– Да чего уж проще, – произнесла Светка. – Берешь и звонишь.
Она протянула подруге телефон.
Сперва Марго хотела отказаться, смотрела на Светкин мобильник и соображала, какими именно словами это сделать.
– Ну что, слабо? – поддела ее подруга.
– Ничуть, – приняла вызов девушка и взяла телефон.
Терцов ответил спустя два гудка.
– Да, Свет, – сказал он. – Ты чего звонишь?
Марго сделала глубокий вдох.
– Это не Света, это Маргарита Назарова, – проговорила она. – Хотела тебя в гости позвать. Мы тут все вместе. Приходи, у нас весело.
Терцов выдержал паузу. Казалось, он судорожно размышляет о том, как правильно поступить.
– Хорошо, – в конце концов ответил он, – сейчас буду.
И отключился.
– Ну что? – спросила Света подругу.
Сейчас будет, – произнесла та.
Илья и правда пришел быстро. Всего минут через пятнадцать-двадцать. В руках у него был огромный букет кремовых пионов.
– Это тебе. – Он протянул букет Марго.
И ей сразу стало так тепло-тепло, будто она сидит, закутавшись в плед, у большого полыхающего огнем камина.
– Спасибо, – поблагодарила она и уткнулась носом в ближайший к ее лицу пион. – Как пахнет!
Сегодня вся компания расположилась на веранде.
Илюхе быстро выделили место на мягком диванчике – рядом с Марго. Как-то само так получилось. Прежде сидевший там отец встал и быстро переместился в плетеное кресло.
Диванчик был совсем маленьким, двое умещались на нем только впритык друг к другу. Так что девушка теперь все время чувствовала плечом терцовское плечо.
Наверно, Илье было не совсем удобно, особенно пить чай, но он не пытался пересесть или максимально отодвинуться. Наоборот, Марго почувствовала, что он старается держаться к ней поближе.
«Мне кажется, – сказала она себе, – я выдаю желаемое за действительное. Ничего между нами уже быть не может. Мы год не виделись, и за это время все десять раз изменилось».
Отец и его друзья рассказывали всевозможные байки из жизни музыкантов. Было очень смешно. Хохотали все, даже обычно невозмутимая бабушка.
Сперва Марго боялась, что ее бывшему однокласснику будет неуютно, но отец быстро решил эту проблему. Он так виртуозно втянул Илью в общий разговор, что, казалось, и сам Терцов не заметил, как присоединился к рассказам.
Оказалось, что за прошедший год его группа шагнула далеко вперед. Их музыку крутили по местному радио, да и концерты они играли почти каждую неделю. Эта информация промелькнула как-то вскользь, между делом, в качестве пояснения к какой-то Илюхиной истории. К тому же выдал ее Сергей, сам Илья, скорей всего, промолчал бы.
И под конец вечера Марго совсем расслабилась, даже позволила себе чуть привалиться боком к Терцову.
Первыми ушли, как всегда, Светка с семейством, затем стали расходиться по комнатам отцовские друзья. Отправилась спать бабушка, за ней попрощался с ребятами отец. А Илюха все сидел и сидел.
Когда они остались одни, Марго сделала попытку пересесть, но парень ее остановил.
– Пожалуйста, не уходи, – попросил он.
Девушка подчинилась.
– Расскажи, как у тебя дела. Это правда, что ты едешь на Олимпиаду? – спросил Терцов.
Она в ответ кивнула.
Илья тяжело вздохнул.
– Ну вот, теперь мне до тебя и вовсе как до Луны пешком. Никогда не достичь.
– Ты это о чем? – не поняла Марго.
– Да так. Неважно. – Он отвернулся от нее и принялся слишком уж пристально рассматривать стоящий на столе фонарик с горящей свечкой.
– Нет уж, сказал «а», говори и «б», – возмутилась девушка. – Не люблю, когда вот так…
– Да все же вроде понятно, – с напускным равнодушием проговорил Терцов. – Я никак не могу тебя забыть. Не получается, и все тут. И ладно бы год, два. Нет! Аж с седьмого класса! Может, я однолюб, а, Марго? – Он грустно посмотрел на нее.
– Так, что-то я вообще ничего не понимаю теперь, – произнесла она. В голове не укладывалось, не состыковывалось его только что сделанное признание и произошедшее год назад. Тогда ведь он отказался от нее?! – При предыдущей нашей встрече ты сказал, что ничего между нами быть не может. Или, скажешь, я это выдумала?
Он кивнул:
– Именно так. Ничего быть не может.
