— Весьма сильный костыль, — поправил Ланс. — И использовался ими не только ради картинки. Этот туман генерируют колонии миниатюрных энергонакопителей, которые заменяли туманникам обычные стандартные. Именно благодаря этим колониям их заклинания могли существовать очень долгое время.
— Фига себе! — Отар восхищенно присвистнул. — Беру свои слова обратно. Хочу такой костыль.
— Все хотят. Но — увы. — Ланс развел руками. — Откуда берутся такие колонии и как поддерживают свое существование, до сих пор не известно. Это разработка Туманного Домена, которую туманники унесли с собой в могилу. Причем в буквальном смысле: почти все их энергонакопители были уничтожены, кроме двух колоний в библиотеках. А теперь, судя по всему, и вовсе осталась только одна.
— А что случилось с самими туманниками? — заинтересовалась я.
— Так уничтожили их во время войны, — ответил Дирион. — Когда выяснились близкие связи Туманного Домена со Стужей, все их заслуги в науке отошли на второй план. Тем более что столь значимые умы, как оказалось, находились на стороне врага. Большой тройке необходимо было выиграть войну.
— М-да. А достижениями их пользоваться не перестали, — пробормотала я.
— Ну а почему нет? — Ланс пожал плечами. — Трофеи рабочие, удобные. Победитель забирает все ценное — так всегда было.
— Угу, — не могла не признать я.
— Жаль только, что этих «трофеев» толком не осталось, — добавила Иланна. — Поверить не могу, что за столько лет секрет их создания так и не разгадали.
— Но тем не менее это факт, — произнес Дирион. — Ни о миниатюрных энергонакопителях туманников, ни о полусферах Родега больше ничего, увы, не известно.
Что ж, информации я получила не особо много. Но даже она помогла понять главное: искариты для меня относительно безопасны. Раз целый Домен ими постоянно пользовался, значит, ничего плохого моему организму от жучков-симбионтов не будет. А если учесть их помощь в составлении заклинаний — даже напротив, только польза.
Во мне боролись два чувства: радости от того, что я стала обладательницей раритетной магической технологии, и вины за уничтоженную библиотеку.
«Хотя они сами виноваты, раз туманников геноциду подвергли. А я просто забрала то, что мне принадлежит по праву наследования», — сердито одернула я себя.
Аргументы звучали не слишком убедительно, но чувство вины я все равно затолкала подальше. В конце концов, это была случайность. Ничего вернуть уже нельзя. А мне нужно как-то выживать. Так какой смысл грызть себя за содеянное?
Пока я размышляла, мы вышли на улицу.
Вид, открывающийся с крыльца академии, был самым обычным: полукруглая мощеная площадка, высокие деревья и аккуратно стриженные, как в парках, кустарники. Даже листья мощных деревьев, если не приглядываться внимательно, могли сойти за дубовые.
В общем, я видела ровно то же самое, что и из окон. Ничего странного. Я словно находилась на территории какой-то старинной усадьбы, и только. Сама же «старинная усадьба», а точнее, академия, выглядела куда интереснее.
Сложенное из серого мрамора монументальное здание имело семь этажей. И первое, что бросилось в глаза, едва я задрала голову, — в центре его огромный, сверкающий на солнце хрустальный купол с тонким шпилем, на котором сияла фигура вставшего на дыбы единорога. Причем фигура эта была стопроцентно магической проекцией, без каких-либо признаков физического основания.
— Под куполом находится библиотека, — прокомментировал Дирион мой восхищенный вздох. — И если бы мы вышли на улицу ночью, а полусфера Родега была в активном состоянии, ты бы увидела еще и его внутреннее сияние. Теперь, к сожалению, увы.
— Да, жаль, — пробормотала я. — Но даже то, что есть, выглядит потрясающе.
— Не спорю, — согласился он. — Кто-кто, а архитекторы в Домене Пепла действительно мастера своего дела. Академию строили они. И центральное здание, и два ее крыла — медкорпус с лабораториями для исследований и общежитие. Отсюда их не видно, но дорога проходит вокруг всего комплекса, так что все постепенно разглядишь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ага. Строили пепельники. Но при этом заклинания защиты, как внешней, так и внутренней, от причинения травм по неосторожности, ставили мы. В смысле, Домен Жизни, — добавил Ланс.
