И если с сестрой она всё решила, то вот с юношей, который должен стать её мужем, всё было непросто… Натсуми хотела выйти замуж по любви, но понимала, что вероятность этого крайне мала. Она аристократка… Девушка благородных кровей и происходит из очень сильного клана… Поэтому, её мнение никто даже спрашивать не стал бы, просто указав на нужного человека, с которым ей предстояло пойти под венец. Но Широ… Она и сама не совсем понимала, что чувствует к этому юноше. Но это было явно не равнодушие и холод.
«Будь у нас больше времени…» — пронеслась мысль в её голове, а затем она посмотрела на мальчишку.
Он был будто противоположностью стоявшей рядом с ним женщины. Чёрный костюм и пальто сидели на нём идеально, а серьезный и собранный образ вкупе с задранным подбородком говорили о том, что он более не тот мальчик, каким его все считают.
Весёлая и улыбчивая — Серьёзный и собранный. Они были будто Инь и Ян — две противоположности одного целого.
— Хакагурэ-кун! Рад, что ты смог наконец-то выбраться к нам! — произнёс Ватари его имя с улыбкой, а затем посмотрел на женщину. Приглашение, которое он послал было рассчитано на членов семьи и потому был удивлён появлением подобной особы. — А кто твоя спутница? — задал он вопрос.
— Её имя — Корнелия Фрост, — дал ответ Широ, а стоявшие позади него гости, Ватари с женой и Натсуми ощутили угрозу в голосе. — Она — моя жена.
Как только слова юноши прозвучали, порог дома Кояма накрыла гнетущая тишина. Казалось, что сам приём замер, а время остановилось.
Держа лицо спокойным, Ватари вновь улыбнулся и слегка наклонил голову. И хоть по его внешнему виду было понятно, что слова юноши его никак не тронули… То вот глаза. Они буквально вспыхнули, а внутри них зарождалась самая настоящая буря.
Если Широ нашёл себе суженую, то это рушит все договорённости с кланом Кояма. Из-за происхождения и положения, Натсуми не может быть второй или третьей женой. Слишком много проблем это вызовет в среде аристократов, если провернуть нечто подобное…
Медленно переместив взгляд с мальчишки на женщину, Ватари заметил, что та тоже была удивлена словами Хакагурэ… И хоть это удивление было мимолётным, мужчина заметил его.
Натсуми же, после услышанного, забыла как дышать. Она вдруг почувствовала, что ей тяжело сделать вдох, а в груди что-то защемило… Странная боль, которую она не испытывала никогда прежде, пронзила всё её тело, оставляя после себя лишь пустоту.
— Что ж… — протянул Ватари, возвращая себе спокойствие. — Надеюсь, мы сможем поговорить посреди приёма, Хакагурэ-кун.
И хоть он произнёс эти слова держа тон размеренным и доброжелательным, Арлекин уволил в нём скрытую угрозу. Ему тонко намекнули, что предстоящего разговора лучше не избегать…
— Всенепременно, Кояма-сан. — коротко поклонился мальчишка, а Корнелия на долю секунды задержалась, но потом всё же последовала его примеру.
— Натсуми отведёт вас к гостям. — указал Ватари рукой на свою дочь, которая словно пришибленная стояла возле порога дома.
Он видел, в какое состояние впала Натсуми после слов юноши и потому был огорчён, что ей довелось подобное услышать…
Подойдя к Широ и Корнелии, она рассеянным взглядом их осмотрела, а затем повернулась и пошла в сторону додзё, тихим голосом произнося:
— За мной, пожалуйста…
***
— Стоило ли говорить подобное на пороге? — спросила Корнелия, держа в руках бокал шампанского и осматриваясь.
— Да, — кивнул Арлекин, взяв со стола тарталетку. — Лучше сразу обозначить свою позицию.
— Ты не исправим. — вздохнула женщина, продолжая гулять взглядом по гостям и помещению.
Для неё было удивительным, как здание смогло вместить в себя столько народу… А ведь оставалось ещё много места, благодаря которому гости не толкались, а свободно перемещались по помещению.
