С тяжелым вздохом, который больше подошёл бы древнему столетнему старику, поднялся со скрипучей кровати. Пусть основная работа и завершена, но нам-то ещё надо с территории Речи Посполитой выбраться. Не так просто это будет исполнить, учитывая мои физические кондиции.
Моё тело всё ещё продолжает перестраиваться как в физическом, так и в энергетическом плане. Понятия не имею, как быстро закончится этот процесс. Тут, скорее всего, только мой далёкий предок сумел бы временные рамки обозначить, но этот момент мы с ним не обговаривали.
Лихорадка, которая охватила моё тело вчера, прошла, но на своём месте она оставила все те неприятные ощущения, возникающие во время серьёзной простуды, причём усиленные раз в десять. Уровень ломоты в костях такой высокий, что я реально начинаю переживать — как бы мои руки и ноги не переломались на ровном месте.
К сожалению, приходится преодолевать себя. Надо сваливать из этой чёртовой страны. Каждый день моего пребывания здесь увеличивает шансы инопланетных тварей пробиться через мою защиту. Страшно представить, что будет, если эти монстры умудрятся меня найти. Я-то с одним монстром едва справился, причём он ещё и был ограничен в своих возможностях благодаря пребыванию на старушке-Земле. Надо как можно быстрее оказаться под защитным куполом, который я усилил и укрепил. Там-то меня точно отыскать будет куда тяжелее.
Выполз из небольшой комнатушки, оказавшись на кухне, где собрались все остальные члены нашего отряда. Ребята вслушивались в шипящее радио, по которому крутили какой-то новостной канал. Лица у всех напряжённые и безрадостные. Странно, почему не радуются, что мы так легко отделались в сражении с инопланетной гадостью?
— Очнулись? Присаживайтесь, думу думать будем, как нам выпутываться из этой ситуации, — обратился ко мне Шпак.
— Из какой ситуации? — уже начал бесить меня лейтенант. Нет бы сразу отчитаться о том, что произошло. Нет, он нагнетает обстановку, заставляя меня клещами из него ответы вытягивать.
Моё неудовольствие явно отразилось на лице. Да и радио засбоило ещё сильнее из-за появившихся вокруг меня электрического поля. Тут-то Шпак и подпрыгнул, осознав, каким тоном и кому конкретно он свои слова адресовал.
Ничего нового или неожиданного он не рассказал. Едва стало известно об уничтожении рода Ваза, как регулярная армия тут же выдвинулась из мест своего расположения, фактически оцепив круг радиусом в сто километров вокруг разрушенного поместья. Кордоны на дорогах, прочёсывания лесов, полей и даже жилых домов. Военные роют носом, пытаясь отыскать диверсантов, которые посмели провести столь наглую акцию, сведя под ноль весь правящий род Речи Посполитой.
Вполне понятно, что такую огромную территорию практически невозможно исследовать полностью. Так что белые пятна обязательно должны присутствовать, причём в немаленьких количествах. И, чем дольше мы будем продолжать сидеть на одном месте, тем меньше у нас будет шансов свалить.
Пришлось взять управление подчинёнными в свои руки. Во-первых, у нас начали появляться проблемы с едой. Моё тело в очередной раз требовало огромных запасов пищи, так что продукты питания уходят с необратимой скоростью. Эдак уже часов через пять-шесть мне нечего будет есть, что весьма хреново скажется на моём состоянии.
Во-вторых, надо сваливать. Уверен на сто процентов — своими ногами я и километра не пройду, прежде чем обессиленно завалюсь на землю, будучи не в силах двигаться дальше.
Вот и получается — у нас два варианта. Либо мы начинаем запасаться пропитанием, рассчитывая пересидеть самую горячую фазу поисков диверсантов, либо ищем автомобили, чтобы прорваться через заградительные кордоны, пока вояки не умудрились перекрыть все дороги и тропинки.
Пусть первый вариант кажется более безопасным, единогласно решили попытаться реализовать второй. Из всех средств связи у нас — одно единственное радио, особой веры в которое ни у кого из нас нет. Скоро закончится еда, придётся отправлять «птенцов» на её поиски. Да и холодно уже, чёрт побери! Сырой дом, куча сквозняков из многочисленных отверстий, появившихся в покосившихся стенах. Температура ночью опускается ниже нуля, вода замерзать начинает. Надо топить печь, а это очень сильно будет нас демаскировать.
