довольный Костян с улыбкой шире лица. Лёгок на помине. Открыл. Костик держал в одной руке картонную коробку с шестью бутылками пива, в другой — огромного вяленого леща.
— Витёк, я к тебе, — радостно сообщил он. — Если не сильно занят. Обмоем удачный день?
— Да с удовольствием, — Виктор широко открыл дверь, пропуская соседа.
Надо сказать, он был рад гостю. Интересно послушать версию происшествия, увиденную глазами Костяна. Днём Виктор был в такой растерянности, что когда Костя, поблагодарив его, вышел из машины, они даже словом не обмолвились о происшедшем.
Надо отдать должное: рыбец оказался зачётный. Не пересоленый, не пересушенный, огромный и жирный лещ был то, что надо. Виктор порезал его поперек на ровные дольки и аккуратно сложил на большую тарелку. Поставил два высоких стакана с толстым дном. Словом, накрыл эстетично. Костян тут же откомментировал:
— Блин, Витёк, ну ты прям как в ресторане накрыл. Я бы газету постелил да руками рыбец пополам. Ну вот, сразу видно — интеллигенция, — он поднял вверх два больших пальца.
— Ну а чего, аккуратно же, и есть удобно.
Виктор открыл пол-литровую бутылку светлого Carlsberg и разлил по стаканам. Костян уважительно наблюдал, пока Виктор открыл вторую бутылку и долил в стаканы почти до краёв.
Костик взял свой стакан, зачем-то подул на обильную пену, поднял:
— За благополучную развязку.
— Точно. Будем, — Виктор поднял свой стакан.
Чокнулись. Пиво было прохладное, но не очень холодное. Прямо самое то. Виктор с удовольствием отпил большой глоток и принялся за леща.
— Мы в рубашке родились, конечно, — сказал Костян, отрывая от рёбрышек яркий шмат жирной икры. — Я до сих пор не понимаю, как тебе это удалось. Я такой смотрю: этот дуст на нас летит на «рено». Уже сжался такой, думаю: вот сейчас удар, жду, жду. Смотрю, а он уже сзади. Ты так ускорился, как-то быстро. «Нива» у тебя шустрая, оказывается, я и не думал, что так бывает.
Он говорил, а Виктор вдруг отчётливо увидел всю картинку. Как в кино, кадр за кадром, ярко и чётко. Он попробовал сосредоточиться на странном ощущении. Такое впечатление, что где-то в его голове натянули экран, а глаза — это проектор. И этот проектор, как в кинотеатре, прокручивал фильм, проецируя изображение прямо в мозг. Чёткое, идеально точное изображение. Причём Виктор так же слушал Костяна, нисколько не отвлекаясь на просмотр этого своего внутреннего фильма. Он даже мог участвовать в беседе. В нём как будто присутствовали два человека, параллельно делающих два разных дела. Необычность и в то же время простота и ненавязчивость не только не испугали Виктора, наоборот, он с удовольствием с головой ушёл в новое для себя необычное состояние.
— А я целый день на работе всё думал про эту аварию, — продолжал Костян. — И такой думаю: дай-ка вечером к тебе загляну.
— Да, повезло нам, это уж точно, — кивнул Виктор, отрывая чешую от смачного куска леща. — А ты всё там же, на складе, работаешь?
— Да, второй год уже. — Костян отпил пиво и продолжил жевать икру. — Думал, временно поработаю, пока чего-нибудь лучше не найду, а потом попривык как-то.
И тут Ярский даже вздрогнул от внезапной вспышки на своём внутреннем киноэкране. Там чётко нарисовалась картина большого склада с высокими стеллажами и Костян, который управлял электропогрузчиком. Вернее, Виктор и был этим человеком. Он видел глазами Костяна. Он подъехал к высокому стеллажу, поднял поддон с коробками и, поставив на полку, стал отъезжать задним ходом. Потом Костян разговаривал с опрятно одетым человеком, похоже, с начальником. Тот дал ему конверт, и картинка опять сменилась. Виктор понял. Он фактически видел то, о чём сейчас думал Костик. Как это могло быть? Он мог читать его мысли. Причём это было так просто и исподволь, что казалось даже обыденным. Виктор сделал небольшое усилие, и внутренний экран погас. Он даже мог этим управлять.
— Похоже, зарплату сегодня дали? — с улыбкой спросил он.
— Точняк, — оторвался от рыбы Костян, — угадал, — улыбнулся он, вроде даже не удивившись такой проницательности Виктора. — Думаю, дай угощу соседа с получки.
Виктор поддерживал разговор, хотя это особо не требовалось. Костян болтал без умолку. Ему, походу, было без разницы, слушают его или нет. Видимо, просто нравилось говорить. Виктор же сосредоточился на этом новом, непонятном для него чувстве. Попробовал опять напрячь сознание и подключиться к этому внутреннему видеоэкрану. Не получилось. Но зато получилось прочитать, вернее, предвидеть то, что говорил Костян. Он знал наперёд, что тот сейчас скажет. Как будто Костя говорил по написанному тексту, а Виктор, как в караоке, уже прочитал его. Невероятно, но, похоже, он даже мог изменить этот текст. Попробовал вставить просто любую первую попавшуюся фразу, к примеру, «корова на лугу». Нажал воображаемый «ввод». Воображаемый текст тут же изменился.
— …и мы, короче, с парнями растянули сеть, сами пока разожгли костёр, корова на лугу, пивасик пьём такие. Думали, на уху как раз вытащим…
Но тут Виктор перебил его:
— Какая корова на лугу?
— Какая корова? — не понял Костян.
— Ну ты только что сказал: корова на лугу. — Виктор чувствовал себя как доктор-мозгоправ с подопытным пациентом, но надо было обязательно с этим разобраться.
— При чём тут корова? — опять не понял Костик и как-то странно посмотрел на соседа. — На берегу сидели, на Рыбинском, откуда там коровы?
— Блин, послышалось, — засмеялся Виктор.
Было понятно, что ничего не понятно. После этого он постарался отключить всё своё видение. Доели вяленого леща, допили пиво, и Костян засобирался домой. Виктор поблагодарил его и, когда тот ушёл, решил вновь вернуться к своей новой странной возможности то ли гипноза, то ли предвидения. Страха не было, не было и никакого диссонанса, что это невозможно. Только огромный интерес разобраться в том, как этим управлять и что можно было из этого извлечь. Но тут его ждало полнейшее разочарование. Как он ни напрягал мозг, как ни пытался что-то уловить, ничего не ощущал, кроме лёгкого чувства хмеля после выпитого пива. В конце концов после нескольких безуспешных попыток Виктор с разочарованием забрался под одеяло, включил телевизор и почти сразу же заснул, оставив всё идти своим чередом. Ночью опять приснился Николас. На этот раз он был довольным и приветливым. Похвалил Виктора за инициативу с подсыпкой дороги. Звал к себе на острова в гости. Виктор отказывался, ссылался, что надо сначала с работой решить, а уж потом об островах думать.
На следующий день проснулся в отличном расположении духа. Из головы никак не выходили вчерашние опыты с работой мозга и чтением мысли. Наутро
