Читаем без скачивания Второстепенный - Андрей Потапов

Эта мысль успокоила волшебника.

Аминомикус был городом с хорошо сохранившейся историей древнейших жителей этого мира, которых по праву считали богами. Еще до появления людей они жили припеваючи, но потом им это наскучило. Когда они поумирали, ходили слухи, что тела были ненастоящие – для отвода глаз, а сами существа взошли на священную гору, откуда стали управлять погодой. С тех самых пор в благодарность за почитание себя, боги устроили в этом мире вечное лето с очень редкими дождями – для минимального поддержания флоры и фауны, а излишки воды сливали в один не самый приятный городишко.

Когда Серетун положил в рот последнюю ложку каши, его нос уловил странный душок. Очень нехороший запах.

Так пахнет только грязная магия.

Любое противоестественное воздействие на природу оставляло неизгладимый отпечаток, который легко заметить по откровенной вони. Но что именно произошло?

Крепко держа тарелку в руке, Серетун помчался на улицу в поисках источника. Не зря он сразу настороженно отнесся к травникам. Что-то в них было отталкивающее, противное. Бегло осмотрев прилегающий к дому участок, волшебник заметил мирно дрыхнущих Натахтала и Астролябию. Девушка лежала у воителя на коленях и выглядела довольной. Только спала.

Больше вокруг не было никого. Кроме упитанных коров, конечно.

Серетун не на шутку испугался и решился воспользоваться магией в полную силу. Как всегда, стресс раскрывал потенциал волшебника за счет повышенного чувства опасности.

Чародей бросил тарелку в кучку битой глины и начал долго водить руками, создавая пробуждающее заклинание двойной силы. В руках у него появилось два мотка молний, точно повторяющих нейронные сети в головах Натахтала и Астролябии. Так Серетун мог заставить оба мозга экстренно разбудить самих себя с минимальным вредом.

Карта электрических импульсов показывала вялую активность, достаточную только для второй стадии сна. Травникам было нужно совсем немного времени, потому что они использовали телепортацию для похищения детей.

Мозговая активность плавно увеличивалась, переводя сладкую парочку из спящего режима в бодрствующий.

– Еще пять минуточек, – сквозь смачный зевок сказал воитель.

– Хорошо, но потом, все-таки, на перевязку, – невпопад ответила Астролябия одной из своих частых фраз.

Великий чародей напрягся еще сильнее – и уже через пять секунд красавица, обнаружив, где лежит, тут же смущенно вскочила. Недолго думая, Натахтал тоже резко встал, приняв при этом крайне непосредственный вид.

– Чего тут так мало травы? – задал неутомимый боец тот самый вопрос, перед которым старички погрузили его в анабиоз.

– Детей выкрали, – коротко сообщил Серетун.

– Как? Кто посмел? – рассвирепевший Натахтал начал озираться по сторонам, но остался в полном недоумении.

– Друзья твои, – с укоризной ответил волшебник. – Травники поганые.

– Дрободан и Трайдекс? Никогда-а-а…

Великий чародей шлепнул себя ладонью по лбу. Как он мог забыть, что такой резкий рывок из сна вызывает состояние опьянения?

Натахтал держался уверенно – это было его привычное состояние. А вот на красавицу было тяжело смотреть. Астролябия побледнела и, судя по всему, боролась с тошнотой.

– Чувствуете запах? – задал наводящий вопрос Серетун.

– Даже не заставляй меня принюхиваться, – холодно сказала Астролябия.

– В общем, травники телепортировались, – развел руками волшебник. – И прихватили детишек с собой.

– А что не так с запахом? – спросил Натахтал, но сразу же потупился, встретив уничтожающий взгляд красавицы.

– Они пошли против природы, – пустился в объяснения чародей. – Телепорт – это очень редкое заклинание, которое читается со свитка, купленного только при наличии разрешения сверху, или украденного, как в этом случае,. Чары эти почти никогда не применяют, потому что они разрывают ткань пространства. В итоге, получается серьезное вмешательство в порядок вещей, чего природа не терпит. Обычно на рваную простыню мы ставим заплатки. Также и в этом случае: выдранные из пространства тела нужно чем-то компенсировать, и происходят аномалии. Присмотритесь – нет ли у вас хвостов. Может, Астролябия беременна.

– Что? – испуганно спросила девушка.

– Шучу, – успокоил ее Серетун.

– Нашел время, – встрял нетрезвый воитель.

– Не отвлекайтесь. Прям как дети! – одернул их волшебник. – Что-то должно было измениться.

– Корова, – пролепетал неутомимый боец, глядя на Астролябию.

– Не поняла, – от негодования щеки девушки заалели, словно натертые свеклой.

– Да не ты, – задергался Натахтал. – Посмотри на корову.

– Она была тощей, – удивилась красавица. – Все три были недокормленными, а теперь…

Рогатый гуляш протяжно замычал, будто почувствовал всплеск внимания к своей парнокопытной персоне.

– Побудешь недолго транспортом, – пробубнил Серетун корове в ответ.

– А? – переспросил пошатывающийся воитель.

– Говорю: я знаю, где они находятся!

– Но как? – выразительно спросила Астролябия.

– Вчера во время рукопожатия установил слежку за Дрободаном. Он мне сразу не понравился. Как чувствовал же.

– То-то мне показалось, что ты паясничал, – рассмеялся воитель. – Главное, так трогательно извинялся, что аж тошнить начало.

– Ну сколько можно? – надулась Астролябия и села прямо на землю, держась за голову.

– Может, поможешь ей, волшебник? – нагло спросил Натахтал.

– Мутить перестанет, – как ни в чем не бывало ответил Серетун. – Но пьяненькой еще походит.

– Скорее, – через силу процедила красавица.

Чародей выдержал небольшую паузу, собираясь с силами. Давно он не колдовал в таком объеме. Даже ради повстанцев не старался он так, как для этих двоих. Только от Натахтала и Астролябии зависело дальнейшее существование мира, и долгом Серетуна было помочь им.

Ой, да он же бессовестно врет.

Читателям, конечно, не стоит знать, что его биография началась с натахталового вторжения в дом. Для них Серетун – чародей с опытом, который просто устал, но еще помнит, что такое – надо. Но дело даже не в этом.

Как поет дедушка русского рока Кипелов: "Смысла жить дальше нет, если знать, как устроен мир". Серетун появился в книжке, сразу имея представление о том, кто он такой, и что происходит вокруг. Приключения ему даются с трудом, магия – еще труднее. Но, зная в общих чертах, как дальше повернется сюжет, чародей