К тому же, имеются некоторые дополнительные факторы, которые требуют нашего скорейшего возвращения в Российскую Империю. Скоро, чёрт бы её побрал, моя свадьба! Невозможно прибыть тупо к церемонии тридцать первого декабря. Количество дел, необходимых завершить к этому моменту, просто зашкаливает!
Итак, оба «птенца» вместе с Михаилом и Иоганном отправляются в сторону ближайшей дороги. Их задача — отыскать технику, на которой мы сможем уехать отсюда. Либо грузовик, в кузов которого можно будет забраться, либо два легковых автомобиля. Причём, желательно, чтобы у этих машин была возможность проезда по бездорожью.
Я же, пользуясь появившейся возможностью, вновь вернулся в кровать, решив опять отойти ко сну. Причина максимально проста — именно во сне организм излечивает сам себя. Вот мне и кажется, что перестройка моего тела в таком состоянии будет проходить куда быстрее, нежели в моменты бодрствования.
Неожиданно довольный Шпак разбудил меня всего через четыре часа. Вышли с ним на улицу — рядом с домом стоит зелёный военный грузовик. Некое подобие той техники, в которой я, будучи на «службе», передвигался от казармы до мест прорыва монстров. Отличие лишь в том, что появившийся у нас экземпляр частично переделан под перевозку продуктов питания. То есть, вместо двадцати человек, эта техника способна перевезти десять и огромное количество рационов!
Долго радоваться не получилось. Быстро перекинули все свои вещи в него и залезли внутрь. В кабине разместили троих — обоих вампиров и Шпака. Лейтенант пусть следит за тем, куда эти упыри нас везут. А эта парочка сможет с поляками пообщаться, если возникнет такая необходимость. Мы даже не обговаривали маршрут — мой желудок настолько громко требовал еды, что умудрялся перебивать звук дизельного движка.
За следующие четыре часа я умудрился прикончить практически все продукты, которые находились в грузовике. Лишь к концу этого времени где-то на границе моего сознания появилось ощущение сытости. Тут-то я и смог оторваться от грубой, но весьма калорийной пищи. Тяжело даже подсчитать, какое количество тушёнки я съел, заедая её чёрным хлебом с брикетами сливочного масла.
Желудок доволен, теперь мне надо удовлетворить и собственное любопытство. Целых четыре часа мы едем без малейшей остановки. Куда это, интересно, мы движемся? Неужели умудрились столь просто проехать мимо всех кордонов?
Кунг был соединён в одно целое с кабиной, так что не надо было выбираться наружу, чтобы пообщаться со Шпаком. Постучал в дверцу — её открыли, после чего я перебрался вперёд. Пришлось, правда, клинок оставить. Слишком он длинный, чтобы поместиться в довольно тесной кабине.
— Куда едем?
— На запад…
Пояснения Шпака вроде и понятны — поляки будут пытаться перекрывать границу с Российской Империей, вполне справедливо полагая — диверсанты пришли именно оттуда. Поэтому лейтенант и решил — едем на запад, потом уже возьмём южнее, ну а следом отправимся на Балканы.
Как ни странно, поездка вышла довольно спокойной, пусть и продлилась целых пять дней. Самые сложные моменты в нашем своеобразном путешествии — заправка и поиск еды.
Наличные деньги, которые мы прихватили с собой с тела мёртвого контрабандиста, закончились ещё на вторые сутки пути. Нападать на заправочные станции и магазины — не лучший вариант. Не стоит недооценивать местных следователей. Показания свидетелей, записи с камер видеонаблюдения — полиция довольно просто составила бы маршрут нашего следования. Тем более, что уже могли пытаться отыскать внезапно пропавший грузовик, который исчез всего в пятидесяти километрах от Катовицы.
Вот и приходилось действовать максимально скрытно, включая воображение. Сразу думали тихо вскрывать заправочные станции, которые не работают по ночам, но потом от этой идеи отказались. Так что сливали топливо с припаркованных автомобилей. Разок взломали небольшой сельский магазин, вынеся оттуда продукты. Тут уже наплевать было на скрытность — мой организм буквально сам себя переваривать начинал.
