И это в случае, если мы не утонем и не замерзнем от еще более суровой волны, которая, я почти уверен, нас ждет.
— Да с чего ты это взял? Все еще может прийти в норму!
— С какой стати? С каждым днем все становится только хуже. Вода сама подбивает нас к действию. Буквально припирает к стенке и говорит: «сделайте что-нибудь наконец или я вас утоплю!» Тут больше нечего ловить.
— Брюс Ли говорил: «Не заботьтесь о безопасном побеге — положите перед ним свою жизнь!»
— Кто это?
Пока ребята спорили, остальные, как и я, сидели в раздумьях, не готовые твердо встать на какую-то определенную сторону. Конечно, Ире сложно было выдержать напор трех человек, вскоре она устала спорить и воскликнула:
— Да какого черта вы все молчите! Неужто вы с этим согласны? Не терпится сгореть заживо?
— Мы просто думаем: это нелегкий вопрос, сложно выбрать что-то одно — попытался успокоить ее сидящий рядом Тим.
— Скорее странно, что вы так легко определились, ребята — заметил посерьезневший Егор — Не пойму, как можно так уверенно говорить об этом.
— В любом случае, пожалуйста, давайте не будем ссориться из-за этого — подала голос Инга — Решение принимаем не мы, а ЦИ.
— Они уже приняли решение — сердито бросил Витя — Решение продолжать отсиживаться и ждать, пока все само произойдет. Очень смело и неожиданно — раньше мы такого не пробовали! Ну, теперь-то все получится!
Витя разошелся не на шутку, Егор по-дружески похлопал его по спине, пытаясь усмирить пыл:
— Ну ладно, бро, полегче. Из тебя бы вышел отличный вождь. Ты самый лучший мужик в этой деревне — сто процентов! На первом месте мы с тобой стоим. Первее, конечно, все равно ты, я уже после запятой иду. Потом уже Димон, Никитос, Даня, ну а там после них Тима.
— Ясно, чтобы подняться в твоем рейтинге, надо психануть — весело заметил Тим — Возьму на заметку.
— Но выше третьего места я тебя все равно не поставлю, учти.
— Ну и ладно. Тогда я составлю свой рейтинг… главных дебилов деревни. И первое место присуждается…
— Как здорово — везде-то я первый!
Мы немного расслабились, Витя тоже притих, но в его глазах, которыми он уставился в одну точку, читалось много невысказанного гнева. Я заметила, как он бросил несколько взглядов на своих союзников, Диму и Стешу, и снова уставился. Затем он встал и вышел на улицу. Инга последовала за ним. Неведомая сила потянула туда и меня. Похоже, я во многом была согласна с Витей, но пока не отдавала себе отчета. Я встала рядом, разговор вела в основном Инга.
— Как ты? — спросила она.
— Я бы сам к чертям все поджег, плевать, что там решили неженки из ЦИ!
— Ты правда готов так легко поджечь свой дом?
— Это не мой дом, это моя тюрьма.
— А что тогда твой дом?
— У меня его нет. Семья, к счастью, есть, а дома нет.
— Это неправда. Уж мне-то можешь не рассказывать. Я знаю, что тебе нравились наш образ жизни и наша Витина хижина.
— Вы самые свободные из всей деревни. Насколько это вообще здесь возможно — добавила я.
— Конечно, я получил возможность жить получше некоторых. Но сейчас появился реальный шанс все изменить, а мы не хотим им пользоваться.
— Это нормально. Люди боятся, и не зря. Мы же не знаем, чем все может обернуться. К тому же прошел всего день с тех пор, как мы узнали об этом способе. Такие решения не принимаются на скорую руку. В ЦИ вовсю думают над этим. Уверена, что скоро все изменится.
Они немного помолчали, затем Инга перефразировала свой вопрос:
— Ты готов так легко поджечь свою хижину?
— Не легко, но да, готов.
***
Чтобы отвлечься от нескончаемых споров, Лиля позвала меня прогуляться вдвоем. Я была не прочь пройтись и проветрить голову.
Мы вышли на дорожку. Лиля сняла обувь и пошла босиком по сырой земле, время от времени прикрывая глаза от наслаждения.
— Хорошо… Попробуй и ты.
Я послушалась и сняла свои лапти. От соприкосновения с прохладной землей я немного взбодрилась.
— И куда же мы идем?
— Да просто. Гуляем и всё.
Мы шли не спеша, под ногами чувствовались маленькие камешки.
— Иногда я представляю, как мы будем жить, когда выйдем отсюда! Там ведь будет все по-другому. Другая земля. Я обязательно сравню ощущения… А что будет с этим местом? Будет ли здесь кто-то жить или оно уже станет непригодным для жизни? С одной стороны, я так хочу посмотреть внешний мир, на море и горы. А с другой — ужасно боюсь, что никогда не смогу вернуться домой.
— Я думаю точно также.
— Почему нельзя просто вот так гулять, смотреть на звезды и ничего не решать, не распутывать ничьи замыслы?
— Еще нагуляемся снаружи. Правда, в школу заставят ходить.
— Они летом не ходят в школу.
— Тогда тем более, летом точно нагуляемся. Красота…
Мы прислонились к какой-то березе. Постояли так еще немного.
— Я как будто хочу впитать это место до конца, но ведь нет никакого конца. Почему так невыносимо красиво? Я хочу чувствовать еще.
Мимо прошел какой-то парень, задержав взгляд на мне.
— Привет, это ведь ты летала по волнам с Тимой?
— Что-что? — изумленно переспросила я.
— У него еще нога сломалась, мы с друзьями спасли вас и помогли наложить ему шину.
Я вспомнила, как Дима рассказывал, что нам помогли какие-то ребята из центральной школы.
— А, это были вы. Спасибо большое за помощь.
— Да не за что. Тим не раз выручал нас с домашкой. Он в порядке?
— Более-менее.
— Ну и славно, удачи — парень махнул нам и собрался продолжить путь, но я его остановила.
— Постой!
— А?
— Что ты имел ввиду,