— И только тленники приперлись на все готовое, — фыркнул Отар.
За разговором мы пересекли открытую площадку и пошли по той самой, окольцовывавшей академию дорожке между деревьями. Их, кстати, как объяснили ребята, было не много, и в лес парк переходил только с одной стороны. В остальном служил лишь разделительной полосой между академией и городской окраиной.
Собственно, в этом я убедилась почти сразу, когда мы дошли до первого ответвления — широкой прямой дороге, тянувшейся к высокому, метра три, кованому забору с воротами. За забором, помимо дороги, просматривался сквер и вдалеке какие-то высокие спиралеподобные здания со шпилями.
— Город? — уточнила я.
— Да Лиира, столица Иары, — кивнула Иланна. — Самый высокий шпиль принадлежит главной сторожевой башне.
— Столица этого мира? — Я с любопытством вгляделась в высотки. — Интересно было бы туда попасть.
— А ты там не была? — удивились ребята.
— Она вообще нигде не была, — ответила Иланна за меня. — Ее взаперти держали в землях клана.
— Ого! — Отар присвистнул. — Слышал я, что Лиард суровы в традициях, но чтоб настолько?
— Это ради безопасности, — пробормотала я.
— Если хочешь, можем съездить в Лииру как-нибудь на выходных. По городу походим, — предложил Ланс.
Ох, как я хотела! Это ведь другой мир! Настоящий! И там наверняка много чего удивительного. Но…
— Я бы с удовольствием, но мне пока нельзя территорию академии покидать. — Я вздохнула. — Может, потом. Как разрешат.
— А пока что можно в записях обзорные виды посмотреть, — предложила Иланна. — Я соберу и принесу. Как-то раньше не сообразила это сделать.
А вот это было отличное предложение!
— Это было бы здорово! Спасибо, — вновь оживилась я.
Мы двинулись дальше по дорожке, и вскоре я увидела знакомые окна медблока Именно на эту часть парка я, помнится, смотрела из своей палаты.
— Самая скучная часть академии, — прокомментировал Ланс. — Поскольку потенциальным пациентам необходима тишина и покой, тут ничего особенного нет. Зато чуть подальше!..
Заинтригованная, я ускорила шаг. И едва мы снова повернули, впереди действительно показалось нечто интересное!
По левую руку вдоль дорожки цепочкой протянулось несколько построек весьма оригинального вида Пожалуй, самой обычной из них была видневшаяся в отдалении, у ограды, угольно-черная башня, за которой начинался упомянутый ребятами лес. Пятиэтажная, с узкими готическими окнами и тускло светившимся болотно-зеленым кристаллом на вершине.
Остальные здания выглядели куда эффектнее. Ближайшей к нам оказалась самая настоящая пирамида! Невысокая, всего этажа четыре, но тем не менее!
Сразу за ней расположились два шара, соединенных между собой наподобие гантели. Здоровой такой гантели, этажа три в высоту, и пара стандартных подъездов в длину. А между «гантелей» и башней возвышался удивительный футуристический многогранник, выполненный из затемненного зеркального стекла, отливавшего в свете заходящего солнца оранжево-алым.
— Обалдеть! — не сдержала я восхищения. — Что это?!
— Доменные клубы, — ответил Дирион. — Их построили Домены для досуга своих студентов. В Пирамиде собирается наш Домен, в Октаэдре — пепельники, в Черной башне — тленники.
— А в гантеле?
— Гантеле?
— Ну, той штуке с шарами, — уточнила я.
— «Штука с шарами» — это символ содружества миров, — хмыкнул Ланс. — Неужели и этого не знаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я только развела руками, признавая собственное невежество.
— Туда доступ разрешен всем, — пояснила Иланна. — Надо же собираться где-то тем, кого не приняли ни в один их закрытых клубов.
— А-а, значит, клубы еще и закрыты, — протянула я. — Ясненько. Социальное расслоение, как я понимаю? Дархаты направо, люди налево?
