— Я его сжёг, — с ненавистью говорит отец.
Не верю своим ушам. Отец не мог так поступить со мной. Он же видел, как тяжело я переносил утрату жены. Каким ударом стала для меня смерть Эйвис.
— Отец, ты взял и так просто вычеркнул Эйвис из моей жизни? Даже не оставил ей шанса на спасение? Ты не пытался её спасти и меня останавливал.
Смотрю на него, как на совершенно незнакомого человека.
— Да, Генрих, даже от вас я такого не ожидал, — осуждающе смотрит Артур.
— А, что было бы лучше, чтобы этот олух узнал, что его жена у вампиров, и отказался от северных земель? Вас бы это устроило? А потом пришёл бы мой троюродный братец и заграбастал себе всё, чем владела моя семья на протяжении веков, — не сдерживаясь отец. — Хватит и того, что мой единственный сын стал монстром. И всё из-за неё.
Отец, как полоумный тычет пальцем в мою жену. Я только крепче её обнял и поцеловал. Отец сплюнул на пол.
— Послушайте меня, Генрих. В том, что Рауль стал оборотнем вины Эйвис нет, — убеждает в том, что отец не прав император. — Вашему сыну предначертано было вернуть родовой дар, мой отец и я только поспособствовали этому, выбрав ему идеально подходящую пару. Они уже скоро станут родителями, правда, Эйвис?
Жена опять краснеет под взглядами мужчин и кивает.
— А мне ничего не сказала, — обижаюсь я.
— Так, я и императору ничего не сказала. Он сам увидел, — и добавляет, — серый волхв же.
— Сожги её, Рауль, она ведьма. Вместе с её отродьем сожги. Она сделала тебя монстром. Она погубила наш род, — он медленно наступает на нас с безумными глазами.
— Увы, Рауль, он сошёл с ума, — говорит император, — мне очень жаль. Отвезём его в обитель целителей. Вряд ли его вылечат, но хотя бы присмотрят.
— Нет, он мой отец и будет жить в доме, где провёл всю жизнь, — я не хочу быть неблагодарным сыном.
— Благородно, но глупо, — Гио называет вещи своими именами, — Ты дождёшься, что он убьёт либо твою жену, либо ребёнка. Зато, ты поиграешь в благородство.
Эйвис дрожит. Конечно, ей страшно. Мне бы тоже было страшно. Вот что значит пытаться обмануть судьбу. Вытащили с того света отца, а он уже на себя непохож. Осталась только оболочка, а внутри растёт какое-то злобное существо.
— Хорошо, я согласен, отправить отца на лечение, — с тоской в голосе говорю я. Эйвис берёт мою руку в свою, я благодарен ей за поддержку.
— Теперь к нашему главному злодею на сегодня. Что же вас заставило предать интересы короны? — напыщенно, словно на суде спрашивает император.
— Я никого не предавал, только решил воспользоваться ситуацией, разве это преступление? — глава Тайного сыска не дурак и уже успел обдумать стратегию поведения.
— Воспользоваться ситуацией не преступление. Преступление создать ситуацию, чтобы воспользоваться ей, — говорит Артур.
— Тод, ты сам предложил вампирам помощь в обмен на Северное Пограничье или они вышли на тебя? — это уже не дружеские посиделки, а допрос.
— Я ни в чём не виноват, кроме того, что поспешил явиться сюда, — стоит на своём Аскук.
— Не вы ли, Тод, подтолкнули Эбигейл Девен приехать на свадьбу к племеннику, сказав его жене, что Рауль пригласил и ждал её? — спрашивает император.
Эйвис бледнеет. Она не ожидала, что Рауль не виноват в том, любовница приехала на свадьбу. Её появление дало трещину между ними, которая становилась всё больше и больше.
— Доктора Вейна помогать вампирам завербовали тоже вы, — припечатывает фактами Гио.
— У вас нет доказательств, — бледнеет Тод.
— Есть доказательства, — говорит император. — Показания Эбигейл и доктора Вейна. Доктор рассказал много интересного, как вы, Тод, дали ему средство для отравления герцога Генриха. Если тебе будет легче, Рауль, то, вероятнее всего, яд подействовал на мозг твоего отца. Медленное отравление, даже при полном удалении яда действует разрушающе на мозг.