– Это еще почему? – возмутилась девушка.
Илья смотрел на нее так, как будто она непроходимая тупица.
– Да я же тебе еще тогда объяснил! Потому что ты известная спортсменка, а я – никто. И все мои достижения на фоне твоих ничего не стоят.
И тут до Марго наконец дошло. Она даже рассмеялась от облегчения. Ведь оказалось, что все придуманные ею варианты причин того, что они не вместе, были далеки от действительности. Илюха всего-навсего решил, что он ее недостоин. Вот и все! Ерунда!
– Ну, ты и дурачок! – Теперь Терцов смотрел на нее непонимающе. – Мы же с тобой не на соревнованиях! Какая разница, кто чего достиг, если мы любим друг друга!
– Ты меня любишь? – медленно-медленно проговорил Илья.
– Еще и тормоз к тому же, – констатировала девушка. – Я еще в прошлом году сказала, что люблю. И сейчас повторяю: люблю. И мне плевать на то, что ты, по твоему же собственному мнению, менее крут, чем я.
– И ты хочешь быть со мной? – похоже, сегодня он соображал туго.
– Ну да, – кивнула Марго.
– А как же твой теннис?
– Ты против того, чтобы твоя девушка играла в теннис? – Она приподняла правую бровь.
– Нет, конечно, – Илья мотнул головой. – Но ты тренируешься в Москве, а я – тут.
– Подумаешь, проблема, – усмехнулась она. – Сел на поезд, и через два часа ты уже у меня. Или я здесь. К тому же у меня появится лишний повод почаще приезжать. И вообще, – вдруг разозлилась она, – чего это я тебя уговариваю? Не хочешь, не надо, останемся друзьями.
Она попыталась встать с диванчика, но Терцов поймал ее за руку и притянул к себе. Марго сама не поняла, как оказалась у него на коленях.
Сопротивляться она не стала – в конце концов, столько времени ждала этого момента! Целый год! Сама потянулась к его губам и поцеловала первая, больше не заботясь о том, что он о ней подумает и как оценит ее поступок.
Собираться в Рио Марго начала дней за десять. Тщательно продумала, что с собой возьмет, даже список составила.
То, что Олимпиада будет проходить именно в Бразилии и именно в Рио-де-Жанейро, она считала особенной удачей. Побывать в этой стране было ее детской мечтой. Бразилия всегда казалась ей сказочной и невероятно яркой – и вот она проведет там почти две недели! Разве можно желать большего?
Так что к вечеру накануне вылета чемоданы стояли уже в прихожей, и такси Марго заказала заранее, чтобы в суматохе не забыть это сделать, благо день перед отъездом был напряженным.
Спонсоры олимпийской сборной устроили для спортсменов грандиозный банкет, на котором звучали напутственные речи. На банкете присутствовали люди из Администрации Президента, известные спортсмены и артисты. После банкета всех ждал концерт с участием звезд эстрады.
Праздник закончился поздно вечером, а домой Марго попала и вовсе за полночь.
Но спать не легла. Два раза звонила Руденко, мешая спать и ему – все казалось, что она забыла что-то важное. После полтора часа проговорила с Ильей. Он взял с нее твердое обещание позвонить ему сразу же, как она приземлится в Рио, иначе, мол, он будет за нее переживать, как она долетела.
А еще – в этом не хотелось себе признаваться, но факт оставался фактом – она все чаще в последнее время задумывалась о том, а не стоит ли отодвинуть свою гордость подальше и помириться с дедом.
Марго пыталась представить, что сказала бы по этому поводу мама, как бы поступила она – смогла бы простить или нет. Но ведь матери-то своей, приехавшей к ней после стольких лет разрыва, она обрадовалась! Наверно, так же обрадовалась бы и отцу?
Да, он поступил в свое время чудовищно, но теперь сам сумел сделать первый шаг к примирению, а Марго ему лишь нагрубила.
Ей хотелось бы посоветоваться по этому поводу с бабушкой, но девушка понимала: решение она должна принять сама, без чьей-либо подсказки, ведь это ее жизнь и ее дед. И если прощать и принимать его, то делать это искренне, а не потому что так советуют близкие.
Но понять, сможет ли она забыть обиду и попытаться начать все сначала, Марго пока не могла.
Наконец, под утро ей удалось задремать, но сон ее был поверхностным и тревожным.
Самолет, который должен был домчать олимпийскую сборную в полном составе, вылетал в обед. В аэропорту Марго оказалась одна из первых, за два часа до отлета. Дожидаясь, когда появится Руденко, выпила кофе.