До неё доносился настоящий гомон голосов, которые перебивали друг друга. Каждый на этом приёме пытался урвать свой кусок, поговорив с нужными людьми. В этот вечер заключались сделки. Проводились знакомства… Корпорации и компании, а так же члены кланов и родов не только отдыхали, но и выполняли свою работу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кто та девочка, что провожала нас? — задала вопрос Корнелия, бросив взгляд на блуждающую по залу Натсуми. Она не могла подобное спросить, пока та вела их в додзё, но теперь возможность представилась.
— Дочь клана Кояма и глава дисциплинарного комитета в моей школе. — ответил Арлекин, думая, что съесть ещё.
Во время серьёзных операций или проблем, он всегда испытывал голод и потому решил, что раз еда бесплатная, то можно ни в чём себя не ограничивать!
— Ты знал, что не безразличен ей? — задала очередной вопрос Корнелия, а услышавший её Арлекин подавился крабовым рулетом, ошалело посмотрев на женщину.
— Кха… — прокашлялся юноша, привлекая внимание стоявшей поблизости группы аристократов. — Ты это… Не шути так больше. — хрипло произнёс он.
— А я не шучу. — улыбнулась женщина, проведя рукой по своим волосам. — После того, как ты сказал, что я твоя жена, — потеплел её голос. — Эта девочка побледнела и из неё будто стержень вытащили.
— Стержень вытащили? Кор, ты слишком всё усложняешь. — вздохнул Арлекин, в очередной раз кусая рулет и запивая его глотком апельсинового сока.
— Родной, — обратилась она к нему. — Я женщина и могу видеть подобное. Так что, я ничего не усложняю, а говорю, как есть.
— Ну… — протянул Арлекин. — Может в твоих словах есть доля правды. Она должна была стать моей женой… В теории…
— В теории? — недоуменно приподняла бровь Корнелия, заинтересовавшись.
— Да, — кивнул юноша. — По договорённостям, которые заключил мой отец… — ошарашил он её и добавил. — Точнее, отец Широ, я должен был взять её в жены. Теперь же, мы здесь, чтобы всё это отменить.
— А оно того стоит? — спросила женщина.
Адам рассказал ей о том, что произошло между ним и кланом Кояма, но Корнелия была уверена, что сначала нужно поговорить, а уже потом всё решать. Но Адам решил поступить иначе, сразу же рубив с плеча…
— Представь, что Ханзо и Масаши не явились бы за мной в тот бункер. — стал он отвечать на её вопрос, зацепив рукой со стола понравившийся ему бутерброд. — Кояма никак не отреагировали на мой зов о помощи. И получается, что я бы остался там один. Но я бы понял, если бы они не пришли… Так глава этого клана даже не оповестил никого о том, что я в плену. Он промолчал и оставил всё на самотёк. И с этими людьми я должен родниться? Они ударили меня в спину, Кор… И подобное я прощать не намерен.
— Как же с вами мужчинами сложно… — тихо произнесла она, думая, что Адам её не услышит.
— Я простой, как пять рублей. — ответил Арлекин на её слова.
Куснув понравившийся ему бутерброд, он мигом улыбнулся и посмотрел на него, словно это была пища богов. Сливочный соус растекался по его языку, будоража аппетит, а помидор и красная рыбка лишь усиливали это ощущение. Только сейчас он понял, что по настоящему голоден и готов съесть хоть сто таких бутербродов!
— К тому же, — в один присест съел он это произведение искусства и облизал пальцы, вызвав презренные взгляды стоявших рядом аристократов. — Я ничего не имею конкретно против Натсуми… Но с тем, что нам предстоит, лучше не заводить каких-то крепких отношений.
— Ты так говоришь, словно готовишься умереть. — пошутила она и открыто улыбнулась, заставив некоторых стоящих неподалёку мужчин проглотить вязкую слюну. Они бы и сами хотели оказаться на месте мальчишки, заняв место рядом с такой женщиной!
— Всякое может быть. — ответил Арлекин и спокойно пожал плечами. Вот только Корнелия не оценила этих слов и её лицо вмиг изменилось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мы спасём тебя. — серьёзным голосом произнесла она, сжав бокал в своей руке. Она даже думать не хотела о том, чтобы вновь потерять Адама.
Не став что либо говорить на её слова, Арлекин просто кивнул, а Корнелия нахмурилась. Она хотела услышать от него слова поддержки и то, что всё будет хорошо… Но он промолчал. Адам понимал, что нужно было что-то сказать, но он не хотел давать эфемерных надежд.