— А приворотное зелье тоже Аскук достал? — спрашивает императора Артур. Я ему благодарен за вопрос. Ответ Гио избавит Эйвис от всех домыслов на мой счёт.
— Да, и яды для Рауля и его отца изготавливали в Сумеречном королевстве. Доставлял в империю, скорее всего, сын Тода. Дипломатическую почту недосматривают.
— Так Рауля тоже пытались отравить? — не выдержала Эйвис.
— Да, интересный такой яд, я изъял остатки у доктора. Попытаюсь разобраться, — в Гио проснулся исследователь. Любит он изучать всё новое. Заметив наши взгляды, он осёкся и продолжил. — Этот яд вызывал слуховые галлюцинации и неадекватное поведение, усиливая отрицательные черты характера отравляемого.
Мы переглянулись.
— Вот это уровень зельеварения, — пришёл в восхищение Артур, — Гио можно мне с тобой поработать над формулой яда?
Гио милостиво кивает.
— Получается, что я усилил у моего мужа недоверие ко мне и подозрительность, — Эйвис не даёт покоя наши с ней отношения. — А сейчас как?
— А сейчас доктор Лайонел вылечил Рауля. Именно поэтому он и услышал твой зов, — радует её хорошими новостями Артур.
— Аскук покрывал и преступления Вайля. Может быть, поэтому ваше ведомство так плохо искало и самого Вайля, и его людей? — возвращается к теме государственной измены император.
Аскук становится всё бледнее и бледнее. Государственная измена, это вам не шутка. За неё страдает вся семья. Имущество конфисковывается, а дети лишаются права жить и работать в империи.
— Эдун ни в чём не виноват, — начал говорить Тод. — Я рассказал ему об успехе нашего плана, а он отказался приезжать. Пересылал он мне дипломатической почтой лекарства от радикулита. Он знает, как меня он замучил. О ядах он ничего не знает.
— Проверим, Тод, обязательно проверим, если он ещё жив, — «успокоил» его император.
Глава Тайного Сыска срывается с места и бежит к окну. Такой прыти от толстячка не ждали. Леон кидается на него, а Тод рыбкой летит в окно. Мы все сталкиваемся возле окон.
Внизу на мощённом брусчаткой дворе лежал Тод Аскук с неестественно вывернутой шеей и начавшей собираться лужицей крови возле головы. Вокруг него собираются работающие во дворе люди. Зрелище производит на меня гнетущее впечатление.
— Вот и всё, друзья мои, — император обводит нас взглядом, — те, кто стояли за преступлениями в Северном Пограничье, найдены и наказаны.
Эпилог
Прошло шесть лет
Эйвис
Стою и смотрю из окна на двор, где тренируется с дружиной мой муж и два сына. Самые дорогие мне люди на свете.
Старший держит специально сделанный для него деревянный меч. Уже воин в свои пять лет. Через два года ему предстоит уехать из дома, чтобы обучаться в школе элементарной магии. Рауль, помнит свою жизнь после отъезда из дома и настаивает на домашнем обучении хотя бы по школьной программе. Из дома Джейкоб уедет не раньше пятнадцати лет. До этого времени отец будет воспитывать из него будущего Властелина Северного Пограничья.
Трёхлетний Леон изо всех сил подражает старшему брату, который его слишком опекает. Мы надеемся, что Леон сделает карьеру при дворе, поэтому учителя Джейкоба будут учить обоих братьев.
Братья настолько привязаны друг к другу, что, если бы не баталии вне тренировочной площадки, от которых замок ходуном ходит, можно было бы сказать, что у нас идеальные дети.
Рауль не перестаёт тренироваться с дружиной и до сих пор в прекрасной физической форме. В чём я убеждаюсь каждую ночь. Он поднимает глаза и салютует мне мечом, пропуская удар Свята.
Вижу горящий взгляд мужа и, заливаясь краской, вспоминаю прошедшую ночь. Улыбаюсь ему.
А в животе ещё один Ренделл бьёт меня под ребро. Мег уверяет, что в этот раз будет девочка. Но что-то я сомневаюсь в этом. Слишком боевой ребёнок.
Рауль мечтает о дочке, похожей на маму. А мне хочется ещё одного сына, такого же отважного, как отец.
У самой Мег три девочки и мальчик. Свят, души не чает в своих девчонках. А мальчишкой, которому только год, безмерно гордится.
