потому что сорвусь, не смогу остановиться, а мне нужно выдерживать дистанцию, чтобы не сгореть дотла рядом с ним.
Порто-Флавиа оказывается промышленным портом в скале, уникальным инженерным сооружением, при виде которого у меня перехватывает дыхание. Долго рассматриваю его, не выдерживаю и делаю фотографии. Хочу запечатлеть этот момент.
Зейд не мешает мне, курит в стороне, не торопя и следя за моей реакцией. Мужчина наблюдает за мной как за зверьком в зоопарке. Выбросив окурок, он надевает рубашку, застёгивает пуговицы и показывает жестом, чтобы я шла за ним.
Мы поднимаемся по лестнице, высеченной из камня скалы к ресторану, расположенному также прямо в скале. По всему периметру ресторана были расставлены горшки с оливковыми и лимонными деревьями, оттеняющими камень и впускающие жизнь в это место. Магическое место. Не похожее ни на что.
— Сеньор Хегазу. — Поприветствовать нас сразу же подбежала сотрудница ресторана. Высокая итальянка с кучерявыми волосами и соблазнительными глазами орехового цвета никого не оставит равнодушным. Ни мужчин, ни женщин. Настоящая красавица с длиннющими ногами на каблуках была практически одного роста с Карабинером. Девушка могла с лёгкостью стать моделью или киноактрисой. — Вам столик как обычно?
Она заигрывала с Зейдом, очаровательно улыбнулась ему, лукаво прищурилась и посмотрела так заискивающе, что у меня зубы свело. Я отвернулась, чувствуя себя лишней в этом дорогом месте.
Со своим ростом и комплекцией я даже в лучшем виде не могла составить конкуренцию такой красотке. А сейчас в мокром сарафане и спутанными волосами после плавания в море на фоне девушки я и вовсе была похожа на чучело.
— Нет. Моя спутница хотела бы расположиться на террасе с видом. — Зейд был холоден с девушкой, будто не замечал её сексуальности и огромного бюста в прозрачной блузке. Мужчина специально подчеркнул, что он не один, чтобы прекратить заигрывание. Это было весьма заботливо с его стороны.
— Как Вам будет удобнее. — Она не перестала улыбаться, но повернулась оценивающе ко мне, пытаясь понять, что я делаю рядом с Зейдом. Хотела рассмотреть получше. Глаза пробежались сверху вниз по мне. Я ощущала их колкость кожей, покрываясь мурашками. — Я провожу Вас.
Я стояла немного в стороне от Карабинера и сейчас очень жалела, что он не придерживает меня как обычно за талию. Мужчина пропустил меня вперёд и просто последовал за мной, всё так же не прикасаясь, устанавливая табу на контакт.
Мы разместились за уютным столиком в тени оливкового дерева в горшке, за которым можно было любоваться прекрасными скалами, домиками в рыбацкой деревне и водной гладью.
— Ты часто бываешь тут? — собираю волосы в тугой пучок, наслаждаясь уникальным видом.
— Раньше бывал. — отвечает мужчина, снова закуривая сигарету и даже не притрагиваясь к меню. Я тоже не решаюсь, просто сижу, напряжённо вцепившись в подлокотники кресла. Не знаю, как себя вести. Между нами были напряжённые отношения, но сегодня было некое перемирие. Портить его совсем не хотелось.
— Но тебя тут ещё помнят и, наверное, ждут. — Никогда раньше я не отличалась язвительностью, но сейчас не могла остановиться. Ревность превращала меня в сварливую бабу.
Сколько женщин у Зейда?
— Не ревнуй. Лучше выбери, что будешь. — Слова Зейда задели меня, мужчина видел меня насквозь. Я не отрицала, что мне больно видеть его с другими, чувствовать его популярность среди женщин и понимать, что в любой момент я могу быть выброшена как использованный презерватив на улицу.
— Я не голодна. — Ощущение собственной ничтожности погружало меня в депрессию.
Карабинер подозвал официантку и сделал заказ самостоятельно:
— Принесите мне порчетту и маллоредду, девушке фрегулу с морепродуктами. Вино Гренаш… и геффус с амаретто девушке. — Я ничего не знала из того, что заказал Зейд, но звучало красиво с изыском. Когда девушка отошла от нашего стола, он добавил с улыбкой: Здесь очень вкусный местный сыр, его называют гнилым, потому что он содержит личинки. Я подумал, что ты не решишься его попробовать и не стал заказывать.
— Да. — Согласилась я с ним, пытаясь обуздать миллион противоречивых чувств внутри меня. — Спасибо.
— Сеньор Хегазу, ваше вино. — кучерявая итальянка подошла к нам с бутылкой красного вина. Я удивилась её появлению. Обычно вино приносил сомелье или официант, в обязанности хостеса не входило обслуживание столиков. Но видимо итальянка была серьёзно настроена в отношении Зейда. — Как всегда, прекрасный выбор. У Вас очень изысканный вкус. Вы умеете делать правильно выбор.
Девушка была в короткой белой юбке и в топе, больше напомиющим верх купальника, чем самостоятельный элемент одежды. Смотрелась она шикарно. Белый цвет на загорелом теле сиял и манил глаза.
Она ловко справилась с бутылкой и налила в бокал Зейда немного вина, чтобы он мог попробовать. Мне никто не предложил напиток на пробу. Я насупилась и отвернулась. Видимо, такая моя участь.
— Лилу…
— Луция. — Поправляет девушка Зейда, ставя бутылку и заглядывая на мужчину как на самый лакомый кусочек торта в кондитерской. Одна так и кричала всем своим видом, что согласна на всё.
— Не важно. Я всё равно не запомню Ваше имя. Сделайте, пожалуйста, так, чтобы я не видел Вас до конца своего отпуска. — Отдать должное, девушка не перестала очаровательно улыбаться. Хотя, слова Зейда ударили по ней как пощёчина.
— Как скажете, сеньор. — Вежливо сказала она и быстро испарилась.
Мне было приятно, что мужчина отшил навязчивую поклонницу. В этот раз я была рада его грубости. Карабинер хотя бы при мне не пытался соблазнять других женщин.
— Я начинаю уставать от капризного ребёнка рядом. Не надоело? — Он слегка наклоняет голову в бок, смотрит строго, пронизывающе. Мне тут же становится холодно в зной. Мир сужается до его взгляда.
— Я сделала что-то не так? Не выполнила какое-то указание? — Прекрасно понимаю, о чём говорит Зейд, но зачем-то провоцирую его. Я играю с огнём, пользуюсь его терпением, пора остановиться.
Мужчина цокает языком и чуть-чуть подаётся вперёд, чтобы только я могла его слышать.
— Мы очень хорошо с тобой ладили, потому что раньше, малыш, ты не выёбывалась и не строила из себя недотрогу. Наши отношения могут сильно испортиться, если ты продолжишь в том же духе. — По жестикуляции мужчины я головой понимаю, что Зейд не ударит меня и станет унижать в общественном месте, это не его методы, но все равно дёргаюсь от тона голоса, что давит на меня физически.
— Я буду вести себя лучше, если ты обрисуешь более чётко, что входит в мои обязанности и как я должна себя вести. — Поворачиваю снова не туда, злю ещё больше Зейда. Мужчина вспыхивает, берёт мою бледную кисть в свою огромную
