькая. В такие моменты ей хотелось кусать и рвать все зубами. Отчего к ней были так несправедливы? Волки взрослели в пять лет, и она прекрасно знала, что волка в ней больше, чем человека. В конце концов, однажды, когда мать ушла в очередной поход, она, невзирая на запреты отца, сбежала из хижины и отправилась на поиски матери. В конце концов, если она была частью ее мира, то, значит, имела полное право быть вместе с ней. В глубине души Сьерра, конечно, знала, что, возможно, была еще не до конца готова к столь ответственным вылазкам, но не хотела признаваться себе в этом. К тому же она питала надежду, что оказавшись там, среди волков, быстро сможет перенять у них ловкость, научится передвигаться наравне с ними. Что она станет одной из них и заставит свою мать гордиться ею. Но когда она догнала группу, мать оказалась совсем не рада. В глазах ее мелькнул янтарный блеск, а в голосе – резкие нотки, как если бы она говорила с незнакомцем.
– Не задерживай нас, – сказала она. – Мы на охоте. И не можем тратить время на игры с малышкой.
В этот момент Сьерра внутренне обрадовалась, что пребывает в волчьем обличии. Потому что волки не краснеют. А люди – да. А ей в тот момент было очень даже стыдно.
Остальные волки взглянули на нее со смесью раздражения и презрения. Но она старалась не обращать на это внимания и двинулась в путь вместе со всеми. Она очень старалась и думала, что ее упорством будут восхищаться. Но, вопреки своим ожиданиям, довольно быстро запыхалась. А ноги ее, еще не привыкшие к долгим нагрузкам, начали болеть.
Еще немного, и ее оставят позади. Это был только вопрос времени. Но Сьерра старалась не бояться и следовать за стаей. Но вскоре лес стал совсем незнакомым, и она заблудилась. Ей захотелось закричать, позвать на помощь, но она сдержала вой. Страх сковал ее. В ужасе
